ЛитМир - Электронная Библиотека

Нейл Янг, решивший в какой-то момент, что стопка спиртного ему не помешает, находился во время этого штурма на кухне. Услышав первый выстрел, он в первую очередь бросился к окну и отпрянул, схватив краем глаза незнакомую черную фигуру внизу, вытянувшую по направлению к нему руки. Стрелку внизу помешали два обстоятельства: скорость перемещения Янга — голова его лишь на мгновение мелькнула за окном справа налево — и неудобство стрельбы снизу вверх. Так что Янгу повезло: пуля, пущенная Мухой, прошла мимо и ударила в стену, обдав его штукатуркой.

Нейл Янг слышал звон стекла в комнатах, понимая — это идет штурм квартиры снаружи, через окна. И решил использовать свой последний, и очень ненадежный, шанс — попробовать прорваться через двери на лестничную площадку. Нейл успел отодвинуть защелку замка, успел рвануть дверь на себя. Действия его за многие годы были доведены до автоматизма: едва дверь пошла, раскрывая дверной проем, он, ведя руку по плавной дуге снизу вверх, три раза выстрелил вслепую и тут же понял всю бессмысленность этих действий.

Дверной проем был занавешен большой светлой рубахой Боцмана, которая надежно закрывала обзор. Док, вне всякой досягаемости для выстрелов, находился наискосок от двери и целился в нее, утвердив руки на перилах. А Боцман, голый по пояс, лежал на животе в коридоре соседней, оставшейся открытой квартиры, выставив руки вперед. Он только и ждал того дурня, который подставит ему под выстрел коленку или поднырнет под рубаху, чтобы поймать пулю головой.

Слева уже выходил на огневой рубеж Артист, пробежавший через спальню. Поэтому Нейл Янг, склонный к мгновенным оперативным решениям, принял главное из них: он бросился плашмя на пол, выкинул из рук пистолет, который загремел на лестничной площадке, и крикнул:

— Сдаюсь! Не стреляйте!

Разведчик есть разведчик: за мгновение, равное небольшой доле секунды, он успел оценить ситуацию и понять, что в тюрьму лучше попасть совершенно здоровым, а не инвалидом с простреленной ногой или печенью. Шансов выбраться у него не оставалось: обе комнаты, кухня и лестничная площадка контролировались профессионалами. Позже он признался, что больше всего его поразила рубаха в дверном проеме, зацепленная за верхний косяк, — этот оригинальный прием он встретил впервые.

Оставался у него, конечно, еще один выход, но мысль о самоубийстве была глубоко противна его религиозным убеждениям.

78
{"b":"27423","o":1}