ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

"В Виндсхилл приезжает выставка знаменитого эпатажного художника Альфреда Джарольдиньо"

"Богослов Майкл приводит убедительные доказательства существования "частных ангелов""

"Угроза загадочной эпидемии среди кшахаров не подтвердилась"

Я резко сложила газету и, поднявшись, отступила к окну.

- Что с тобой, Мэнни? - Аннабель возникла за моим плечом. - Ты не рада? Ведь всё закончилось.

- Да, - подтвердила я горько. - Всё закончилось, Энни. Даже то, что вовсе не должно было кончаться.

Я не видела лица сестры, но по голосу поняла, что она нахмурилась.

- Мэнни, ну, хватит уже. В конце концов, это глупо.

- Глупо - что? - переспросила я тихо и выдохнула: - Любить?..

- Это не любовь.

- Ты не знаешь этого, Энни. Мы с тобой можем быть абсолютно одинаковы внешне, но сердце-то у каждой из нас своё.

Тёплые ладони сестры мягко легли на мои плечи.

- Может быть. Однако моё всегда чувствовало, что будет для тебя лучше.

Я криво усмехнулась.

- Ну да. И ты, упрямица, всегда делала всё по-своему. Но кому, скажи, ты оказала услугу, когда сдалась Ордену вместо меня? Ты ведь едва себя не погубила.

- Я хотела защитить тебя, - тихо отозвалась Аннабель, и нотки раскаяния проскользнули в её голосе. - И даже если я ошибаюсь в чём-то, то лишь потому, что всегда хочу для тебя лучшего.

- Знаю, - улыбнулась я мягко. Я и впрямь не сомневалась в этом ни на мгновение.

После завтрака мы собирались нанести визит подруге. Я сменила платье, равнодушно позволила горничной уложить волосы, отправилась в спальню, чтобы подобрать серьги. Настроения наряжаться не находилось вот уже несколько недель, но я должна была делать вид, будто всё стало как прежде. Ходить к подругам, принимать гостей, посещать театры... Безумие закончилось, в мою жизнь вернулись спокойствие и размеренность, вот только теперь отчего-то они казались мне тоскливой и унылой пустотой.

Серьги я выбрала самые привычные и удобные: просто не хватило фантазии на что-то другое. Задумчиво оглядела шкатулку, приоткрыла нижнее отделение, где долгие месяцы лежали нетронутыми все мои кольца и браслеты. Теперь наконец я смогу снова носить их.

Удар в стекло заставил меня вздрогнуть, и я едва не вскрикнула от неожиданности. Пронеслась в голове сумасшедшая мысль, от надежды втрое быстрее заколотилось сердце. Но это наверняка просто птица...

Я обернулась к окну и едва не споткнулась на ровном месте.

- Акко?!..

Метнувшись вперёд, я распахнула створки, впуская кшахара, и тут же позабыла о морозном ветре, ворвавшемся в комнату.

- Акко! - я крепко стиснула его шею, прижимаясь к ледяной чешуе в неколебимой уверенности, что больше никогда не отпущу его снова. - Милый мой, родной... куда же вы пропали... почему...

Акко урчал что-то виновато и в то же время укоризненно.

- А что я? - принялась невольно защищаться. - Я вас везде искала. В Ордене, разумеется, потом на вашей квартире, и у Белинды, и на маяке. Акко, что произошло? Почему Джер исчез вот так? У вас всё в порядке?

Он мягко ткнулся носом мне в живот, прикрывая янтарные глаза. Я огладила его голову, чувствуя одновременно и облегчение, и ещё большую тоску, обволакивающую сердце.

- Я тоже скучала, дружок. По вам обоим.

Акко вопросительно поднял голову.

- Ну, конечно, по обоим, Акко. Не знаю, что нашло на Джера и почему он так повёл себя, но я ему повода не давала.

Акко внимательно посмотрел на меня, а потом указал носом в сторону окна.

- Ур-р?..

- Полететь с тобой? - переспросила я, и голос мой дрогнул. Колени подогнулись - К Джеру?..

Кшахар смотрел на меня выжидательно и почти моляще.

- Конечно, полечу, - заявила я вдруг без колебаний. В конце концов, глупо строить из себя обиженную и ждать, когда Джер сам явится, чтобы объясниться. Ждать и бояться, что это не случится никогда.

В моей гардеробной ещё оставалась пара тёплых плащей с той поры, когда бежать чёрным ходом среди ночи для меня было почти ежедневной нормой. Вот и теперь, закутавшись в один, я взобралась на спину кшахару.

