ЛитМир - Электронная Библиотека

Мелсер избежал участи большинства своих соотечественников на юге Киммерии, как оказалось, только затем, чтобы быть завербованным в армию, которая должна была противостоять набегам варваров. Поскольку у него уже имелось копье, то начальство не потрудилось выдать новое. Правда, он получил короткий меч, изрядно поржавевший и шлем, который тоже в отношении надежности далеко не ушел. Когда Мелсер заикнулся про кольчугу, ему просто рассмеялись в лицо.

— Митра! Может, дать тебе еще боевого коня и попону в придачу? — издевался, заплывший жиром, сержант. — Чем ты отличился, чтобы заслужить железную рубаху?

— Я дрался с киммерийцами на севере, — ответил бывший фермер. — Ты сам кто такой, чтобы унижать людей?

Лицо сержанта побагровело от гнева.

— Если будешь разговаривать со мной, как с навозной кучей, то получишь на спину полосы от плетей вместо кольчуги.

— А ты будешь дураком, если подставишь спину своим солдатам, с которыми обращаешься подобным образом, — спокойно сказал Мелсер. — Любой, кто имеет под началом воинов, которые его ненавидят — долго не проживет.

Он так и не обзавелся кольчугой, однако сержант его больше не задевал. Мелсер смог проводить Эвлею и детей на юг. Чем больше будет расстояние между его семьей и варварами, тем счастливее он будет сам.

Всякий раз, оглядываясь на север, на земли, что пришлось оставить, у Мелсера закипала кровь. С той стороны, каждый день поднимался к небу дым от новых пожаров. Было предельно ясно, что там творилось. Это горели фермы несчастных поселенцев. То, что являлось ростками цивилизации, возвращалось к варварству с немыслимой скоростью. Вспоминая, сколько сил и времени он вложил в обустройство своей фермы, впрочем, как и его соседи, Мелсер одинаково проклинал и киммерийцев, и Стеркуса, зверства которого привели к восстанию.

Как гандер знал, аквилонская армия больше двух лет назад пересекла границу с Киммерией в одном месте и организованно продвигалась дальше, пока не столкнулась с дикарями. Потом было сражение, и варвары отступили, тем самым дав возможность колонизировать южные области этой земли. Теперь киммерийцы сами пожаловали на территорию Аквилонии, но это было совсем другое дело. Варвары перебирались через пограничную речку: где парами, где десятком, где большим числом. И скоро Мелсер уже видел отблески пожаров на землях аквилонского королевства, чего не происходило в течение многих поколений.

Наспех собранные силы обороны метались то туда, то сюда, пытаясь выбить варваров, пока те не нанесли большего ущерба. Иногда они преуспевали. Но чаще, киммерийцам удавалось убраться без потерь, чтобы жечь, грабить и убивать в каком-нибудь другом месте.

Мелсер спал очень мало и без дела не сидел. Древко его копья сплошь покрывали зловещие бурые пятна. Он все же раздобыл кольчугу, но первое время не мог к ней привыкнуть. Железная рубашка приносила неудобства и стесняла движения. Однако гандер перестал ворчать после того, как она остановила стрелу, летящую прямо в сердце. Уже довольно скоро Мелсер исполнял обязанности сержанта. Правда, он не получал его оплату, да и вообще никакого денежного довольствия. Только паек, и то скудный. Зато люди, завербованные после него и не испытавшие того, что довелось ему испытать — слушались и повиновались командам.

Иной раз, он задумывался, как бы поступил, если б сам или подчиненные выследили Конана и его отца. В тот памятный день киммерийцы могли убить его, но молодой варвар не позволил. Что это было? Акт милосердия, дружба, что-то еще? Кто теперь даст ответ? Главное, что он и его семья остались в живых.

Возможно, юноша и тот, огромный, неуклюжий человек, что приходился ему отцом, погибли у стен Венариума, или в какой-нибудь стычке между фермой Скайлиакса и границей Аквилонии. Для успокоения своей совести, Мелсер надеялся, что они живы до сих пор.

