ЛитМир - Электронная Библиотека

Я насупилась и боролась с разочарованием. Я постаралась устроиться на Иштване вновь, но жар от его рук на моих бедрах и его дыхание на плечах не приносили уже такого возбуждения. Я глубоко вздохнула, потянула шею и повернулась лицом к нему.

Он, должно быть, подумал, что все в его руках и наклонился, чтобы поцеловать меня. Я отпрянула, его губы задели мой подбородок.

Я отошла и покрутила головой. Что со мной было не так?

Я посмотрела на стакан с водой и решила, что возможно надо еще выпить.

Путешествовать одной нелегко. Было слишком тихо, слишком много мыслей в голове. Иногда это было похоже на работу. А антидотом к работе была игра.

Когда Иштван и я приблизились к бару, он улыбнулся и сказал:

— Выпей, красивая американка.

Действительно. Было бы лучше, если бы он знал больше слов на английском.

Я заказала еще шоты. В любое другое время — черт, да вчера — я сделала бы что-нибудь поинтереснее с кусочком лимона и солью, но только не сейчас. Для этого нужно очень много усилий.

Я знала, что поднести очередной стакан ко рту, было не лучшей идеей. Мой рот увлажнился, а мой желудок как будто подпрыгнул к ребрам. Но я все равно выпила.

Я остановилась после последнего стакана, решила переждать. Я контролировала себя.

Или так думала.

Через пять минут шот не ударил меня. Он прошелся по мне бульдозером, сделал резервную копию и снова меня успокоил. Во время хождения я чувствовала себя парализованным надувным человеком. Земля нагибалась ко мне, без разницы как бы аккуратно я ни шла. Казалось, что воздух пульсировал с каждым глухим ударом фундамента. Неоновые огни прыгали. Внутренности в моей голове танцевали Харлем Шейк, все выглядело, как садовая вечеринка: танцующие люди, впечатляющий декор этого места, шум.

— Я думаю… Я думаю, мне надо на воздух.

— Танцевать? — Спросил Иштван.

Господи, нет.

— Не танцевать. Мне просто надо… — Я пробиралась через толпу к холлу, через который мы вошли. Я шаталась среди людей и стен, как в игре в пинбол, пока не достигла выхода. Я вырвалась в ночной прохладный воздух и вздохнула глубоко.

Это была погибель для меня.

Я балансировала, держась рукой за здание, и затем меня ужасно, грандиозно и унизительно вытошнило на улице. На тихой, пустой, еще не-кишащей-зомби улице.

Услышала шаги позади меня и теплые руки подняли волосы, висящие по сторонам моего лица.

Хорошо, не совсем пустой.

Глаза слезились, горло болело. Я оглянулась через плечо, надеясь увидеть Иштвана или, возможно, Каталину.

Вместо этого, передо мной стоял парень, который испарился, чтобы появиться в самый худший момент. Его глаза до сих пор улыбались.

Убейте меня сейчас же. 

Глава 3

Я боялась, что если открою свой рот, меня снова стошнит… от алкоголя и смущения.

Мир крутился вокруг меня, но его лицо — прямой нос и точеный рот — оставалось неподвижным и четким, как будто вселенная хотела запечатлеть этот момент в моем мозгу навсегда.

— Ты в порядке? — спросил он хриплым голосом.

Нет. Я была так далеко от "в порядке".

— Я в порядке. — Я оттолкнулась от стены, у которой пыталась сконцентрироваться, и поковыляла по улице.

— Ты куда направилась?

— Далеко. — Просто… далеко.

Ночной воздух был таким холодным, что я остро ощущала его на своей потной коже.

— Постой, — сказал он, волочась за мной.

— Серьезно?

Сейчас он, должно быть, уже бежал за мной. Вот что вы делаете, когда кто-то строит из себя величайшего придурка. Ищете другой путь и продолжаете двигаться.

Он остановился передо мной, его лицо было скрыто тенями от уличных фонарей.

— Я не позволю тебе шататься одной.

Ох. Он был одним из тех.

Он что, не понял намек? Моя голова кружилась, а во рту был привкус чего-то противного, даже чтобы произнести. Никогда не думала, что наступит такой момент, когда я захочу, чтобы горячий парень оставил меня одну, но все когда-то бывает в первый раз.

— Я же сказала, что я в порядке.

