ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Почитание и призывание святых. "Православная церковь почитает праведников не как богов каких, а как верных сдуть, угодников и друзей Божиих; восхваляет их подвиги и деда, совершенные ими при помощи благодати Божий во славу Божью, так что вся честь, воздаваемая С., относится к величеству Божию, которому они благоугождали на земле своею жизнью; чествуют С. ежегодными воспоминаниями об них, всенародными празднествами, созиданием во имя их храмов и под. « (Прав. испов. ч. III, отв. на вопр. 52; Поел. восточн. патриар. о прав. вере, отв. на вопр. 3). Св. Писание решительно запрещает оказывать кому-либо Божеское поклонеие и служение (Хитреца), кроме единого истинного Бога (Второе. VI, 13; Ис. XLII, 8; Матф. IV, 10; 1 Тим. 1, 17), но вовсе не возбраняет воздавать надлежащее почтение (doulexa) верным слугам Бога, и притом так, чтобы вся честь относилась к Нему же единому, как „дивному во святых своих“ (Псал. LXVII, 36). Царь Давид взывал: „мне же зело честни быша друзи Твои, Боже“ (Псал. CXXXVIII, 17); сыны пророческие торжественно „поклонились до земли верному рабу и другу“ Божию — Елисею (4 Цар. II, 15). В Новом Завете сам Иисус Христос, подтвердив закон: „Господу Богу твоему поклоняйся, и Ему одному служи“ (Матф. IV, 10), сказал ученикам своим: „вы друзья мои, если исполните то, что Я заповедую вам“ (Иоан. XV, 14), и засвидетельствовал пред ними: „кто принимает вас, принимает Меня; а кто принимает Меня, принимает пославшего Меня“ (Матф. X, 40), показывая, что честь, воздаваемая верным слугам Его и друзьям, относится к Нему самому. Возникнув в христианской церкви на первых же порах ее. существования, вера в богоугодность и спасительность достодолжного чествования С. выразилась в установлении в память мучеников и других С. особых праздников, по примеру воскресного и других праздничных дней, с совершением соответствующих молитвословий и литургии (свидетельства Тертуллиана и св. Киприана; Постановления апостол. кн. VI, гл. 30; кн. VIII, гл. 33). Начиная с IV в. везде открыто и торжественно происходит чествование С., узаконенное двумя поместными соборами того же века: гангрским и лаодикийским. Вместе с тем развивается и определяется самое учение о почитании С. (Ефрем Сирин, Василий Великий, Григорий Нисский, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст). Способствовало этому появление разных еретических лжеучений. Были, напр., еретики, которые не только чествовали Богоматерь подобающим ей почитанием, как святейшей всех святых, но и воздавали ей божеские почести, поклонялись и служили ей наравне с Богом. Это вызвало св. Епифания как на обличение заблуждающихся, так и на выяснение истинного церковного учения о почитании С. В начале V века появились еретик и которые стали упрекать церковь в том, что будто бы ею допускается божеское чествование С» с таким же поклонением им и служением, и этим восстанавливается древнеязыческое идолопоклонство и ниспровергается вера в истинного Бога, которому одному нужно поклоняться и служить. Во главе этого рода лжеучителей, состоявших по преимуществу из евномиан и манихеев, стал испанец Вигилянций. Против него выступили блаж. Иероним и Августин. Вера в обязательность и спасительность достододжного чествования С. неизменно сохранялась в церкви и в последующие века; подтверждением чему служат свидетельства как отдельных пастырей церкви (Сальвиан, Кирилл Александрийский, Григорий Великий, Иоанн Дамаскин), так и целых соборов — поместного карфагенского (419 — 426) и в особенности