ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Нам очень хотелось сделать эту пластинку еще более личной, выразить в ней, кем мы были в то время. Мы никогда не пытаемся никого ни в чем убедить: просто хотим делать то, что делаем по жизни, и говорить об этом посредством нашей музыки. Это хорошо выражено в песне «Story of My Life». Надеюсь, люди согласятся, что наши песни взрослеют вместе с нами… эволюционируют. Мы именно такие парни. Хотим, чтобы наша музыка была правдивой, хотим оставлять правильные послания, чтобы можно было через много лет оглянуться назад и сказать: «Да, именно это мы и ощущали тогда». И мне кажется — я надеюсь, — что с «Midnight Memories» у нас это получилось.

Но на этот раз мы чувствовали бремя ожиданий. Группа достигла такого успеха по всему миру, что теперь от нас многого ожидали. По счастью, альбом вышел отличный и занял первое место во многих странах. Мы очень гордились реакцией поклонников на наши песни. Мы ведь, можно сказать, вывернули душу наизнанку, и поэтому любая критика была бы очень болезненной. Но нам повезло. Очень повезло.

Перед началом турне 2014 года мы все были по-хорошему взволнованы. Помню, как на первой репетиции мы увидели сцену: вид у нее был просто потрясающий. Отличный был день. Я не знал, чего ожидать. Знал, что концертный зал будет большим, но и понятия не имел, что настолько! Он просто гигантский! Есть такой фильм, «Рок-звезда», с Марком Уолбергом в главной роли. Так вот, зал напоминал одну из сцен в этом фильме. И я сказал парням: «Ребят, это просто капец!»

One Direction. Кто мы такие - i_121.jpg
One Direction. Кто мы такие - i_122.jpg

Когда настало время объявить о турне, у нас немного дрожали колени. Мы заранее сообщили, что у нас есть большая новость, а потом, когда раскрыли планы касательно турне по стадионам, нашлись люди, которые отнеслись к этому с иронией. Называли этот проект «Одним Большим Разочарованием», оставляли негативные комментарии в Интернете. Разумеется, мы беспокоились, сможем ли распродать билеты на такие огромные площадки. А потом у меня зазвонил телефон. Это была наша администрация. Я ждал, что они скажут: «Прости, Зейн, похоже, вы прыгнули слишком высоко. Боюсь, мы не сможем распространить все билеты. Видимо, надо притормозить и еще несколько лет выступать на аренах. Тише едешь — дальше будешь». Но оказалось, что они хотели сказать совсем другое: мы будем играть на «Уэмбли» не один, а целых три раза, потому что билеты разошлись за считаные минуты. Вот такие у нас фанаты. Лучшие в мире.

До этого мы выступали на стадионах дважды, оба раза в Мексике. И теперь я предвкушаю (с некоторым волнением), каково будет сыграть на этих колоссальных площадках. Помню, что в Вероне мы один раз выступили в амфитеатре, и все прошло отлично. Я был очень взволнован: на таких огромных сценах нам еще не приходилось выступать. И весь день я пытался успокоить себя: «Так, все хорошо. Я не нервничаю, все под контролем». А потом зрители начали проходить внутрь, и я увидел, как их много. И тогда начал волноваться. И я подумал про себя: «Ну ладно, масштабы несколько неожиданные. Но я все еще спокоен. Все хорошо, все хорошо».

Когда подошло время идти на сцену, я все еще думал, что совершенно спокоен, а потом выбежал на сцену — и БАБАХ! Меня ударило мощной волной энергии.

В буквальном смысле: голоса, энергетика, волнение… все это чуть не сбило меня с ног. Я задыхался. Сцена внезапно выросла до невероятных размеров, и толпа была столь огромна, что я не вполне понимал, где нахожусь. Чистое безумие! Если быть совсем честным, то я чувствовал себя не в своей тарелке. Мы уже выступали на больших площадках раньше, но тут было совсем другое дело! Я испытал огромное потрясение.

Мы начали петь первую песню, и я все еще не оправился от изумления. А потом огляделся по сторонам, обменялся взглядами с другими ребятами. «Эй, парни, вот это жесть!» Мы немного посмеялись, и я перестал нервничать. Концерт прошел превосходно.