— С людьми, которые в порядке, каждый день случаются плохие вещи.

Итак, Темный и Опасный был самым настоящим Принцем Чармингом с короткой стрижкой. Это не должно было быть притягательным. Вообще, я не выносила такие вещи. Но, несмотря на все странности, я смогла почувствовать себя расслабленной, границы моего желания затуманились.

Я во всем винила щетину. Никогда не могла сопротивляться неряшливому виду.

— Слушай, я понимаю все эти защитные обстоятельства. Все парни делают так, как ты. И если я не ошибаюсь, это даже возбуждает. Но мне не нужна нянька. Поэтому забудь на ночь о своих фантазиях рыцаря-в-сияющих-доспехах.

Мне показалось, что это прозвучало достаточно твердо и взросло (но опять же, я была пьяна). Он закатил глаза, и я поняла, что он не воспринимает меня всерьез.

— А я тебе уже говорил, что мне плевать, что, как ты думаешь, тебе нужно.

— И что? Ты будешь преследовать меня, хочу я этого или нет?

Он сжал губы, и я увидела веселье в уголках его рта. Какой соблазнительный рот.

— Это именно то, что я собираюсь сделать. Кто-то должен отвести тебя домой.

Ни один жалкий процент не позволил мне поверить, что «отвести тебя домой», означало что-то другое, чем закинуть жалкую пьяную девушку в ее общежитие, наслаждаясь ее тошнотой и мучением.

Мы не могли это позволить, не так ли?

Я обошла его.

— Я еще не иду домой. Потому беги и найди себе другую девицу.

Он улыбнулся, но скованно. Он провел рукой по волосам, и я заставила себя уйти.

— Ты самое настоящее нечто, — крикнул он мне.

Это заставило меня улыбнуться. Я остановилась и обернулась, двигаясь спиной вперед. Я вытянула руки и закричала, распространяя эхо по улице.

— Бьюсь об заклад я такая.

Если бы существовал музей, наполненный людьми, которые были «нечто», я бы была хреновым главным экспонатом. Я бы сказала больше, но пятиться назад не было лучшей идеей в моем нынешнем состоянии. Я споткнулась, с трудом пытаясь поймать себя, но мой живот как будто плюхнулся на землю. Я не смотрела на него, зная, что выгляжу вдвойне глупой, как и ощущаю себя.

Я глубоко вздохнула, боясь, что меня снова стошнит.

Интересная штука этот алкоголь… когда он делает тебе хорошо, ты чувствуешь себя превосходно. Когда он делает тебе плохо- хуже нет ничего. Не только тошнота, а все вместе. Может быть я и нечто, но я знала себя достаточно, чтобы знать: что если я вернусь в свое грязное общежитие — в котором пружины матраса впиваются в спину, раздается какофония храпов соседей по комнате, старые одеяла — то это будет верный способ достичь нижний предел.

Большинство общежитий устроены так, что ты знакомишься с другими людьми, и еще это самые одинокие проклятые места на земле. Все в них временное: проживающие, отношения, горячая вода. Я себя чувствую, как цветок, который пытается прорастить корни в бетоне.

Нет. Мне надо выветрить алкоголь, перед тем как пойду домой, если хочу избежать падения гармонии. А теперь, мне нужно двигаться прямо.

Через несколько шагов мой преследователь поравнялся со мной. Я бросила сердитый взгляд и попыталась идти быстрее, но мои каблуки не могли это выдержать. И я не доверяла себе, что не уткнусь лицом в булыжники, с такой-то ночкой, как эта.

И хотя я бы не пожелала никому такую компанию, я была ей рада.

— Как тебя зовут? — спросила я.

Он приподнял темную бровь.

— Ты долго ждала, чтобы спросить меня об этом.

Я пожала плечами.

— Имена не так важны в таком месте, как это. — Я указала на бар, который мы покинули, позади нас. — И, честно говоря, мне все равно.

Или я это себе так говорила. И ему.

— Тогда зачем спрашиваешь? Если имена не важны и тебе все равно.

— Во-первых, мы уже не в баре. А во-вторых, ты меня преследуешь, и я задаю вопросы, чтобы как-то заполнить тишину, потому что тогда становится неловко. А разговоры заставляют меня отвлечься от мысли, что ты серийный убийца, отсюда все это.

4
{"b":"270233","o":1}