ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сайен Бейлок

Момент истины. Почему мы ошибаемся, когда все поставлено на карту, и что с этим делать?

Sian Beilock

Choke

What the Secrets of the Brain Reveal about Getting It Right When You Have To

Научный редактор Анастасия Пингачева

Издано с разрешения Tessler Literary Agency

Правовую поддержку издательства обеспечивает юридическая фирма «Вегас-Лекс»

© Sian Beilock, 2010

© Перевод на русский язык, издание на русском языке, оформление. ООО «Манн, Иванов и Фербер», 2016

Главный редактор Артем Степанов

Ответственный редактор Татьяна Рапопорт

Литературный редактор Ольга Свитова

Арт-директор Алексей Богомолов

Дизайн Наталия Савиных

Верстка Екатерина Матусовская

Корректоры Лев Зелексон, Юлия Молокова

ООО «Манн, Иванов и Фербер»

mann-ivanov-ferber.ru

* * *

Эту книгу хорошо дополняют:

Эмоциональный интеллект

Дэниел Гоулман

Правила мозга

Джон Медина

Ловушки мышления

Чип Хиз, Дэн Хиз

Посвящается моим бабушкам, Филлис Бейлок и Сильвии Элбер. Вы обе добивались своих целей со страстью и упорством

Введение

С юности я испытывала благоговение перед чудесными проявлениями человеческого таланта, будь то выступление спортсменов на Олимпийских играх, мастерская игра музыкантов в оркестрах или блестящие результаты моей подруги Эбби на вступительных экзаменах в юридический колледж. Как людям удается мобилизовать свои возможности именно тогда, когда это наиболее важно? Почему некоторые прекрасно себя показывают, а другие терпят крах в мгновения, когда взоры окружающих направлены на них? А мы знаем, что часто от одного нашего выступления – в спорте, на экзаменах или важной презентации – зависят вся наша жизнь и карьера.

Мы с Эбби знаем друг друга с тех пор, как нас впихнули в одну комнату в общежитии на первом курсе Калифорнийского университета в Сан-Диего. Нас объединяло многое: любовь к океану, известной американской рок-группе Grateful Dead и сентиментальным фильмам, – но в учебе мы были совсем не похожи. Я не вылезала из библиотеки, готовясь к экзаменам. Всегда всё конспектировала и перечитывала записи лекций. А Эбби – нет. Ничего дурного сказать про нее не хочу. Эбби в целом училась хорошо. Но ее проще было застать на пляже, чем в библиотеке. А в аудитории она чаще предавалась упоительным грезам, чем внимательно следила за мыслью преподавателя. Но больше всего меня поражала ее способность достигать результата именно тогда, когда ставки были самыми высокими. Эбби писала все рефераты и контрольные по английскому языку в четыре утра того дня, когда их необходимо было сдать. И неизменно получала отличные оценки. А остальные расплачивались за эти же результаты всенощными бдениями в библиотеках.

По окончании университета Эбби решила поучиться на юриста, сдала стандартизированные академические тесты по юридической проблематике (Law School Admission Test, LSAT) и получила чуть ли не самые высокие оценки. Перед этим она немного потрудилась, готовясь к Судному дню. Эбби купила сборник тестов, тщательно изучила все тонкости выбора правильного ответа из нескольких предложенных и хорошенько потренировалась. Ко дню «Д» по результатам подготовительного курса Эбби была в числе первых 25 % экзаменующихся. Но эти ее результаты не шли ни в какое сравнение с теми, что она показала на экзаменах. Эбби включила все свои способности именно в тот момент, когда решалась ее судьба и все зависело от оценок. Отчасти именно этот день и четырехчасовой тест решили вопрос о ее поступлении в лучший американский юридический вуз, приглашении на работу в известнейшую компанию уже в конце первого курса и о получении высокооплачиваемой должности к моменту окончания учебы. Этого не случилось бы, если бы на тестах LSAT у Эбби всё пошло вкривь и вкось. Один тест, шестая часть суток навсегда определили ее судьбу.

Психологов часто обвиняют в том, что в своих исследованиях они скорее стараются понять себя, а не других. Это отчасти и про меня. И в детстве, и во взрослой жизни я показывала неплохие результаты в спорте и учебе. Но мне не удавалось достичь того, к чему я стремилась. Однажды я показала одну из самых неудачных в своей жизни игр, когда выступала в женской футбольной команде перед университетским руководством, отбиравшим студентов на льготное обучение. Честно говоря, и на вступительных экзаменах я не добилась оценок, которые получала на многих тренировочных тестах на подготовительном отделении. Эбби сталкивалась с такими же ситуациями, когда ставки были выше, чем жизнь, но, казалось, стрессы не могут выбить ее из колеи. И именно в условиях стресса она прекрасно себя проявляла.

Уже в университете я всерьез заинтересовалась вопросом о том, почему некоторым людям не удается в полной мере проявить свои возможности тогда, когда от этого зависит вся их жизнь. Я занялась психологией и жадно впитывала всю информацию о том, как наш мозг контролирует процессы обучения и проявления человеческих возможностей. Но меня не покидало ощущение, что я видела только половину реальной картины.

Крайне увлеченная изучением того, как мы учим, например, языки или математику, я заметила, что очень мало исследователей занимаются вопросом о том, как стрессы, влияющие на нас во время важных испытаний (скажем, академических тестов), могут помешать показать истинный уровень своих знаний и способностей. Может, из-за того, что в университете я разрывалась между спортом (я занималась лакроссом, чем-то средним между хоккеем на траве и теннисом) и учебой, я всегда задавалась вопросом, как могут быть связаны мои академические успехи со спортивными достижениями. Было ли мое нервное напряжение перед выпускными экзаменами похоже на стресс перед финальным матчем? Если вы часто проваливаете экзамены в университете, значит ли это, что вы скорее промахнетесь во время решающего броска, который может поставить победную точку в матче?

Эти вопросы мучили меня с самого начала учебы в университете, занятий спортом, первого прикосновения к музыкальному инструменту и при каждой победе Эбби на очередном экзамене. Но начать поиск ответов я смогла только тогда, когда поступила в аспирантуру Мичиганского университета, где работала бок о бок с профессорами и учеными, которые занимались новаторскими исследованиями в области спортивной и социальной психологии, а также нейробиологии. Все считали, что я сошла с ума, променяв пляжи Сан-Диего на снега Мичигана. Но моя работа в университете дала мне уникальный шанс изучить, как наш мозг обеспечивает успех в разных областях. Независимо от того, занималась ли я изучением процессов принятия человеком сложных решений при пилотировании самолета или исследованием работы различных отделов человеческого мозга при решении математических задач, я всегда задавалась одним вопросом: почему иногда мы не показываем высшие результаты из возможных именно тогда, когда они особенно необходимы.

В самом начале написания докторской диссертации я упросила одного из моих учителей, доктора Томаса Карра, устроить подобие площадки для гольфа с лункой в его лаборатории. Мы рассудили так: если нам удастся понять, почему профессиональные гольфисты иногда промахиваются при несложных ударах рядом с лункой, когда эти удары определяют исход игры, мы сможем раскрыть не только природу ошибок в спорте. Мы поймем, почему люди иногда делают глупые ошибки во время напряженных экзаменов по математике. Ведь и гольф, и математика – сложные виды человеческой деятельности, здесь овладение навыками требует значительных затрат времени и сил. И мы на фактах установили, что люди, занимающиеся этими видами деятельности, часто совершают ошибки, но их характер разнится. Перефразируя Толстого, можно сказать, что все неудачные выступления похожи одно на другое, хотя их природа различна.

1
{"b":"273307","o":1}