ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Денис подошёл к ней и приобнял за плечи, её взгляд ему всё сказал, ещё пара секунд и он прикоснется к ее губам, но… Марго вдруг резко отвернулась, хватая ртом воздух, задыхаясь от напора нахлынувших ощущений. Сердце билось с бешеной скоростью, причём она слышала биение сразу двух сердец, своего и… это было невероятно… «Капец, я что, обращаюсь? Вот так? Ни с того, ни с сего? Только посмотрев ему в глаза? Бред какой-то! Кошмар! Взять себя в руки…»

— Денис Александрович, у вас ко мне всё? — спросила она грубо, отвернувшись от него к окну.

— Что? — Самарин всё ещё пребывавший в эйфории не сразу понял, что произошло. Он всё ещё нежно смотрел на девушку.

— Говорю: у вас вопросов ко мне больше нет? Можете быть свободны! — бросила через плечо.

— Да, то есть — нет, — Ден находился в смятении, ещё минуту назад эти глаза так влекли, а губы призывно открылись на встречу… Он встряхнул головой, пытаясь прогнать наваждение. — Пожалуй, я пойду!

— Идите уже, наконец!

Рабочий день шел своим ходом. Так как очередной заказ только сдали, то на данный момент сотрудники большую часть своего трудового дня проводили на кухне за самым любимым занятием — обсуждением последних новостей, то есть сплетничали, как обычно. И только тогда, когда в коридоре показывалось начальство, они нехотя расходились по местам и искусно имитировали работу.

В перерыв Степаныч по обыкновению спустился в ресторан пообедать. Он и не подозревал, что, едва войдя, тут же попадет под пристальный взгляд молодой особы. Казалось, что она поджидала именно его. Девушка оживилась, потёрла глаза, чтобы выглядело так, будто она плакала.

Сделав заказ и взяв чашечку кофе, Данилов уже собирался сесть за ближайший столик, как его вдруг толкнули. Кофе разлилось.

— Ой! Простите! Я не хотела, — вскрикнула виновница происшествия. — Я сейчас всё вытру. Какая же я неловкая. Простите, я куплю вам новую чашку кофе.

Девушка натурально изобразила искреннее раскаяние в содеянном.

— Нет, ну что вы, не стоит, — ответил Степаныч.

— Это могло только со мной произойти! — вдруг заплакала она. — Я такая невезучая, всё не так, ничего не получается, — взглянув, сквозь мокрые ресницы, правильно ли действует её спектакль на зрителя и, убедившись, что всё идёт как надо, ещё сильнее зарыдала.

— Ну, что вы?! — запричитал сердобольный Олег Степанович и сунул ей в руку носовой платок. — Не стоит так расстраиваться. Это такая ерунда, ничего же страшного не произошло.

— Вы не понимаете, я вообще неудачница по жизни.

— Вы преувеличиваете…

— Нисколько! Я вот, к примеру, окончила МГУ с отличием, а никак не могу устроиться на работу. Уже все мои сокурсники устроены, а я нет. Обошла уже уйму издательств — нигде не берут. Им звёзд подавай, профессионалов. А как им стать, профессионалом, без возможности работать? Я вас спрашиваю?

— А… — Данилов искал, что бы ответить, а девушка продолжала:

— А я, между прочим, на курсе лучше всех была. И кому это надо? Никому! — она еще немного повсхлипывала и резко прекратила: — «Нельзя переборщить с трагизмом, а то результат может быть обратным».

— Ну… э… сразу ничего не бывает, надо ходить…

Понимая, что клиент дозревает и надо ещё немного его дожать, она не дала ему закончить:

— Где я только не была! Иногда даже дальше секретаря не пускают. Вообще, эти президенты, как будто сами никогда не были простыми работниками.

— Ну, почему ж не были, были, — задумчиво ответил Данилов.

— Им всем наплевать! — закинула она последнюю удочку.

— Не всем, и не наплевать…

— Вы не знаете… Сегодня у меня последняя попытка, иду в агентство «Дольче Вита». Даже не представляю… Там, небось, такой же чурбан бесчувственный руководит.

— Ну, почему же бесчувственный?! — возмутился Данилов и продолжил, слегка приосанившись: — Разрешите представиться: Данилов Олег Степанович, президент рекламного агентства «Дольче Вита».

