ЛитМир - Электронная Библиотека

Дело осложнялось тем, что распутывать все приходилось Гарвуду одному. Старик никого в помощь ему дать не мог. В данный момент все остальные были на заданиях, а лишних людей в агентстве он не держал. Да и сам Старик смог провести с Гарвудом только пару часов и отправился улаживать дела с последствиями операции по освобождению танкера «Сиена стар». Перед этим он вышел, долго говорил по мобильному, а затем вернулся и протянул Гарвуду листок с адресом Билла Уайза:

– Поезжай, он тебя ждет.

– Кто он такой?

– Просто хороший человек. Работал в Управлении, много знает. Я рассказал ему суть дела. Поговори с ним, может, он что-то тут увидит.

Гарвуд начал спрашивать, чем занимался этот Уайз в управлении и почему он такой особенный, но Старик его оборвал:

– Извини, но мне нужно ехать. Встретишься с ним и сам узнаешь.

И вот сейчас, находясь у дома, Гарвуд заметил хорошо замаскированные камеры наблюдения. Конечно, криминальная обстановка в районе была далека от идеальной, но, скорее всего, причина тут была другая. Видимо, у Билла Уайза были основания опасаться вражеских происков.

Глава 16

Билл Уайз поразил Гарвуда своим видом. Это был гибрид Санта-Клауса с самым крутым байкером из «Ангелов ада». Седоволосый, с густой седой бородой, он возвышался над Гарвудом на добрых десять-двенадцать сантиметров и был, наверное, тяжелее килограммов на тридцать.

Из одежды – черные джинсы, такого же цвета ботинки фирмы «Фрай» и выцветшая футболка с символикой клуба «Даллас ковбойс». На правом запястье медный браслет из тех, что некоторые носят от артрита, а на левом – дорогие швейцарские часы «Панерай» для дайвинга.

Впустив Гарвуда, он быстро глянул на улицу и закрыл дверь. Затем протянул руку.

– Спасибо, мистер Уайз, что согласились меня принять, – произнес Гарвуд.

– Во-первых, я доктор Уайз, – поправил он с улыбкой, – а во-вторых, давайте без формальностей. Для меня достаточно слов Персика, что вы в порядке.

Старика, когда он работал в Управлении, все очень уважали и, видимо, поэтому дали ему такое симпатичное прозвище, Персик.

Уайз жестом показал Гарвуду следовать за ним и повел по своему обширному дому. На стенах повсюду фотографии. Гарвуд понял, что хозяин дома много путешествовал по миру. На одной он был запечатлен с автоматом в окружении воинов-туземцев. А еще из них было ясно, что Уайз – аквалангист, пилот, скаут-орел, фотограф, мотоциклист, автомобильный гонщик и охотник.

– Вы охотитесь? – спросил Уайз, заметив, как Гарвуд внимательно рассматривает одну фотографию.

– В последнее время исключительно на двуногих.

Уайз усмехнулся и, сдвинув вбок тяжелую дверь, пригласил его в главную часть дома, напоминающую пентхаус. Под потолком стальные фермы, бетонный пол покрыт эпоксидкой. Прямо за дверью стояли в ряд три великолепно отреставрированных ретро-автомобиля-внедорожника. Зеленый «Лендровер» 1960 года, сталисто-серый «Интернэшнл харвестер скаут» 1970-х и белый джип «Гранд вагонер» с деревянными панелями 1980-х годов. За ними – несколько старых мотоциклов в разном состоянии восстановительного ремонта. Гарвуд узнал «Триумф Бонневиль», «Индиан» и «Крокер».

– Вы это все сами… – спросил Гарвуд, имея в виду реставрацию раритетов.

– Да, – ответил Уайз. – С детства люблю возиться с механизмами. Но сейчас эта возня мне обходится очень дорого.

Гарвуд кивнул. Пенсия у разведчика солидная, но не такая большая, чтобы роскошествовать. Значит, Уайз подрабатывает консультациями.

Осмотренная часть помещения заканчивалась огромным, от пола до потолка, застекленным выставочным стендом со старыми пишущими и швейными машинками. Дальше шло собственно жилище Билла Уайза, включающее в себя чистую, сверкающую стальными поверхностями кухню, большую библиотеку со шкафами высотой четыре метра, занимающими всю заднюю стену, гигантский чертежный стол, служащий ему письменным. На стене рядом в рамках множество дипломов, среди которых Гарвуд разглядел диплом доктора философии по психологии, а также благодарственные грамоты из армии и спецназа. Дальше располагалась гостиная с массивным диваном и баром, как будто взятым из небольшого ирландского паба. И следом спальня.

