ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Натали, Элайджа и мадам Клара сидят на ступеньках телеги соседнего каравана, попивая чай. Натали выглядит уставшей и бледной, не думаю, что это только из-за похмелья. Это больше похоже на слабость, которая проникла во все её тело. Я ошеломлен, замечая, насколько она исхудала. Вчера я этого не заметил, когда мы были в ванной у мадам Клары, но тогда мой разум был занят другим.

Жизель выходит из зеленого фургона рядом со мной, одетая в тоже ярко-желтое платье, как и вчера, хотя сегодня она вплела в свои рыжие волосы павлиньи перья. Они переливаются бирюзовым на солнечном свете, соответствующий макияж, нанесенный на глаза, дополняет образ. Её улыбающиеся губы накрашены золотом, а щеки вспыхивают, когда она замечает меня. Она не сделала никакой попытки скрыть свое влечение ко мне, и знаете что? Мне это нравится. Приятно чувствовать себя желанным, даже, если я не люблю эту девушку.

— Им, похоже, уютно друг с другом, — замечает Жизель, кивая в сторону Элайджи и Натали.

Я смотрю туда же, куда и она. Рука Элайджи покоится на спине Натали, его большой палец водит маленькие круги по её позвоночнику. Она отстраняется и он опускает руку, но слишком поздно, этим все сказано. Я разбит. Мне нужно выбраться отсюда.

— Я собираюсь сходить в город и разведать обстановку, — говорю я.

— Я с тобой. — Жизель быстро набрасывает на себя какую-то одежду, взятую у кого-то из каравана, и мы идем в город.

* * *

Спустя несколько часов мы уже в центре Фракии. В городе стоит настоящий хаос. Двери разбиты, ставни окон распахнуты, а некоторые здания полыхают огнем. Я бросаю взгляд на все встречающиеся таверны, вдруг какая-та из них окажется «Лунной Звездой», но не вижу ни одной подходящей. Мы подходим к одной с огромным серповидным месяцем — солнечные панели наверху сложены в замысловатую многоуровневую крышу, но я нигде не вижу звезд, так что мы проходим мимо. Грузовики Стражей катаются по почти пустынным улицам, в то время как своры Люпинов врываются в дома и выталкивают на улицу целые семьи, которые кричат и отбиваются, когда их тащат на Пряную площадь, где их уже поджидают Транспортеры, чтобы забрать на Эсминцы.

Мы с Жизель забираемся на крышу здания, с которого открывается вид на Пряную площадь. Плаза кипит деятельностью. Я насчитываю шесть Транспортеров, плюс восемь грузовиков. Гвардейцы Стражей разгрузили припасы и отнесли их в мэрию, где разбили базовый лагерь.

Гигантский информщит транслирует на всю площадь последние новости Си-Би-Эн. Моя фотография повсюду, сообщается о моей предположительной гибели. Что утешает, никакой новой информации — они не упоминают ни об Эми, ни о Стюарте, так что могу предположить, что они все еще живы. Си-Би-Эн снова и снова в правом нижнем углу экрана показывают смерть Ника. Каждый раз, когда я вижу взрыв, то вздрагиваю, будто почувствовав его на себе.

Трансляция мигает, и на экран вновь возвращаются часы обратного отсчета, давая нам понять, сколько времени у нас осталось. Шестьдесят три часа двадцать восемь минут. Это не так много времени, чтобы подготовить полномасштабное нападение на Стражей, тем более без Роуч и остальных членов организации «Люди за Единство», которые могли бы мне помочь.

Жизель пододвигается ко мне поближе, когда мы лежим на крыше и наблюдаем за гвардейцами Стражей, которые грузят заключенных в Транспортер на городской площади под нами. Как и в Блэк Сити, здесь так же гражданам выдается Эвакуационный билет, когда те сдают охране своих пленных. Меня тошнит от того, что люди готовы сделать со своими соседями, но это означает, что в городе будет относительно безлюдно к тому времени, когда начнется нападение, так что потери будут сведены к минимуму.

— Вот откуда мы начнем завтра, — говорю я. — В полдень, когда у гвардейцев будет пересменка, так что людей будет немного.