Вскоре, появились другие, более веские причины для беспокойства. Поскольку все больше варваров проникало через границу, защитники были вынуждены разделиться на меньшие группы, чтобы противостоять всем им. Но если случиться так, что небольшому отряду подданных Нумедидеса придется столкнуться с превосходящими силами киммерийцев, то произойдет настоящая бойня и не в пользу первых.

Мелсеру, его людям и нескольким другим солдатам из Гандерланда как раз пришлось подчищать результаты одного такого просчета. В какой-то момент, показалось, что удача им улыбнулась. Несколько киммерийцев, поставленных на охрану, перепились и крепко спали. Аквилонцы с ними быстро разобрались и ударили по вражескому лагерю прежде, чем варвары успели что-либо сообразить. Однако киммерийцы так ожесточенно сопротивлялись, что внезапность нападения потеряла смысл. Аквилонцы застопорились у края фруктовой рощи.

Стволы деревьев давали лучникам отличное прикрытие. От кольчатой рубахи Мелсера отскочила очередная киммерийская стрела. «Интересно, жив ли еще тот сержант, который поскупился дать ему кольчугу? И вообще, участвовал ли он хоть в одном сражении? Или, может быть, сразу трусливо сбежал, переложив на плечи других борьбу с варварами?» — такие вопросы мелькали в голове новоиспеченного командира.

— Соберитесь! Все вперед! Мы можем выбить их! — крикнул Мелсер и первый бросился на противника.

У киммерийца при себе был только неважный меч. Он не носил ни доспехов, ни даже шлема. Шансы выстоять против хорошо защищенного пикинера казались сомнительными, и варвар это понимал. Поэтому он предпочел спастись бегством.

Его поспешный отход вдохновил солдат. Они устремились за бывшим фермером, чтобы поддержать своего сержанта. В этой небольшой стычке у воинов армии цивилизованной страны имелось численное преимущество над дикарями.

Как только бой завязался среди яблоневых и грушевых деревьев, каждый уже сражался сам по себе.

— Да здравствует Нумедидес! — выкрикивал Мелсер, и ему вторили остальные аквилонцы.

Варвары испускали воинственные крики, большей частью на своем языке. А некоторые из них на ломанном аквилонском посылали проклятия на голову вражеского короля.

Какой-то киммериец запустил в Мелсера большим камнем. Кольчуга смягчила удар, и ребра остались целы, но сержант знал, что последствия еще скажутся, несмотря на защиту железных колец. Тут он увидел другого дикаря, который с топором наседал на гандера и поспешил на помощь земляку. Но прежде, чем Мелсер добрался до места, киммериец раскроил солдату череп. Он поднял боевой топор, готовый поразить набегающего сержанта. Встретившись взглядами, оба замерли, как вкопанные, лишь одновременно воскликнув:

— Ты?!!

В тот самый момент, Мелсер сделал окончательный выбор. Он опустил копье со словами:

— Ступай своей дорогой, Конан. Когда-то ты пощадил меня и мою семью. Я отплачу тем же. Твой отец тоже здесь?

— Нет, — покачал головой молодой варвар. — Он погиб в Венариуме. Будь осторожен, Мелсер. Возможно, другой киммериец убьет тебя.

— На вашей земле захватчиками были мы, — вздохнул бывший фермер. — Вы приложили все силы, чтобы выгнать нас. Теперь вы в роли захватчиков. Неужели ты думал, что мы будем действовать по-другому?

— Я ничего не думал, — Конан пожал плечами, слишком широкими для его возраста. — Найди себе нового противника. Я сделаю то же самое.

Мелсер поспешно метнулся в сторону, чтобы у Конана не возникло подозрений в его нечестности.

В конце концов, аквилонские солдаты одержали верх в схватке над противником. В радостном настроении они занялись грабежом трупов, в то время как Мелсер бродил по саду, выискивая тело Конана среди павших киммерийцев.

Он так и не нашел труп сына кузнеца. И встретиться им, больше не было суждено. Но несостоявшийся фермер запомнил образ юноши до конца своих дней.

* * *

— Мы не можем вернуться на родину, — мрачно сказал соплеменникам худощавый молодой киммериец по имени Талорк, усаживаясь у костра, разведенного на холмах Гандерланда. — Слишком много аквилонских собак шныряет вдоль границы.

53
{"b":"272839","o":1}