Летели мы недолго, но направление оказалось мне неизвестным. Совершенно незнакомый район, небогатый, но аккуратный и чистый, с небольшими домиками из нарядного красного-белого кирпича, лепившимися друг к другу, будто новогодние пряники. Акко спустился к одному из них и приземлился на черепичную крышу рядом с приоткрытым металлическим люком. Двинул носом, распахивая крышку настежь, сложил крылья и спрыгнул внутрь, пружиня лапами, чтобы смягчить для меня удар. Спустившись на пол, я осмотрелась. Это, по-видимому, была старая голубятня: по углам ещё стояли ряды клеток, всё вокруг ощутимо пахло птичником.

- Твои будущие апартаменты? - улыбнулась я, оглядываясь.

Акко фыркнул. Да, наверное, если даже я отчётливо ощущаю пропитавший все стены запах, то для Акко это место ещё долго не станет уютным. Но если тут всё отмыть и перекрасить, а вместо металлического люка вставить окно...

Кшахар поманил меня за собой, и я тут же забыла и о голубях, и о неожиданно заполнивших голову планах по ремонту. Глупо, в самом деле... может быть, сегодня единственный раз, когда мне будет дозволено оказаться в этих стенах.

Дверь с чердака вела на узкую деревянную лесенку, спускавшуюся в коротенький коридор с парой дверей по бокам. Впереди проход раскрывался светлым холлом, и именно туда повёл меня Акко. Я замешкалась, скованная мгновенной неуверенностью и сомнением. Сняла плащ, перекинула его через перила лестницы, обернулась к кшахару. Акко вопросительно уркнул. Я кивнула - не то ему, не то самой себе - и шагнула следом.

Яркий солнечный свет проникал в небольшой холл сквозь высокое окно, на котором ещё отсутствовали портьеры. По углам высились башни из разномастных коробок, у входной двери стоял знакомый мне комод - я помнила его по прежней квартире Джера. Столешница, как и прежде, уже почти не просматривалась под грудами какой-то мелочи: коробками, бумажками, ключами, на углу приютились даже гвозди и молоток.

- Акко, это ты там? - послышался приглушённый голос Джера, и я вздрогнула, чувствуя, как слабеют колени. Звук его голоса отозвался в памяти всплеском образов и воспоминаний. Неужели увижу его, сейчас?..

- Дружище, захвати молоток, а? Там, на комоде оставил, кажется.

Вслед за этим до нас донёсся громкий скрежет, будто Джер двигал по полу что-то тяжёлое и деревянное.

Акко огляделся и потянулся было к комоду, но я остановила его. Взяла молоток сама, от напряжения крепко сжимая деревянную ручку, и ступила к двери. Сердце колотилось, как безумное. Шаг, ещё один... порог.

Джер сидел на корточках спиной ко мне и, склонив голову, сосредоточенно ковырялся в дверце распластанного посреди комнаты недособранного шкафа.

Я замерла на мгновение, разглядывая его, жадно и трепетно отмечая каждую мелочь. Его руки с налипшими кое-где опилками - вдруг захотелось, чтобы они коснулись меня, ласково и настойчиво, как прежде. Его волосы, немного спутанные и, как всегда, свободно рассыпавшиеся по плечам - как не терпелось сейчас же запустить в них пальцы... Рубашка его местами небрежно выбивалась из-под пояса, рукава были закатаны до локтя, голые ступни и щиколотки нелепо торчали из-под видавших виды костюмных брюк. Сердце, глупое, податливо сжалось от необъяснимой нежности.

Я сделала шаг, другой, третий, неслышно подступая вплотную.

- Ну, Акко где ты там... - Джер обернулся и уткнулся взглядом в подол моей юбки.

Замер, резко поднял глаза. Так же резко взвился на ноги, машинально отирая руки о рубашку, и продолжал смотреть на меня, не отрываясь. Столько эмоций сменялось на его лице, что я не могла понять, рад ли он видеть меня или напротив. Изумление. Надежда. Сомнение. Мрачное ожидание чего-то не слишком приятного.

- Аманда, - произнёс он наконец и бросил в высшей степени выразительный взгляд за мою спину. Не знаю, как Акко, но я съёжилась от осуждения и недовольства, отчётливо читавшихся на его лице. Сердце пронзило болью. Он не хотел меня видеть.

73
{"b":"272649","o":1}