ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

приснилось, что все его кишки выпали, и живот стал пустым. Пока он размышлял, вернутся

ли его органы обратно, белый человек сказал ему: «В этот раз они не вернутся в твое тело

(сон означает удаление всей скверны)».

После этого сосредоточение его ума сильно возросло. Он снова вернулся в Ралун и

встретился с Дхармасвамином Веном, который сказал ему:

— Ты усовершенствовал свое созерцание! [1236] Теперь ты должен стать у меня

помощником учителя. Но он попросил разрешение уйти в Лато. Дхармасвамин не позволил

ему, и друзья просили не делать этого. Тогда он подумал: «Посмотрю-ка я, сиддха мой

Учитель или нет».

Он сам преподнес Учителю много мандал и снова обратился с просьбой. Теперь, когда он

лично попросил его, Дхармасвамин сказал:

— Ну, теперь иди! Если ты сможешь распространить учение своего Наставника в этой

варварской стране, велико будет благо!

Тогда он отправился в Лэто и в Чарогцане встретил отца Дубпу Шигпо . «Разве он не

Самантабхадра (Адибудда в школе ньингма)?» — подумал он и поверил в него.

Дубпа Шигпо даровал ему тайные наставления со всеми подробностями. После этого он

провел три года в Кьюнкаре, и сосредоточение ума возросло. Его поразила болезнь,

вызванная блохами, и он был при смерти. Его слуга пошел попросить еды, но тоже заболел в

Чарогцане и не вернулся. Гёцанпа подумал: «Теперь он, должно быть, бросил меня и не

вернется».

Поэтому он приготовился идти сам, и тогда болезнь, вызванная блохами, отпустила его.

Он пошел в Чарогцан и привел обратно своего слугу. Он лечил его, и оба они, Учитель и

ученик, поправились. Еще одно лето он провел в Янкаре, в том месте, где есть следы

Досточтимого Милы, и сосредоточение его ума возросло. После этого он отправился в Гёцан

(вблизи Шри-ри — Шелкара в Цане) и дал строгий обет одиночества2. Во сне он увидел, как

спрашивает у какой-то женщины: «В чем больше пользы: пребывать в одиночестве или

трудиться на благо других?» Женщина ответила: «Если будешь в одиночестве, то и от этого

будет благо для других».

Поэтому он остался в одиночестве. Его друг Гонтаг созерцал по наставлениям упаямарги

и, обладая способностью проникать во внутренние и внешние сферы, увидел, что все демоны

верхней и нижней частей мира собрались в Гёцане послушать, как Гёцанпа проповедует

Учение. Поэтому он оставил свои прежние мысли, что его друг Гёцанпа не трудится на благо

других.

Покинув Гёцан, Гёцанпа отправился в горную долину Лато и практиковал там тайные

ритуалы. Этот Дхармасвамин обладал признаками духовного прозрения и придерживался

теории об истинной сущности природы и в радости, и в печали. [124а] Когда его поразила

болезнь, вызванная блохами, он не выбросил ни одной блохи, одушевленный просветленной

мыслью (бодхичиттой), и все эти страдания понимал с помощью махамудры. Поэтому он

быстро излечился. Практикуя ритуалы, он мог достичь всего, чего желал. Его мысль

следовала за мыслью лишь два мгновенья, а в третье мгновенье он мог превратить ее в

сосредоточение ума согласно махамудре и остановить поток построения мысли. Никакие

мирские мысли не беспокоили его. Он сосредоточивался главным образом на практике

преданности своему Учителю, не отделяя себя от идеи Великой Печати (махамудры).

1 К мужчинам, последователям системы Чод, часто обращаются «отец» (pha).

2 Текст этого обета приведен в книге «Pad-dkar chos-'byung», л. 1806: «Клянусь, что буду созерцать до тех пор, пока

все имена: меня — человека, тебя — ястреба и этой скалы — станут едины».

Каждое утро, проснувшись, он думал: «Хорошо, что я не умер вчера. Сегодня я достигну

духовного прозрения!»