– Что-нибудь выпьете? – спросил Уайз, заходя за стойку.

– А что у вас есть?

– Виски и холодный чай.

– Тогда, пожалуйста, холодный чай, – сказал Гарвуд.

– Ну а я выпью виски, – сообщил Уайз, доставая два бокала и ставя их на стойку. – Сегодня холодный чай у меня не пойдет.

Внимание Гарвуда привлек висящий за баром яркий коллаж с портретом Джорджа Вашингтона. Ему показалось, что он узнал художника.

– Это ведь Пенли?

– Да, – ответил Уайз, протягивая ему напиток. – Большой художник и еще больший патриот. Я открыл его несколько лет назад и теперь стараюсь посещать все выставки. Творчество Пенли помогает мне преодолевать комплекс пенсионера.

– А что у вас была за работа в Управлении? – спросил Гарвуд.

Уайз глотнул виски:

– Ну, давайте назовем мою специальность «военной антропологией». В армии я служил в войсках специального назначения. Считаю, что именно там получил и среднее, и высшее образование, где профилирующим предметом было искусство убивать.

– Как солдаты в бою?

– Не только солдаты, но и сотрудники правоохранительных органов, бандиты, разного рода наемные убийцы, психопаты, националисты, террористы. Представляете, я их всех изучал.

– Любопытно.

– Да, интересный предмет, стимулирует к размышлениям. В частности, я показал, насколько увеличились в бою потери противника, когда в армии при подготовке перешли от мишеней с кругами на силуэты. И еще у меня есть работа о серийных убийцах. Как они выбирают жертвы и места нападения. Успех в бою определяет не только сноровка, но и ум. Вы скажете, это банальность, и будете правы. Но среди тысячи бойцов найдется один обладающий редким талантом. Этому нельзя научить. Вот я отыскивал таких.

– То есть вы отбирали для спецназа наиболее эффективных убийц?

– Ну, это звучит примитивно. Понимаете, спецназ предназначен не только для уничтожения противника. Они должны уметь проникать на территорию других государств, взаимодействовать с повстанческими группами. Моя задача была повысить их боевой потенциал. Потом меня заметили люди из Лэнгли и перевели к себе.

Уайз глотнул еще виски.

– Там вы продолжили заниматься тем же, что и в армии? – спросил Гарвуд.

– Да, но с гораздо большими возможностями.

– И конечно, ваша деятельность нигде не афишировалась.

– А вы как думаете? Неужели руководство ЦРУ собиралось посвящать в эти дела Конгресс? В этом случае политики сократили бы бюджет моего проекта до минимума, а то и вовсе закрыли. Они нашу работу никогда не ценили, считали, что слишком много на нее уходит средств. – Уайз посмотрел на Гарвуда. Его лицо стало серьезным. – Ладно, давайте перейдем к делу. Рид Карлтон считает, что я могу вам помочь. Давайте выясним, как много вы знаете о погибшей.

– Но там есть еще четверо заложников.

– Конечно. Но давайте вначале сосредоточимся на первой жертве преступников.

Глава 17

Бостон,
Массачусетс

Сегодня во время прогулки он много фотографировал. Снял Королевскую часовню, Старую Северную церковь, особняк Пола Ревира. На кладбище, третьем по значению в Бостоне, возникшем в старину на месте хлебного амбара, рядом с могилой Сэма Адамса, встретил странную девушку: черная губная помада, черный маникюр, соответствующая прическа, которая согласилась позировать ему на фоне надгробий. А после четвертого снимка предложила отвести его неподалеку и заняться сексом. За пятьдесят долларов.

Он понимал, что перед ним наркоманка, которой нужна доза, и назвал цену в десять долларов. Только чтобы посмотреть, что будет дальше.

Она сделала неприличный жест и ушла. Но вскоре вернулась и сказала, что согласна за двадцать. По счастливой случайности их встреча происходила днем, в публичном месте. А будь это вечером и если бы он вовремя не принял лекарство или выпил спиртного, все могло бы закончиться трагически.

12
{"b":"272638","o":1}