ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Первое селение за пограничным мостом — Гретна Грин. Форейтор сразу же доставлял молодых людей к «священнику». Им мог быть кузнец, моряк или хозяин гостиницы. Вместе со своим помощником — свидетелем (нередко в этом качестве выступал сам форейтор) они приступали к церемонии. У будущих супругов спрашивали их имена и место жительства, добровольно ли они пришли сюда и не состоят ли в данный момент в другом браке. Получив соответствующие ответы, «священник» разрешал жениху одеть обручальное кольцо на безымянный палец левой руки невесты, затем соединял их руки, говоря: «Так как эти мужчина и женщина пришли вместе и получили кольца, я провозглашаю их мужем и женой перед Богом и этими свидетелями во имя отца и сына и святого духа. Аминь». Молодым выписывали брачное свидетельство, и они, заплатив участникам церемонии за труды, возвращались домой уже законными супругами. С 1811 по 1839 г. здесь было обвенчано около 8 тыс. человек, в том числе и представители высших слоев общества. Предпринимавшиеся же родственниками попытки расторгнуть такой союз обычно заканчивались неудачей.{427}

В 1856 г. в Шотландии приобрел силу закона акт, лишавший правовой силы брак, если одна из сторон не проживает в Шотландии постоянно или хотя бы 21 день.{428} Этот акт создал препятствие на пути юных англичан, направлявшихся в Гретна Грин.

Для регулярного брака (шотл. regular marriage, англ. marriage) у шотландцев характерна свадьба (шотл. waddin, англ. wedding), которой предшествовал обычай помолвки (англ. betrothal, engagement). Как свидетельствуют описания XVIII в., девушка в знак того, что она принимает предложение своего возлюбленного, отправлялась вместе с ним к ближайшему ручью. Там, омочив в потоке руки, они скрепляли их в рукопожатии над ручьем, что было символом обета постоянства. В XIX в. молодой человек, решивший сделать предложение своей возлюбленной, приглашал ее в деревенский трактир, проинформировав заранее хозяйку трактира о своих намерениях. Девушка, зная о цели приглашения, надевала свое лучшее платье и шла к месту свидания. Здесь за стаканом эля происходило признание в любви, вслед за этим следовал акт официальной помолвки: облизав палец на правой руке, юноша и девушка соединяли их вместе, принося этим клятву верности друг другу.{429}

По традиции, представляясь семье возлюбленной, молодой человек на Шетландских островах, например, отправлялся в ее дом, надев лучший костюм и прихватив традиционный подарок — бутылку джина или бренди для отца девушки. Подозревая о цели визита, юношу приглашали к семейному очагу. После беседы за чаем на весьма далекие от сути дела темы, гость извлекал бутылку и просил принести бокалы. Оказываемый прием был ответом юноше на невысказанную просьбу. Впрочем, отказы случались крайне редко. Поощренный молодой человек мог быть уверен, что считается подходящим кандидатом на руку девушки. В таком случае в субботу — она называлась суббота Согласия (Contract Saturday) — невеста приглашала в свой дом жениха с родителями, друзей и соседей, чтобы за столом уладить «контракт». Уже на следующий день, в воскресенье, имена юной пары первый раз оглашались в церкви.

Следует, однако, отметить, что на Шетландских островах брак мог быть отложен на годы, пока молодой человек заработает в море достаточно денег, чтобы поставить свой дом. Несмотря на долгую разлуку, для девушки было немыслимо принимать ухаживания других юношей. Если же юноша погибал в море, девушка надевала траурное платье и продолжала носить его до конца своих дней, оставаясь верной жениху и не вступая в новый брак.{430}

В соответствии с нормами «регулярного» брака, церковь требовала оглашения имен жениха и невесты. Оглашения проводились в приходах по месту жительства пары или одного из вступающих в брак в течение трех недель, по воскресеньям. Доски с именами выставлялись в приходской церкви.

Обычай требовал, чтобы прошло девять недель от первого оглашения до бракосочетания. Этот срок мог быть сокращен при внесении соответствующей платы, и процедура оглашений ограничивалась одним воскресеньем. Однако позволить себе это могли лишь весьма состоятельные граждане.

