ЛитМир - Электронная Библиотека

Не забывайте, между прочим, что там погиб и мой человек.

Дудчик несколько опешил. Он должен был в глубине души признать резонность слов своего похитителя.

— Вся разница между нашими действиями в том, что я пришел всего лишь на час раньше и принес деньги, которые и сейчас оттопыривают карманы вашей сумки. Во всем же, что произошло дальше, только ваша вина. И вина вашего брата Алексея.

Дудчик упрямо молчал.

— Не будем затрагивать личные счеты между Алексеем и Возехом. Они уже закончены.

Но почему вы считаете более предпочтительным действовать в интересах английской разведки?

Виталий Петрович наконец снизошел до ответа:

— Потому что эта информация интересует прежде всего их.

— И только?

Дудчик повел плечами и сам налил себе вторую рюмку.

— Я думаю, что в вас, в русских, сейчас говорит одно желание — зависть к западному образу жизни и комфорту. Поэтому вы и хотели продать свой товар именно тем, кто обладает всеми этими благами. А ведь они — ваши враги. Они развалили вашу страну и стремятся захватить ее окончательно. Вы просто решили переметнуться на их сторону, пока не поздно.

Дудчик выпил рюмку залпом.

— Мы — единственные, кто противостоит в этом мире Америке. И поэтому нас тоже интересует ваша информация, поэтому мы готовы за нее бороться, платить за нее, удовлетворять все ваши разумные требования. Поэтому, Виталий Петрович, придется вам принять существующее положение как данность. Я успел раньше, пусть только на один час, и я сделаю абсолютно все, чтобы приготовленная вами на продажу информация попала в руки тех людей, которым я служу.

— Вы имеете в виду Бен Ладена?

— Да.

Тогда Дудчик сказал:

— Давайте говорить по существу. Как мы будем выбираться из страны? И куда?

— Это другой разговор. Я намерен переправить вас в одну из тихих стран Европы, как только немного уляжется суматоха и ослабеет бдительность.

В этот момент в дверь позвонил Тимур, которому Амир собирался заказать документы на выезд из страны.

* * *

На следующий день в кабинете генерал-лейтенанта Нифонтова царило тяжелое настроение, которое передавалось от самого генерала подчиненным. Утром Нифонтову сообщили, что в Генштабе произошла невероятная утечка информации, вследствие которой полетят многие генеральские папахи. Что ФСБ допустила грубейшую нерасторопность: мало того что утечка секретнейшей информации произошла у чекистов под носом, они еще и пришли на место горячих событий третьими. Что следствием такого провала будут также кадровые перемещения вниз и на улицу в самой ФСБ. Что кашу придется расхлебывать всем — и особенно его управлению. От него ожидают результативной работы. После этого генералу Нифонтову были переданы все оперативные материалы.

Всякому из собравшихся в комнате было понятно, что ситуация сложилась экстраординарная.

— Итак, — сказал Нифонтов, — вы ознакомились со списком тех секретов, которых вчера лишилась Россия. Степень опасности всем ясна? В ответ послышалось тихое:

— Так точно...

— Продолжаю в таком случае. У нас есть все основания считать, что данные сведения в руки специалистов НАТО до сих пор не попали.

Постучав, в кабинет под хмурым взглядом Нифонтова прошел опоздавший полковник Голубков. Он всю ночь работал с Пастуховым и находился слишком далеко, чтобы успеть вовремя. Голубков сел на свое место, сосредоточился, чтобы побыстрее вникнуть в существо вопроса. Первое замечание решился сделать начальник аналитического отдела управления:

— Если говорить о том, кто мог инициировать эту утечку... Нам известно, что Худайбердыев в последнее время смыкался с исламистами. Точнее, его усиленно склоняли к этому мезальянсу.

— Хорошая идея. Судя по общим соображениям, существуют два лагеря, к которым могла попасть информация: правящая партия президента и исламисты. И те, и другие были вполне в состоянии провести несложную операцию по захвату Дудчика-старшего в Москве.

— А что ФСБ, контрразведка?

— Там сейчас летят папахи, — огласил только что полученную информацию Нифонтов.

— ФСБ пришла вчера к финишу последней, к сбору трупов. Их опередила даже «скорая помощь». Мы ведем расследование совершенно независимо, однако будьте бдительны: вокруг будет толкаться много народа, так что не начните стрелять по своим.

— Как и с кем офицер по связям с общественностью Дудчик мог попасть в Москву? В Душанбе же все было перекрыто в те дни?

— У нас есть возможность узнать это от него самого. Однако сейчас раненый Алексей Дудчик находится в реанимационном отделении и еще не пришел в себя, — сказал генерал. — Так что его рассказа придется некоторое время подождать.

Полковник Голубков, всю ночь проломавший голову в попытках разгадать вместе с Пастуховым роль Дудчика в таджикских наркотических и политических разбирательствах, слегка даже побледнел, услышав последние слова. Катнув желваки, он раздельно произнес, глядя на Нифонтова:

— Алексей Дудчик прибыл вчера в Москву из Таджикистана вместе с группой Пастухова.

Эта тихая фраза поистине прозвучала как гром с ясного неба.

— Где Пастухов? — спросил Нифонтов.

— В моем кабинете.

— Пойдем к тебе, — стремительно поднялся генерал. — Все пока свободны.

По дороге Нифонтов успел в двух словах обрисовать сложившуюся ситуацию. С глазу на глаз с Голубковым это ему удалось сделать гораздо короче и экспрессивнее, нежели в кабинете на совещании.

Увидев генерала, Пастух и его ребята по неистребимой армейской привычке вскочили на ноги. Генерал оставил только Пастухова, предложив остальным отдохнуть.

— Лучше бы наоборот, товарищ генерал, — сказал Док. — Это я как врач заявляю.

Две пули даже через бронежилет — это опасно даже для бычьего здоровья.

Пастух скривился, он не любил препирательств с начальством, не любил афишировать собственные промахи — а что как не промах пропущенные им выстрелы?!

— Уйди, Док, — сказал он. — Давай, выполняй приказание.

Когда дверь закрылась и они остались втроем, полковник прежде всего поставил Пастухова в известность:

66
{"b":"27423","o":1}