Я дождаться не могу, когда мы выступим на этих гигантских стадионах, которые намного больше всех мест, где мы выступали раньше. На медленных песнях есть время оглянуться по сторонам, оценить масштабы происходящего. Знаю, что во время этого турне обязательно будут минуты, когда я подумаю: «Это невероятно!» Вспоминая о размерах площадок, подозреваю, что так будет происходить каждый вечер. И не могу дождаться!

Меня часто спрашивают, когда я начал свыкаться с жизнью в One Direction. Честно? Я до сих пор не свыкся и не думаю, что когда-нибудь это случится. Иначе я уже буду не я. Странно воспринимать как «норму» то, что по сути своей ненормально. Мы не делаем ничего нормального!

Когда людям надоест One Direction и поклонницы станут кидать в нас помидорами, а не нижним бельем, вот тогда придет время зачехлить гитары и уйти со сцены. А пока что мы уходить не намерены.

Работая над этой книгой, я вспоминал все, что с нами произошло. Это непросто. Как я уже говорил, мне не хочется казаться амбициозным карьеристом. Не было такого, чтобы я видел перед собой возможность и думал: «Мне непременно нужно ей воспользоваться». Все происходило куда более спонтанно. Я оказался там, где оказался. И, если честно, понятия не имею, как это произошло. Просто благодарю жизнь за такой дар и недоумеваю, как вообще такое случилось. Я благодарен за все, что ждало меня в этой группе. Наслаждаюсь жизнью и — как и все прочие — совершенно не понимаю, почему мы стали такими популярными.

Это не значит, что успех принесли нам на блюдечке с голубой каемочкой. Мы работали до седьмого пота. В жизни ничто не дается даром. Начиная с первого прослушивания на X-Factor и заканчивая первым концертом на стадионе в 2014-м, к которому мы целые месяцы готовились и перед которым репетировали, мы пахали и пахали. Иногда едва справлялись с объемами работы. Мне приходится прикладывать множество усилий, чтобы сохранять свои позиции. То же касается и остальных ребят в группе, и всех, кто как-то связан с One Direction, — все мы провели множество часов в работе, вложили много сил. В то же время есть множество других, которые работали так же усердно, ходили на те же интервью и прослушивания, каждый день проводили в труде, но такого успеха не добились. Мне сложно понять, насколько мы знамениты и как это случилось. Но одно я знаю точно: мы своими усилиями заслужили всю ту славу, которая к нам пришла.

Как я уже сказал, в детстве я любил помечтать. Всегда верил, что смогу добиться чего-то необычайного, не знаю уж почему. Может, это вера родителей подстегивала меня, а может, и что-то внутри меня самого. Не знаю. Но, как бы то ни было, теперь, благодаря One Direction и нашим поклонникам, я живу жизнью, о которой мечтал.

One Direction. Кто мы такие - i_123.jpg

Луи

One Direction. Кто мы такие - i_124.jpg

Не секрет, что выступать я любил с самого детства. Мне всегда хотелось быть в центре внимания, и я постоянно хохмил. Я из большой семьи, и мне нравится находиться в гуще событий. В школе я учился неважно, как-то не до того было. То же самое — с временными работами. Меня с них выгоняли, потому что мне все было фиолетово. В университете это продолжилось. К учебе я относился несерьезно, приходил не поучиться, а расслабиться, но при этом экзамены сдавал нормально. Мне казалось, что и в колледже будет так же просто, но, как множество людей проверило на своем горьком опыте, это невозможно!

Я не испытывал никакого интереса к занятиям и посещал колледж, только чтобы пообщаться с приятелями. И чувствовал себя отлично при этом. Жаль только, преподаватели не разделяли моей радости. В школе и колледже я провел лучшие годы своей жизни и сейчас скучаю по тем временам. Но ученая жизнь мне не давалась. Зато я всегда любил петь и выступать на сцене. Когда дело доходило до этого, то я выкладывался по полной. Наверно, мне просто нужно было найти в жизни что-то такое, что мне до смерти интересно.

29
{"b":"270255","o":1}