Мы остаемся на крыше, пока можем, наблюдая за гвардейцами и пытаясь выяснить, как у них происходит смена. По-видимому, только здесь всегда находится около сотни гвардейцев. Остальные остались на Эсминце. Во мне закипает злость, когда из мэрии выходят и спускаются по лестнице Себастьян, Гаррик, Саша и Лунный пес, одетый в красный плащ, и Джаред. На Себастьяне его форма Ищейки, в то время как Гаррик с Сашей одеты в свои привычные серые куртки, штаны и, со стальными вставками, башмаки. Гаррик хмуро оглядывает происходящее, его серебристые глаза блестят исподлобья. Он наклоняет голову, принюхиваясь. Его голова поворачивается в нашу сторону.

Мы скатываемся с крыши, прежде чем он замечает нас. Не желая больше испытывать нашу удачу, мы спешим обратно в лес, чтобы переговорить с остальными. Мадам Клара сидит рядом с Лукасом и другими детьми вокруг костра, нашивая капюшоны на черные балахоны, в то время как Натали с Элайджей готовят обед. Рядом с ними лежит большая гора яблок, и они их чистят. Когда она видит нас, на её лице отображается облегчение. Она подбегает ко мне и обнимает меня за шею. На мгновение все становится точно так же, как прежде, и я притягиваю её ближе, сердце у меня разрывается.

— Я так волновалась, — говорит она. — Ты не сказал мне, куда собираешься.

— Прости, — бормочу я у её щеки. — Этого больше не повторится.

Она поднимает взгляд, и я понимаю, что она собирается поцеловать меня. Но затем она замечает, что за ней наблюдает Элайджа и отстраняется. Краткий миг радости, который я только что ощутил, испаряется, уступая место пустоте и отчаянию.

Мы присоединяемся к остальным. А я рассказываю им о том, что мы увидели в городе, Жизель выдергивает блестящий зеленое яблоко из кучи рядом с Элайджей и полирует его манжетом своего желтого платья.

Натали бросает на нее раздраженный взгляд.

— Яблоки на обед.

— И что? Если чего-то хочешь, так пойди и возьми. — Жизель переводит взгляд на меня и в её серых глазах мелькает озорной блеск, когда она кусает яблоко.

Натали подскакивает на ноги и вытирает руки о платье.

— Пойду, пройдусь.

Она проходит мимо меня и направляется к противоположной стороне поляны. Элайджа поднимается и следует за ней.

— А что я такого сказала? — интересуется Жизель с невинным видом.

Меня злит легкая навязчивость Жизель, её желание досадить Натали, но в тайне я немного рад, что Натали ревнует. Это доказывает, что у неё еще остались чувства ко мне.

Остаток дня мы проводим за подготовкой нападения на Фракию, которое собираемся совершить завтра утром. Только начинает садиться солнце, как из города возвращается группа женщин, неся в руках стопки сложенной синей ткани. Я провожу рукой по небесно-голубой ткани, которая так сильно напоминает мне глаза Натали. Вот почему я выбрал этот цвет, но об этом никто не догадывается.

Ко мне подходит Нептун.

— У меня новость от Пандоры. Она пробралась внутрь станции, и все уже настроено. Она останется там, чтобы все завтра прошло как надо.

Я киваю с облегчением. Это был последний пазл, чтобы наш план стал целостным. Остается только ждать. Завтра мы вернемся во Фракию.

* * *

К тому времени, когда мы заканчиваем наши приготовления, наступает ночь. Все собираются на ужин вокруг костра. Дети играют возле огня, будто у них нет никаких забот, в то время как взрослые чинно выпивают по бокалу пряного Шайна, понимая, что многие из нас могут погибнуть в течение следующих двадцати-четырех часов. Я смотрю на Натали, которая сидит на длинном бревне с Элайджей. Они оба просто смотрят на огонь. Они сидят молча, просто созерцают. Чувствуя, что я смотрю на неё, Натали поворачивает голову в моем направлении. Мое сердце сжимается.

Старик с тату русалки на предплечье принес с собой аккордеон и затягивает какую-то народную мелодию, его пальцы перебирают по клавишам. Дети кружатся и танцуют под музыку. Мадам Клара и Жизель хлопают в ладоши, в то время как несколько мужчин подходят к своим караванам и берут свои инструменты, а затем присоединяются к старику. Один за другим, люди пускаются в пляс, счастливые за такую возможность расслабиться и отвлечься.

55
{"b":"272932","o":1}