Полный усердия, Гёцанпа был одарен мудростью, позволяющей проникать во все виды

учений. Он рассказывал, что, живя в Шри-ри (вблизи Шелкара в Цане), он видел во сне, как

красная женщина положила ему в рот книгу, и после этого не было ни одного учения,

переведенного на тибетский, которого бы он не понимал. В дальнейшей жизни он основал

много монастырей, например: Тэнто, Пунта, Чанлин, Дэчентэн, Бардог Доржелин и другие, и

из каждого из них вышли тысячи монахов-учеников. Дхармасвамин Гёцанпа стал

послушником в 19 лет и провел три года с Цанпой.

В 21 год, занимаясь созерцательной практикой, он немного трудился и на благо других.

Затем Гёцанпа провел три года в Карчу, до 25 лет. Четыре года — в Тисэ (Кайласа) и

Джаландхаре до 29 лет. Три года в Лхакабе — до 32 лет. Три года в Цари — до 35 лет. Три

года в Кьюнкаре и в Янкаре — до 38 лет. Семь лет в Гёнцане — до 45 лет. 13 лет в Тэнто —

до 58 лет. Девять полных лет в Дэчентэне и Гандэне — до 67 лет. Один год в Сэнгэлине в Ча

и в Хортане — до 68 леї. Два года в Доржелине — до 70 лет. [1246]

Гёцанпа сказал, что уйдет в нирвану в год Земли-Коня (1258) и переродится как

держатель учения кагыо, а после этого родится бодхисаттвой Мачаг Падмэче-ном (Вайрага-

Падмакша) в верхней области из десяти направлений и будет трудиться на благо тех, кто

свободен от построения мыслей. После этого он достигнет состояния будды как Татхагата

Дулсэл (Араджас) в сфере Дултан-тэлва (Вирад-жас). Он также сказал им, что после его

смерти они не должны собирать деньги среди его последователей и создавать изображения,

но вместо этого им следует заниматься созерцанием в уединенных обителях, посвятив этому

жизнь, и по крайней мере один год им следует провести в уединении. У него было много

учеников. Его духовными сынами были Янгёнпа, махасиддха Ургьенпа, Чанлинпа,

Дхармасвамин Нэринпа, Пурива, несравненный Бари Чилкарва, Владыка Мадун-па, Шиче

Гёнпо, Сангье Томрэ, Пэл Кьершин-рэпа, Шакья-рэпа, Даррэ и др.

Бари Чилкарва, равный в созерцании самому Гёцанпе, основал монастырь на границе

Гой-юл и Дина, трудился на благо других и непрерывно созерцал абхас-вару. Доныне

существует его изображение, на которое не ложится пыль. Пурива Кёнчог Гьялцэн, равный в

подвижничестве самому Гёцанпе, был тем, кто попросил его написать «Ro-snyoms sgang-'drib

(свод учения о так называемом единовкусші). Он основал монастырь в Патуге.

Преемниками Бари Чилкарвы были нирманакая Дэчсн Сэнгэ, Мачиг Чойдон, а учеником

последнего — Кашипа Намха Вё-сэр. Сей последний сначала стал великим кальянамитрой,

держателем Четырех заповедей (ЬКа'-bzhi 'dzin-pa) Лато Чанпы и встретился с Мачиг во

время перерыва в занятиях. Он получил от нее наставления, и у него возникла

замечательная сосредоточенность ума.

Учеником Кашипы Намха Вё-сэра был Караг Таггьялва. Он родился в год Огня-Коня

(1186). Он был подавальщиком у Чен-а Тагчанвы, главным поваром во время срока

полномочий Чен-а Кюнпанпы, а затем бежал в Чубар и занялся созерцанием. [125а] Он

встретил Кашипу Намха Вё-сэра и других и получил от них много наставлений. Провел с

Намха Вё-сэром два срока1, а после возвращения провел около 12 лет в Ген Ринченлине.

Примерно в это время он достиг йогиче-ского прозрения. Позднее он долго жил в Караге и

177
{"b":"272915","o":1}