седьмого вселенского (никейского II). Противниками этого учения в средние века являются альбигойцы, павликиане, богомилы, вальденсы и виклефиты, в новейшие века — вообще протестанты. Призывание святых. Почитая С., как верных слуг, угодников и друзей Божих, церковь, вместе с тем, призывает их в молитвах, не как богов каких, могущих помогать нам своею собственной силой, а как предстателей наших пред Богом, единым источником и раздаятелем всех даров и милостей тварям (Иак. 1, 17) и ходатаев наших, имеющих силу ходатайства от Христа, который «един (есть)» в собственном смысле и самостоятельный «посредник между Богом и человеками, предавший Себя для искупления всех» (1 Тим. II, 5 — 6; «Прав. испов. веры», ч. III, отв. на вопр. 52; «Поcл. восточн. натр. о прав. вере», гл. 8). Начало молитвенного призывания С. видно еще в церкви ветхозаветной: царь Давид взывал к Богу: «Господи, Боже Авраама, Исаака и Израиля, отцов наших» (1 Парад. XXIX, 18). Апостол Иаков преподает верующим заповедь молиться друг за друга и к этому прибавляет: «много может усиленная молитва праведного» (Так. V, 16). Апостол Петр обещал верующим и после своей смерти не прерывать попечения о них (2 Петр. 1, 15). Апост. Иоанн засвидетельствовал, что святые возносят свои на небе молитвы пред Агнцем Божим, помня в них и о сочленах своих в церкви воинствующей (см. Апокал. V, 8; VIII, 3 — 4). На основании Свящ. Писания и вместе свящ. предания, церковь всегда учила призывать С., с полной уверенностью в их предстательстве за нас перед Богом. Это учение и верование церкви содержится во всех древнейших литургиях, напр. апост. Такова и иерусалимской церкви, появившиеся в IV в. и вошедшие в церковнобогослужебную жизнь чины литургии св. Василия Великого и Иоанна Златоуста ясно доказывают, что призывание С. в это время было явлением всеобщим. На седьмом вселенском соборе отцы, рассуждая о почитании и призвании С., между прочим, постановили: «кто не исповедует, что все святые.... досточтимы пред очами Божиими.... и не просить молитв у них, как у имеющих, согласно церковному преданию, дерзновение ходатайствовать о Мире, — анафема». Учете о призывании С. сохранилось и доныне сохраняется в отделившихся издревле от вселенской церкви христианских обществах, как то: несторианском, абиссинском, коптском и армянском. Противниками этого учения явились выделившиеся из западной церкви в средние века рационалистические и мистические секты. Лютер отверг почитание и призывание С. на том, главным образом, основании, что видел в них своего рода посредников между Богом и верующими, каковое посредство исключалось его личной, непосредственной верой. Ему казалось, что даже и прославленные С. своим посредством будут отдалять верующих от триста, подобно тому, как здесь на земле отдаляют их от Него члены церковной иерархии. Поэтому он настаивал на мысли, что почитание С. является унижением заслуг Иисуса Христа, как единственного ходатая между Богом и людьми. С., по мнению Лютера — это только замечательные исторические лица, о которых нужно вспоминать с благоговением, говорить с уважением, но к которым нельзя обращаться с молитвой. См. епископ Сильвестр, «Опыт православного догматического богословия» (т. V, Шев, 1891); митроп. моек. Макарий, «Православно-догматическое богословие» (т. II, СПб., 1883, 4 изд.); «О призывании святых» («Прибавл. к творен, святых отцов», ч. XV, 1856); Л. Епифанович, «Записки по обличительному богословию» (Новочеркасск, 1891); И. Трусковский, «Руководство к обличительному богословию» (Могилев на Дн., 1889).

