ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я бы не сказал, что это известие было для меня, как гром среди ясного неба, нет, конечно. Четыре года меня не утверждали в этой должности, — и я всегда допускал подобный вариант, не просто же так забыли сбросить с меня это «И.О.» Вдруг вспомнилось, что года полтора-два назад, когда звонил по «ВЧ» в Таллин, то разговаривал я именно с Киселевым.

— Он уже возвратился из Ашхабада по семейным обстоятельствам, — продолжал разговор Владимир Петрович, — на днях выйдет на службу и будет принимать у вас дела. Вы, если не возражаете, будете назначены его заместителем. Эта штатная единица уже утверждена.

— Что я могу сказать? — ответил я В.П. Пирожкову, — милостиво просим товарища Киселева к нам, будем рады. Что касается меня, то я согласен, — ответил я, стараясь быть невозмутимым.

— Я доволен, что вы правильно меня поняли, — сказал медленно Пирожков, — и удовлетворен тем, что вы согласны работать у Киселева заместителем. Заместителем у бывшего председателя КГБ союзной республики — это не так уж плохо, даже почетно. А мне приятно было с вами работать, и надеюсь, что мы и впредь успешно продолжим наше общее дело.

— Постараюсь оправдать доверие, Владимир Петрович, — сказал я, стараясь не терять бодрости духа.

— Ну, вот и хорошо.

Спустя неделю наш куратор снова вызвал меня к себе и попросил, чтобы я привел с собой весь личный состав Пресс-бюро, включая секретаря и машинистку. А нас всего-то было тогда восемь человек. Мы все бодрым шагом направились к шефу. У Пирожкова в кабинете уже находился Киселев. Они поздоровались с нами за руку, усадили за длинный стол для заседаний. Владимир Петрович представил нам нового нашего начальника.

Яков Павлович Киселев до войны окончил Подольское пехотное училище, воевал под Москвой, служил в военной контрразведке, был выдвинут на руководящую должность, в Эстонии работал заместителем председателя КГБ, в Туркмении — председателем.

Надо отдать должное генералу Киселеву, он быстро вошел в курс дела, был неплохим руководителем, заботливым, чутким с сотрудниками. На глубокое знание литературных и киношных дел он не претендовал. Но он имел массу знакомых в Центре и на местах и даже в других организациях, легко знакомился с людьми и умел поддерживать с ними хорошие отношения.

Наступили и стремительно понеслись 80-е — годы больших событий и перемен. Ушел из жизни С.К.Цвигун — первый заместитель председателя КГБ, наш первый куратор. Перешел на работу в ЦК партии с поста Председателя КГБ Андропов на место умершего Суслова. Андропова на посту Председателя КГБ неожиданно сменил Федорчук, которого через год перевели в МВД, а его место занял вначале Чебриков, а затем председателем КГБ стал Крючков…

Моя служба уже явно подходила к концу, да и неудивительно: мне шел седьмой десяток. Пора и честь знать. Уже ушли по болезни и по возрасту Владимиров и Калинин. И в Пресс-бюро пришли новые более молодые сотрудники: Васильев Сергей Федорович, Довбнич Виталий Викторович, Томаровский Владимир Иванович, Чиков Владимир Матвеевич, Кривенко Борис Иванович, Гриненко Анатолий Валентинович, Закатов Сергей Дмитриевич.

В один из дней 1987 года Яков Павлович сообщил мне, что звонили из отдела кадров и пригласили меня посетить их во второй половине дня, после обеда. «Ну, вот оно и пришло, — подумал я, — сейчас и объявят, что надо собираться на пенсию». Психологически я уже был готов и потому воспринял эту новость без переживаний, подумав: «Когда уходил служить в погранвойска, намеревался служить три года, а вышло сорок семь, вся жизнь…»

Прежде чем отправиться в кадры, я позвонил кадровику, чтобы уточнить, когда и к кому мне следует явиться. Кадровик после небольшой паузы, — по-видимому, уточняя что-то, — ответил, что вызов отменяется…

Спустя пару дней в кадры отправился сам Яков Павлович Киселев. А еще спустя какое-то время к нам прибыл Струнин Владимир Сергеевич, генерал-майор, один из заместителей начальника 5 Управления, в качестве нового начальника Пресс-бюро и начал принимать дела у Киселева. Сдав дела и попрощавшись с коллективом, Яков Павлович отправился в отставку.