Установление 9-недельного срока считалось необходимым для возможно более широкого оповещения о предстоящем бракосочетании, а еще и для того, чтобы молодые лучше ознакомились с Малым катехизисом и были бы в состоянии повторить наизусть Десять заповедей и Отче наш. Это испытание приводило к тому, что браки иногда откладывались, как это случалось и в XVII в. Позднее церковь разрешила вступать в брак без подтверждения знаний Библии.{431}

Подготовка к предстоящей свадьбе проходила повсюду согласно традициям и зависела от имущественного положения семей жениха (bridegroom) и невесты (bride). В среде аристократии и дворянства это был повод обновить гардероб всем членам семьи. Шили новые туалеты из шелка и вельвета. На Шетландских островах невеста с женихом в сопровождении друзей отправлялась в г. Леруик покупать необходимое приданое — платья и т. п. Многое в проведении свадьбы определялось материальным достатком, но повсеместно к ней тщательно готовились: особенно заботились о свадебном пире, для которого специально пекли хлеб, резали овец, запасали различную снедь. Гостей на свадьбу приглашали жених и шафер (best man). Они шли от дома к дому и звали в гости. В высшем свете Шотландии вместе с приглашением на свадьбу посылалась пара белых лайковых перчаток для каждого гостя.{432}

Особое внимание уделялось выбору времени проведения свадеб. Традиционно у земледельцев наиболее подходящим месяцем для празднования свадебных торжеств считался июнь, а на Шетландских островах у рыбаков, чья жизнь тесно связана с морем, обычно это были зимние месяцы. На выбор времени для заключения брака активно влияла церковь. Она запрещала вступать в брак в определенные периоды года, например во время Великого поста, чтобы впоследствии «не раскаиваться». В ежегодно печатавшихся альманахах сообщалось время, когда можно и когда нельзя вступать в брак. Например, в 1642 г. запреты коснулись периодов: с 27 ноября по 13 января, с 6 февраля но 18 апреля и с 16 мая по 6 июня. В 1655 г. удачными для свадеб были дни: в январе — 2, 4, 11, 19 и 21, в феврале — 1, 3, 10, 19 и 21, в марте — 3, 5, 12, 20, 23 и т. д. Браки, заключенные в эти «благоприятные» дни, обещали мужьям «привязанность жен и крепкую любовь».{433}

Особенно непопулярны среди шотландцев были майские свадьбы. Их старательно избегали. Вальтер Скотт в свое время спешно выехал из Лондона, торопясь на свадьбу своей дочери Софии, чтобы брак был заключен до начала зловещего месяца. По общему мнению следствием майских браков были смерть или безумие. Печальны воспоминания «счастливого» вдовца о таком браке, приведенные в стихотворении Р. Бёрнса:

В недобрый час я взял жену,
В начале мая месяца,
И, много лет живя в плену,
Не раз мечтал повеситься.{434}

Немало внимания уделялось и выбору подходящего дня недели для свадьбы. На северо-востоке Шотландии предпочтение отдавали вторнику и четвергу, реже субботе. На Оркнейских и Шетландских островах предпочитали вторник, но на Оркнейских островах браки допускались и в пятницу, как, впрочем, и в графстве Росс, вошедшем позднее в состав объединенного графства Росс-энд-Кромарти, на севере Шотландии, а также среди горцев графства Ланарк. Зато жители Лоуленда не склонны были вступать в брак в пятницу, день этот считался опасным из-за проделок дьявола. Особым в этой связи было внимание к фазам Луны. Предпочтение явно отдавалось новолунию, фазе увеличивающейся или полной Луны, что «гарантировало» удачу в браке на Шетландских и Оркнейских островах и в Шотландии. Брак же на исходе Луны, по мнению жителей Оркнейских островов, делает брачное ложе бесплодным, и ни одна пара не согласилась бы вступить в брак, пока Луна не начнет «увеличиваться».{435}

49
{"b":"272918","o":1}