ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Напряженный денек, — сказал Касьянов. — Просто голова кругом.

— У него вряд ли закружится, — заметил Макарычев. — Но турне интересное.

Впрочем, вместо Лапичева для такой работы мог быть отправлен кто угодно. Но Герман Григорьевич решил отправить именно его. Вопрос: почему?

— Скорее всего, — сказал Голубков, — он имеет приказ выполнить весьма деликатное поручение, которое никак не отмечено в его рабочем графике этого дня.

Видимо, нечто такое, что невозможно узнать, установить и проверить отсюда, из Москвы — ни по компьютерной связи, ни тем более по телефону. И дело, надо полагать, спешное.

— Свяжитесь с нашими людьми в Париже, — сказал Нифонтов Касьянову. — Пусть глаз с него не спускают. Ни на секунду. Я думаю, мы все догадываемся, какое у него поручение.

* * *

После двух с лишним суток пути, оставив позади три тяжелейших этапа через пустыни и горные перевалы Ирана, около одиннадцати часов утра по местному времени вереница машин пересекла границу Рашиджистана. Пейзаж мало изменился — та же суровая, угрюмая красота, та же бахрома гор у горизонта, тот же зной и та же неизвестность впереди.

На земле одного из самых мрачных государств на планете им предстояло пробыть кому пять, кому семь часов.

Артист, Муха и Михаил знали: для них начинаются самые трудные часы. Они почти физически ощущали возникшее вокруг них напряжение. Артист был мрачен.

— Смотрят, смотрят, чувствую, смотрят… — Это все я, — сокрушался Муха. — Язык бы себе вырвал! Кой черт дернул меня вспомнить про эти гонки на выживание!

— Ладно, — утешал Михаил. — Кончай убиваться. Может, у них и не связалось.

— Ну да! — вздыхал Олег. — Вы бы видели глаза этого Шурика. Он же не дурак, только корчит из себя простака.

— Значит, кто против нас? — подытожил Артист. — Этот Штукин в связке с американцами. Ну это мы уже и так знаем — видно, прознали в Лэнгли об этом транзите, ну и решили перехватить.

— Просто так прознать они не могли, — сказал Михаил. — Наверняка получили точную наколку. Вопрос: от кого? Разумеется, от тех, кто в этот замысел с Рашид-Шахом посвящен. Видно, ребята не прочь маленько облапошить друг друга.

Так, кто еще против нас?

— Добрынин, — сказал Муха. — И еще этот… который англичанин.

— А вот с ним, — сказал Артист, — все по-прежнему непонятно. В том, что он англичанин, а не тот водитель, лично меня никто не убедил и вряд ли убедит. Тем более непонятно, что он за птица и откуда.

— Ну а наш командор? — не отрываясь от дороги и пылящего впереди «джипа-мерседеса» Добрынина, спросил Муха. — Вы хоть поняли, какова его роль?

— Вон он, — сказал Артист. — До него триста метров — догони да спроси!

— Он-то хоть нас не узнал? — спросил Муха. — Как считаешь, Семен?

— Лучше меня могут ответить факты, — ответил Артист. — Вы обратили вниманиес сегодняшнего утра и Штукин с американцами, и товарищ Добрынин, и англичанин все время держатся где-то около нас. По-моему, Слейтон узнал меня. Узнал, но не подал виду.

— Видно, надо было тебе сильней постараться, чтоб надежней память отшибло,сказал Муха.

— Трудно было, лежа под машиной, — с искренним сожалением вздохнул Артист.

— Скорее всего, не только Штукин и штатники, но и Добрынин уже не сомневается, где топливо, и все они только ждут, чтобы пойти в атаку, — заметил Михаил. — Не знаю, кем они там считают нас, возможно, даже просто конкурентами.

Но пока они мешают друг другу начать решительный штурм.

— Всем хочется и всем колется, поскольку каждый понимает, что могут вступить и остальные, — усмехнулся Семен. — В серьезной каше они могут потерять все.

— Так или сяк — все заварится уже очень скоро, — сказал Михаил. — Тянуть им не резон. И только один из них наверняка знает, где и когда выйдут на назначенную с ним встречу люди Рашид-Шаха.

— По всем приметам, это сам командор, — предположил Артист. — Он, так сказать, главный экспедитор. Надо полагать, именно у него должны быть и товарные накладные, ну и, — усмехнулся он, — сертификат качества… Они мчались вперед, и напряжение нарастало. У них было всего три маленьких автомата и три пистолета, всего на пять — десять минут горячего «разговора», а может, и того меньше.

Второй час они неслись по широкому мертвому плоскогорью Северного Рашиджистана. Машины участников, развив огромную скорость, в сопровождении вертолетов умчались далеко вперед. Их белый «лендровер», отставая, был все ближе и ближе к хвосту колонны, растянувшейся почти на пятьдесят километров. Машину подбрасывало, кидало из стороны в сторону, но Муха только крепче сжимал черный руль.

Минувшей ночью, незадолго до рассвета, Артист и Муха извлекли из записных книжек, закрепленных скотчем, те заветные пленки-передатчики, которые дал им Голубков, и ночью приклеили их — одну к черному зеркалу заднего вида роскошного «джипа-мерседеса» Добрынина, вторую — к черной эмблеме «Техасе» на крыше машины Штукина. У Михаила в снаряжении был специальный приемник-усилитель для получения сигналов от этих устройств, благодаря которому они могли теперь найти их на расстоянии до десяти километров. С восходом солнца эти чудесные игрушки должны были ожить.

Сидя сзади, Михаил отслеживал отклонения стрелок на двух приборах. Приемник в правой руке принимал сигнал от машины Добрынина, в левой — от машины Шурика.

— Тревога! — вдруг сказал Михаил. — Добрынин резко увеличил скорость и сошел с трассы! Уходит на юг!

— Ну вот, — сказал Артист. — Он, видно, пришел к выводу, что при таком кортеже топливо уже не отбить. Теперь для него главное — передать документы. Ему нужно выйти в заданную точку для встречи с покупателем.

И, словно услышав эти слова, по колее, проложенной колесами добрынинского «мерседеса», обгоняя их и вздымая облака светло-серой пыли, помчался серебристый «рейнджровер».

— Глядите, — крикнул Муха, — вон как погнал! Это он, англичанин! Рванул за Добрыниным!

— Ничего не понимаю! — воскликнул Михаил. — Кто он все-таки такой и что ему надо?

— Слу-ушай… — осенило Семена. — Я все понял! Помнишь, ты же говорил, тут и ребята из Интеллидженс сервис. Как мы раньше-то не поняли. Муха, гони за ним!

112
{"b":"27418","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ты тоже можешь!
Шоколад
Академия Стихий. Душа Огня
Тревога, гнев, прокрастинация. 10 стратегий для самостоятельной работы
Женский день
Метро 2033: Харам Бурум
(Не)глубинный народ. О русских людях, их вере, силе и слабости
Дом на краю ночи
365 вопросов самому себе