Мне предстояло еще больше года работать с новым начальником. Как потом выяснилось: меня решили пока оставить на месте для того, чтобы новый начальник скорее и более безболезненно вошел в курс дела. А чтобы график увольнений был выполнен, отправили на пенсию Киселева.

Со Струниным мы были знакомы раньше, так что мы легко сработались. Он москвич, с Шаболовки, грамотный, эрудированный. Хотя мы и сработались, но в Управлении кадров график увольнения «стариков» на пенсию работал четко, и через полтора года — в декабре восемьдесят восьмого, «отбарабанив» более сорока лет в Вооруженных силах СССР, я был уволен в отставку в возрасте 67 лет.

Небольшой срок был отпущен Владимиру Сергеевичу Струнину руководить Пресс-бюро. Через три года ушел в вечность Советский Союз, и прекратил свое существование прежний Комитет государственной безопасности, вместо него появились Федеральные службы России. А вместо Пресс-бюро был создан Центр общественных связей. Сейчас в нем трудятся новые люди, новые руководители, и перед ними стоят новые задачи…

Из тех, кто создавал эту службу и трудился в ней, «иных уж нет, а те далече». Ушли из жизни Владимир Федорович Кравченко и Яков Павлович Киселев, возглавлявшие это подразделение в разные годы. Нет уже среди нас бывшего спортсмена, многие годы отдавшего работе в органах контрразведки, красавца-брюнета Калинина Владимира Дмитриевича, нет бывшего военного контрразведчика, честного, добросовестного трудяги Горохова Николая Сергеевича, нет бывшего работника 2 Главка, скромного, добросовестного сотрудника Владимирова Вадима Михайловича.

Все они честно и добросовестно трудились в Пресс-бюро.

ДЕЛА ДАВНО МИНУВШИХ ЛЕТ

Тайное становится явным. ЦОС ФСБ уполномочен заявить - image5.jpg

Владимир Сергеевич СТРУНИН — генерал-майор в отставке, начальник Пресс-бюро в 1987–1990 годах.

Люди часто обреченно сетуют на скоротечность времени. А те, кто постарше, говорят: время «бежит», а на самом деле оно— «летит!..» Теперь уж и не узнаем точно, зачем когда-то писателю Валентину Петровичу Катаеву понадобилось назвать одно из своих произведений «Время, вперед!»? Действительно, время неудержимо. И постоянно подвигает очередные юбилеи…

Совсем, казалось бы, недавно был создан и получил свое название Центр общественных связей КГБ, теперь — ФСБ, и вот первый «круглый», 10-летний юбилей. С юбилейными датами у нас «как всегда»: пышно и размашисто отпраздновали 850-летие Москвы, а спустя какое-то время ученые говорят, что первые поселения здесь были намного раньше.

Стоит сказать, что и у нашего «юбиляра» больше 80 лет назад был предшественник, по семейным меркам «прадедушка», точнее сказать — орган, по своей функциональности подобный ЦОСу, — «Бюро печати при ВЧК», созданное в суровые годы гражданской войны и разрухи мудрыми руководителями, чтобы люди знали, чем занимаются органы госбезопасности, против кого направлены их действия и чего они достигли.

Не располагаю достоверной информацией, но могу предположить, что аналогичных учреждений в других «силовых структурах» и центральных исполнительных ведомствах в то время не существовало. Приоритет в деле информирования трудящихся о своей проделанной работе принадлежит ВЧК.

Теперь даже любой пытливый старшеклассник, изучающий новый предмет «Граждановедение», знает, что такая постановка дела — процесс взаимообогащающий. Правда о деятельности спецслужб, да и других властных структур, всегда служила основательным фундаментом для упрочения взаимодействия с людьми и опоры на них.

Одним из первых сотрудников бюро печати был тогда Макинцян Погос, активно участвовавший в составлении и редактировании первого тома «Красной книги ВЧК», изданной в Москве в 1920 году объемом более 400 страниц. В ней были помещены копии подлинных документов, оперативных и следственных материалов по трем раскрытым контрреволюционным заговорам и мятежам: так называемый «Союз защиты родины и свободы», мятеж левых эсеров и взрыв в Леонтьевском переулке в Москве 25 сентября 1919 года. Позднее Макинцян Погос был наркомом внутренних дел, наркомом просвещения, заместителем Совнаркома Армении. Он же переводил на армянский язык произведения Пушкина, Гоголя, Сервантеса, явился одним из первых переводчиков на родной язык «Манифеста Коммунистической партии».

3
{"b":"271537","o":1}