ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

совершил ритуал изгнания местных духов (sa-bdag) в другое место, но там оставался

могучий и злой наг. [22а] Ему пришлось подавить нага, разостлав над ним свой коврик.

Поскольку участок был покрыт валунами, часть из них раскололи, а часть закопали. Он

много трудился и построил святилище на 12 колоннах и двор с 42 колоннами. Поскольку он

был близким другом Шарвапы, учеников последнего также посылали помогать строить

вихару. Его слуга Шерсэн возил лес из Ньянпо и Нагшо. Завершив основное святилище,

Шерсэн сказал:

— Теперь большое святилище закончено, и вы должны постараться наполнить его

священными изображениями.

На что Чаюлпа ответил:

— Приготовь достаточно места.

Когда верхний двор был закончен, а нижний близок к завершению, стхавира Сзчунва

отравил Шерсэна, и когда тот умирал, Чаюлпа сказал ему:

— Не бойся! Я иду с тобой!

Затем он совершил ритуал сосуда (bum-chag)1 и сказал:

— Теперь он покинул область ада.

Полностью закончив вихару, он заполнил основное святилище предметами почитания,

включая семьдесять копий Бума («Шатасахасрика-праджняпарами-та»), и там не осталось

достаточно места для украшений пола и потолка. После этого он провел свой летний период

уединения в Ча-юле. Позднее,он объехал многие монастыри в Кьимэ (Нижний Кьи; Лхаса) и

повсюду усердно трудился на благо живых существ. Когда он был в Ча-юл Дагпо, Ньигом

попросил его:

— О, кальянамитра! Умоляю, расскажите мне, как понимание двух истин

(парамартха-сатья и самврити-сатья) укладывается в вашем уме?

Чаюлпа ответил:

— Просветленная мысль относительно феноменального аспекта (kun-rdzob) и

просветленная мысль относительно трансцендентального аспекта (don-dam) — обе

представлены в моем уме.

Тогда Ньигом спросил:

— Хорошо! Рассматривая собственный ум, следует ли понимать его как несуб-

станциональный? Или же, рассматривая внешние объекты, следует их понимать как

несубстанциональные?

Чаюлпа ответил:

— Учением, сходным с применением жира к ране, в которой остался кусок стрелы,

ничего нельзя достичь; учением, сходным с выслеживанием следов вора в монастыре, когда

он бежал в леса и горы, ничего нельзя достичь; поэтому, когда признают свой ум

несубстанционалышм по его природе, оковы внешнего мира падут сами собой, поскольку

все — шуньята.

После чего Ньигом спросил:

Когда вы поняли эту теорию? [226] Чаюлпа

ответил:

Я понял ее, когда служил у Чен-а. Ньигом

поинтересовался:

— Делаете ли вы различие между самахита-джняной (mnyam-bzhag ye-shes) и

приштха-лабдха-джняной (rjes-thob ye-shes)?

Чаюлпа ответил:

— Я не провожу различия между самахитой и приштха-лабдхой. Если бы я проводил

такое различие, то как бы я мог исполнять мои обязанности, и что было бы с моими

последователями?

Ньигом снова задал вопрос:

А они не мешают вашему созерцанию? Чаюлпа

ответил:

Не мешают!

Сначала, когда он занимался созерцанием, шум открываемых и закрываемых дверей

мешал сосредототочению ума, но тогда он положил свой коврик у дверей и созерцал.

Позднее, когда он наставлял своих учеников в практике созерцания, он обычно играл на

музыкальном инструменте и заставлял их сосредоточиваться. Кто-то считает, что он любил

музыку. Когда Чен-а был при смерти, он сказал Чаюлпе:

Разновидность ритуала шраддхи.

— Не принимай полного монашеского посвящения.

Поэтому он долго воздерживался от принятия окончательного посвящения. Позднее,

помолившись, он увидел сон, где кто-то сказал, что чайтью не следует возводить дважды, т.е.

во втором посвящении нет необходимости. Тогда он снова помолился и увидел во сне, как его

Учитель дал ему индийскую монашескую одежду (чивара). Он решил, что ему разрешено

стать монахом, и принял посвящение. Кальянамитра Ог Чойван был упадхьяей, Манра —

ачарьей, Гья Шераб-бар — тайным наставником. Один раз он прослушал «Виная-сутру» у

Лантанпы и трижды у Шераб-бара — всего четыре раза. Кое-кто спрашивал у него:

— Делали ли вы записи, когда слушали изложение Учения? Он

ответил:

— Делая записи, ничего не достигнешь! Следует мгновенно постигать "Учение

полностью и сразу.

Он как-то сказал обитателям Ча-юла:

— Если ваша цель достигнута, то потребности отпадают. За год до

своей кончины он сказал:

— Во время поминальной службы по Чен-а следует раздать монахам неочищенный

сахар, дав каждому столько, сколько он может взять в руку. Позднее у вас не будет

уверенности, что вы сможете это сделать.

Говоря это, он имел в виду, что скоро уйдет в нирвану, но обитатели Ча-юла не поняли

его. Поэтому он много трудился на благо Учения. В 64 года на 18-й день месяца карттика

(smin-drug) года Земли-Коня (1138) он принял позу парьянка и созерцал, потом улыбнулся

аскету Чанла и сказал:

— Теперь я лягу в позе льва. [23а ]

Струйка пара поднялась от его макушки, покрывшейся каплями пота, и он ушел в

нирвану. Тогда старейшины потребовали его тело, и еще две тысячи монахов заявили о

своих правах на тело Чаюлпы. Помпопа сказал:

— Если вы позволите останкам этого великого бодхисаттвы разложиться, то те, кто

почувствует запах разложения, пойдут в ад, поэтому лучше будет кремировать тело.

Поэтому они кремировали тело на крыше главного храма. Осталось много реликвий,

таких как изображения и проч., и каждый из учеников получил свою долю. Везде, куда

попадал дым погребального костра, возникали реликвии. Пятьсот из двух тысяч монахов

достигли состояния сосредоточения.

Среди ста десяти ученых кальянамитр было девять Великих внешних, восемь

Великих средних и трое Внутренних духовных сынов.

Девять Великих внешних: Рабхава Ченпо из Кама; Шапа Линпа Ченпо, Отанпа

Ньягамова Великий, Та Великий, Нампарва Великий, именуемый также Анцанпа Великий,

— все из Цана.

Восемь Великих средних: Ген Великий, Чагмэлпа Великий, Таши Ганпа Великий,

Гьергом Великий, Томшер Великий, Бюлвапа Великий, Банрава Великий и Кучолпа

Великий, именуемый также Думпурипа Великий.

Трое Внутренних духовных сынов: Цанпа Ринпоче Дорже Микьо, Гья из Ри-мочен и

Нубчонэ из Чагчже — трое.

Кроме них, Ньелпа Ратон, Барил из Цана, Кэру из Цана, Таши Ганпа из Лхо, Урпа

Юнше, Пацанпа из Таба, Намова из Шога, Балампа-лама, Ламова, Балэ из Верхнего Ньяна,

Гьорпо Кэту, Шакшон из Дола, Юлунпа и многие другие. Они приняли также на себя

обязанности в разных монастырях и много трудились на благо живых существ. [236]

После этого настоятелем Ча-юла стал Цанпа Ринпоче. Он родился в Нуб-юл Роне, в

Цане, в год Огня-Змеи (1077), когда Чаюлпе исполнилось два года. Он был сыном великого

79
{"b":"272915","o":1}