ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Впрочем, если он не хотел принимать их, его дело. Мне, вообще говоря, его упрямство сейчас было только на руку: не придётся лишний раз наведываться домой и подвергать себя риску нарваться на приспешников Ордена. В том, что с этой же ночи меня станут искать везде, я не сомневалась.

- Что ж, хорошо, - заключила в конечном счёте, - не хотите - не надо. - С этим я поднялась и обратилась к Белинде: - Не возражаешь, если я поднимусь наверх? Сильно устала.

- Конечно, - кивнула та. - Я приготовила чистое бельё на тумбочке. Застелить сумеешь?

- Сумею.

Надо признать, я ни разу не готовила себе постель сама, однако подозревала, что не такая уж и сложная это задача. Как-нибудь справлюсь...

- Желаю всем спокойной ночи, - возвестила я, не глядя ни на кого в частности, и, подхватив непристойные алые юбки, устремилась прочь из комнаты.

Отступление первое

ДЖЕР

Дверь за Амандой закрылась, а я, словно загипнотизированный, по-прежнему смотрел ей вслед. Вот почему, чёрт побери, она такая красивая... даже в этом вульгарном платье, даже с чересчур яркой косметикой на бледном лице она всё равно не смотрелась так безвкусно и пошло, как мерзавка Аннабель. И мне казалось, за одну эту чистую красоту я был готов простить ей всё что угодно: даже то, как презрительно она швырялась в меня своими деньгами, вместо того чтобы просто улыбнуться, как минуту назад улыбалась Акко, и признать, что я заслужил обыкновенное: "спасибо, Джер".

- Ох, Эдж, и угораздило же тебя, - негромко проговорила Белинда, и я мельком взглянул на свои запястья, которые она сейчас перебинтовывала мягкой тканью.

- Ничего. Заживёт.

Белинда усмехнулась.

- Это - заживёт, конечно. Только я о другом. Об Аманде.

Я напрягся, натянулся струной.

- А что с Амандой?..

Белинда оторвалась от своего занятия и взглянула мне в глаза.

- Скажи честно, ты сам понимаешь - что?

Я не понимал. Честно. В особенности не понимал, что давало Белинде право начать подобный разговор.

- Ты ведь сознаёшь, что ты ей не пара, Эдж.

- Я... что??

Я должен был рассмеяться. Должен был удивиться, на худой конец, но всем, что я чувствовал, было совершенно неожиданное раздражение.

- Какого чёрта, Белинда? По-твоему, я совсем мальчишка, чтобы ты учила меня жизни?

- Я просто вижу...

- То, чего нет, - резко оборвал я её.

- Я видела, как ты на неё смотрел, - со спокойствием удава продолжила Белинда, принимаясь бинтовать второе запястье. - И как ты приревновал её к собственному кшахару тоже. А ведь она наоборот подумала... наивная девочка.

- Как, наоборот? - запутавшись, переспросил я, прежде чем осознал, что вообще-то должен был отрицать все её бессовестные предположения.

- Она решила, будто ты злишься на неёза то, что она отнимает у тебя друга.

- Ну, это мы уже проходили, - пробормотал я, вспоминая первую такую сцену на озере. Её нежные руки, гладившие чешуйчатую шею, её переливчатый смех... Нет, с дружбой Акко и Аманды я уже давно смирился. Что ещё мне было делать?.. Но вот слова, которые она шепнула ему сегодня... чёрт побери, как вдруг кольнуло сердце!.. Она никогда не посмотрит на меня так же. Никогда не увидит во мне кого-то большего, чем просто циника, охочего до чужих богатств...

- Не влюбляйся в неё, Эдж, - посоветовала Белинда. - Аманда - девушка не твоего круга. Она не станет твоей.

- Влюбляться? - хмыкнул я. - Нет, уж, спасибо. О такой глупости я и не думал.

Чистая правда. Влюблённые представители сильного пола всегда вызывали у меня исключительно брезгливое снисхождение. Все эти цветы, романтические записки и корявые, собственного сочинения, сонеты под луной... Нет уж, боги меня упаси примкнуть к их бараньим рядам. Да и Аманда, признаюсь честно, вызывала у меня чувства несколько иного толка. Если бы меня попросили описать их одним словом, я бы никогда не сказал "влюблённость". Скорее уж, я бы выбрал "интерес".