— Ой! Это вы?! — деланно удивилась она, прикрыв рот ладошкой. — Простите меня, пожалуйста, я вам такого наговорила… Я совсем не это имела ввиду… Ох, я опять не то сказала… Я всё время вляпываюсь… — и она вновь собралась расплакаться.

— Я хочу опровергнуть вашу теорию о начальниках, как о бесчувственных чурбанах, — поспешно начал Степаныч, дабы прекратить очередной поток слёз. — И поэтому я беру вас на работу, даже не читая вашего резюме. Вы меня заинтересовали.

— О! — произнесла она, глядя на него с обожанием, а сама внутренне ликовала: — «Ура! Все получилось! И даже легче, чем я ожидала! Осталось закрепить результат… Может, мне в актрисы податься?»

Далее последовал поток комплиментов и благодарностей.

Данилов почувствовал себя не просто благодетелем, а героем. Он гордился собой безмерно.

— А как вас зовут чудное создание? — спросил он.

— Простите, я совсем забыла, Ульянова Аврора Владимировна.

Данилов поперхнулся кофе.

— Ну, ничего, ничего, — ответил ей и, быстро расплатившись, лично отвёл в отдел кадров издательства, где по его распоряжению она была принята на работу в тот же день.

Далее заботы об Авроре перепоручил секретарше Алле.

Позвонив Марго и сообщив, что под её начало поступает одно юное дарование, он почувствовал себя, чуть ли не властителем мира, творящим судьбы…

Окрыленная таким быстрым успехом от внедрения в жизнь своего плана поступления на работу, Аврора, закончив с оформлением документов, вышла из отдела кадров, радужно улыбаясь, и подошла к стойке секретаря.

Аллочка смерила её оценивающим взглядом с головы до ног. Девушка была довольно мила: стройная фигурка, русые волосы, серые глазки, пухленькие губки. В общем, Алле она совсем не понравилась. Она бы с удовольствием отправила новоиспечённого сотрудника подальше, но работа есть работа и она провела Аврору к кабинету Марго.

Теперь, как решила пребывавшая в эйфории Аврора Владимировна, она, в этом агентстве с лёгкостью взберется по служебной лестнице и сделает себе карьеру. Переполненная эмоциями, она ворвалась в кабинет вице-президента без стука.

Марго подняла голову, мельком взглянула на вошедшую девушку и вновь вернулась к работе.

Нарвавшись на холодно-колючий взгляд, девушка поняла, что совершила ошибку. И вспомнив о правилах хорошего тона, постучала и спросила:

— Можно?

— Девушка, вы перепутали последовательность действий, — ответила Марго, не отрывая взгляда от монитора. — Сначала обычно стучат, а потом, получив разрешение, входят. И вообще-то, принято здороваться.

— Здравствуйте, — глупо ответила Аврора.

— И вам не болеть, — буркнула Марго и дальше продолжала стучать по клавиатуре, даже не собираясь продолжать разговор.

Девушка помялась немного у двери, чувствуя себя неловко. Молчание затягивалось, и она кашлянула, привлекая к себе внимание.

Маргарита остановилась и вновь подняла на неё глаза:

— Вы ещё здесь? — спросила холодно.

— Да, извините… Я Аврора… Ульянова Аврора Владимировна.

— Сочувствую, — хмыкнула себе под нос Марго.

— Меня прислал к вам Олег Степаныч, — договорила девушка и замолчала.

Далее последовала пауза, ибо вице-президент даже не собиралась помочь ей прояснить ситуацию, и смотрела вопросительно.

— Я ваш новый работник, — сделала ещё одну попытку Аврора.

— А, вы то юное дарование?

Она кивнула утвердительно.

— Ну, дарование ваше ещё под большим вопросом… и с воспитанием проблемы.

— Я просто… случайно.

— Случай и случайность — закономерность. Значит так, дарование, обозначу сразу: твой непосредственный начальник — я. И только я буду решать, продолжишь ли ты здесь работать. Не знаю, каким способом тебе удалось очаровать Степаныча, но со мной этот номер не пройдёт.

— Я вас поняла. Можно приступать к работе?

После этих слов Марго пристально взглянула на девушку.

«Ты не так проста, как хочешь казаться, и страха перед начальством ни в одном глазу… Ещё и дерзишь… Ладно, живи пока».

52
{"b":"273020","o":1}