Священная Римская Империя

Священная Римская Империя германской нации (sacrum Imperium Romanum Nationis Teutonicae) — замечательное политическое учреждение, сохранившее в продолжение десяти веков (800 — 1806) одну и ту же форму, одни и те же притязания. Внешняя история империи есть, в сущности, история Германии от IX до XIX стол. и Италии в средние века. По своему происхождению, С. Римская империя была церковной и германской; форму ей дала неувядающая традиция всемирного владычества вечного Рима; германские и римские элементы, сливаясь, обусловливали собою всеобъемлющий и отвлеченный характер империи, как центра и главы западного христианского мира. Начало священной Римской империи относится к 800 г., когда Карл Великий был коронован римским императором. Событие это было заранее подготовлено, но Карл не думал об отделении Рима от Константинополя: до 800-го года законной наследницей Римской империи была Византия, возобновленная Карлом империя была продолжением древней Римской империи, и Карл считался 68-м императором, преемником восточной линии непосредственно после низложенного в 797 г. Константина VI, а не преемником Ромула Августула. Событие 800 г. явилось результатом соглашения между папой, церковными и светскими сановниками и королем. Карл фактически владел империей; он распоряжался в Риме — столице империи (matrona imperii), был защитником церкви. Но Римская империя считалась единой, неделимой; коронование Карла, не провозглашая отделения Запада от Востока, объявляло Рим столицей как политической, так и церковной. Власть Карла была освящена коронованием, но не увеличена. Императорский титул изменил положение Карла, окружил его особенным блеском; вся деятельность Карла вращалась с тех пор в кругу теократических идей. Вторичное восстановление империи было совершено Оттоном Великим. Несмотря на предшествовавшие смуты, Рим представлялся «золотым городом» (aurea Roma), его судьба — судьбой всего мира. «Пока Колизей будет цел, Рим будет жить; когда падет Колизей — падет и Рим, а когда падет Рим, падет и весь мир» — таково было представление современников о величии древней империи. 2 февраля 962 г. Оттон возбудил общий энтузиазм своим короновнием в сане «императора Августа». В уме средневекового человека, которому древность завещала идею всемирной монархии, сложилось глубокое убеждение в необходимой связи Римской империи и католической церкви. Положение императора и его функции определялись из сравнения власти императорской с властью папской. Он — imperator terrenus, т. е. наместник Бога на земле в делах светских, и «patronus», т. е. защитник церкви; его власть во всем соответствует власти папы, отношения между ними аналогичны отношениям между душой и телом. «Как на небе», говорил имп. Фридрих I, «только один Бог, так и на земле только один папа и один император». Коронационный церемониал и официальные титулы императора указывают на стремление придать императорской власти божественный характер. Император считался представителем всех христиан. Он — «глава христианского Mира», «светский глава верных», «покровитель Палестины и католической веры», превосходящий достоинством всех королей. До своего коронования в Риме императоры с XI до XVI вв. носили титул «Romanorum rex semper Augustus», а после коронования — «Romanorum Imperator semper Augustus». С 962 г. положено начало соединению в одном лице двух титулов — императора римского и короля германского. Сначала это соединение носило чисто личный характер, потом — официальный и реальный. Империя Х в. была, однако, в сущности феодальной монархией. Усвоив идею своей власти от древнего мира, императоры думали осуществить ее феодальным путем; императорская власть постепенно феодализовалась. В Риме Оттон был только императором, а не королем; он распоряжался апостольской кафедрой (низложение Иоанна XII), руководил прениями синода, смотрел на папу, как на свою креатуру, но никак не мог прочно утвердиться в столице, фактически не имел здесь силы, как и его преемники. Византия не признавала императором грубого «франка» Во Франции притязания императоров тоже не признавались. В состав империи Х — XI вв. входили собственно Германия, большая часть (2/3) Италии, Бургундия, Богемия, Моравия, Польша, Дания, отчасти Венгрия. Преемники Оттона I, преследуя химерические цели, встретили во всем отпор со стороны папства, феодализма и национального обособления. Отгон III (983 — 