Да, безусловно, в первую очередь он касался её именно как женщины. Красивая, нежная, чистая, она привлекала меня. Я хотел бы, чтобы нас с ней связала целая гамма разнообразных отношений, но сознавал, что это было невозможно; по крайней мере, пока. Чего стоил этот сегодняшний поцелуй... она отпрянула от меня, словно испуганная лань, а я почувствовал себя таким непривычно виноватым. Сам не знаю, что на меня нашло: я просто увидел её там, с растрепавшимися после схватки волосами, с храбро расправленными плечиками, с этой непривычной алой помадой на чувственных губах... Она была восхитительна, такая хрупкая и смелая одновременно; и мысль о том, что она пришла туда за мной, помутила мой рассудок. Волна озноба прокатилась по телу. Я будто вновь ощутил сладкий вкус её губ.

- Эдж?.. Э-эдж! - усмехаясь, протянула Белинда, и я очнулся, сознавая, что не слышал её. - Всё готово, мой витающий в облаках друг.

Я оглядел себя: запястья и рёбра были аккуратно затянуты в целебные повязки. Видимо, Белинда добавила в мазь что-то обезболивающее: все мерзкие ощущения уже почти сошли на нет.

- Спасибо, - искренне поблагодарил я, и колдунья устало улыбнулась.

- Спать будешь здесь. Других мест, к сожалению, не осталось. Подушек тоже, а вот плед я сейчас принесу.

- Давай схожу с тобой, - предложил я, чтобы не гонять её попусту. Белинда возражать не стала.

Мы поднялись наверх, и я остановился у порога, дожидаясь, пока хозяйка достанет мне покрывало. В приоткрытую дверь мне была видна стоявшая в углу кровать и вырисовывавшийся в свете лампы силуэт спавшей девушки. Заслышав шаги сквозь сон, Аманда пошевелилась, и приглушённый свет выхватил из мрака мягкие черты её лица.

"Она никогда не станет твоей", - предрекла мне Белинда.

"Ну, это мы ещё посмотрим", - подумал я.

При взгляде на Аманду отчего-то защемило сердце.

Глава 5

Главное препятствие познания истины есть не ложь, а подобие истины.

Лев Толстой

Говорят, утро вечера мудренее. Мол, встанешь спозаранку - и вот так, внезапно, поймёшь то, что вечером казалось туманным и неясным. Я никогда не верила в такое озарение, однако этим утром нечто подобное произошло и со мной.

Я поднялась с постели, когда небо за окном ещё было серым и сонным, и совершенно точно знала, что должна была делать теперь. Подумать только, и отчего эта идея раньше не пришла мне в голову?.. Очевидно, потому что все мысли были заняты тем, как вызволить Джера. Но теперь он был здесь, в безопасности, и я могла со спокойной совестью оставить его в покое, зная, что после осуществления моего нового плана Орден больше не станет тратить силы попусту на его поиски. Зачем им будет нужен Джер, если они получат меня?..

На стуле возле кровати я обнаружила своё платье - не алое, принадлежавшее Аннабель, но моё собственное, то, которое вчера вечером я оставила на маяке на попечение Белинде. Было приятно, что она захватила его с собой. Кроме того, рядом стоял таз с чистой водой - конечно, холодной, однако всё же подарившей мне долгожданную возможность освежиться. Одевшись и кое-как затянув корсет, я спустилась вниз в надежде найти там хозяйку, однако обнаружила лишь Джера, спавшего в гостиной на узкой, неудобной кушетке.

Запоздалое чувство вины охватило меня. Ну конечно, я должна была догадаться, что дом госпитальной сиделки - не гостиница, и здесь не найдёшь десятка комнат для неожиданно нагрянувших беглецов. А Джер был ранен; я должна была уступить ему право занять нормальную постель. Всё ещё раскаиваясь, я как можно тише выбралась из гостиной и прошла в крохотную кухню. Там на столе уже почти привычно обнаружила оставленный Белиндой завтрак: на этот раз горшок был горячим и аппетитно пах свежесваренным пшеном на молоке. Совесть принялась вгрызаться в меня с утроенным усердием. Я, что же, одна здесь спала этой ночью, как нормальный человек?..

12
{"b":"272649","o":1}