1002) всецело погрузился в идею всемирной Римской империи, отвернулся от единоплеменников, считал себя римлянином, мечтал об утверждении Рима во главе Германии, Ломбардии и Греции. Значительной силы достигла империя при Генрихе III (1039 — 1056) франконском, воспользовавшемся моментом, когда еще не успела окрепнуть папская власть. Он был полным господином Италии, свободно распоряжался судьбой папского престола, но вызвал страшную реакцию, погубившую его преемника. Борьба Генриха IV и Григория VII нанесла первый и самый тяжелый удар империи, понизив значительно ее обаяние и внушив Италии, вместе с германскими князьями, доверие к своим силам. Вормский конкордат 1122 г. оставил поле сражения за папой. После смерти Генриха V (1124) юрисдикция короны стала значительно меньше: признана была самостоятельность князей и баронов. Блестящими представителями идеи императорской власти были во второй половине XII и первой половине XIII в. Гогенштауфены. Между ними первое место принадлежит Фридриху I (1152 — 1189), в лице которого императорская власть выступила против папы с теоретическими доводами. Фридрих считал свою власть зависящей непосредственно от Бога и такой же священной, как и папская. Болонские юристы утверждали, что право устанавливать законы принадлежит императору, воля которого есть закон, ибо написано: «quod principi placuit legis habet vigorem, quum populus ei et in eum omne suum imperi um et polestatem concesserit». Истинным властителем, однако, Фридрих I был только в Германии В состав империи в то время входили сев. часть Италии и королевство Бургундское, т. е. Прованс, Дофинэ, Франш-Конте оап. Швейцария, Лотарингия, Эльзас и часть Фландрии. Зависели от империи Богемия и славянские земли в Мекленбурге и Померании. Византия, по-прежнему, питала к императорам вражду, считая их узурпаторами и варварами, оскорбительно извращая титулы императоров: так, Исаак Ангел называл Фридриха I «главным князем Алеманнии». Императоры короновались четырьмя коронами: корона в Аахене делала монарха «королем франков», а со времени Генриха II — «королем римлян», коронование в Милане — королем Италии, в Риме он получал двойную корону «lirbis et orbis», а Фридрих I, под конец жизни, принял и четвертую корону — бургундскую (regnum Burgundiae или regnum Arelatcase). Коронуясь в Милане и Аахене, императоры не называли себя королями лонгобардов и франков, так как эти титулы терялись в сравнении с титулом императора. Императорский титул принимался только после коронации в Риме, а это создавало чрезвычайно важную основу для притязаний папы, из рук которого передавалась корона. К названию «Римская империя» Фридрих I присоединил эпитет «Священная», не прибавлявший ничего нового к действительной власти императора, но указывавший на божественное ее происхождение. Вместе с Гогенштауфенами сошла в могилу идея императорской власти. В Германии императорская власть рухнула вследствие основания территориальной независимости князей (эпоха великого междуцарствия). Новый период истории С. империи начинается со времени Рудольфа Габсбургского (1273). К XIV в. С. империя есть, в сущности, немецкая империя. Власть императора признавалась только в Германии, да и то лишь теоретически, так как в действительности она перешла в руки феодалов. Императоры XIV в. не стесняются ничем в преследовании своих династических интересов и умножении своих родовых владений. От пышного титула священной римской империи оставалось только одно название: князья расхитили все земли и разделили между собою атрибуты императорской власти, оставив императору почетные права и считая его своим ленным господином. Императоры этой эпохи закладывают короны, города, живут на чужой счет, переносят всякое унижение перед папой, но продолжают называть себя наследниками цезарей, главами христианства и властелинами мира, жертвуя всем для формы и внешности. Карл IV дает обещание папе не оставаться в Риме больше одного дня и получает корону от папы, как дар. Сигизмунд (1410 — 1437) любил жить на счет имперских городов и охотно бывал там, где его угощали. Особенного унижения достигла императорская власть при Фридрихе III (1440 — 1493), твердившем А. Е. I. О. U. (Austriae est imperare orbi universo) — и кормившемся по монастырям и имперским городам. Его роль в отношении к папе делала его жалким в глазах всех. После Фридриха III ни один император не был коронован в Риме.

45
{"b":"273","o":1}