ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Артист поселился в некотором отдалении от меня, в небольшом пятизвездочном отеле «Мрия», где успешно выдавал себя за московского кинорежиссера. И на второй же день он просек и Егорова, и смуглого. А на третий преподнес мне сюрприз: оказывается, егоровская «наружка» снабжена еще и машиной сопровождения. И это не просто «рафик». А «рафик», начиненный самой современной радиотехникой. Понятное дело, он не мог подробно рассматривать эту радиотехнику, но то, что она была современной, не требовало доказательств. Какой же смысл было использовать технику вчерашнего или даже позавчерашнего поколения?

Все это заставило меня крепко призадуматься, но никаких выводов я сделать не смог. Кроме того, какой уже сделал: меня ввели в какую-то комбинацию и не намерены посвящать в ее суть. Более того, намерены использовать втемную. Для этого, собственно, я и понадобился.

Что из этого следовало?

Неизвестно.

На всякий случай я приказал Артисту перебраться из «Мрии» куда-нибудь в ближний пригород, на дачу, сменить бросающийся в глаза имидж преуспевающего кинорежиссера и плотно сесть на хвост смуглому. Где живет, что делает, с кем встречается. И Боже сохрани засветиться. Моим решением Артист остался крайне недоволен. Ему нравилось жить в роскошном отеле с бассейном, тренажерным залом и прекрасной европейской кухней. Но он не стал спорить. Понимал, что это не моя прихоть. Он лишь выторговал себе пару дней, чтобы его отъезд не показался внезапным. Я согласился. И позже, когда думал о том, что произошло, понимал, что это была самая большая наша удача.

Общеизвестно, что случайную удачу запланировать невозможно. Случайность — на то она и случайность. Но люди опытные знают, что можно создать условия для возникновения счастливой случайности, незапланированной удачи. Чем меньше людей знают об операции, чем уже их частные знания, чем более люди функциональны, тем меньше шансов, что эта счастливая случайность вдруг вторгнется в строго разработанную схему. И слишком много говорить тоже нельзя, еще неизвестно, что хуже: утечка оперативной информации или отсутствие незапланированной удачи. В этом и заключается искусство аналитика-разработчика: обеспечить максимальную секретность операции и в то же время не пережать, дать возможность вторгнуться счастливой случайности. А они гораздо чаще случаются в жизни, чем это принято думать, гораздо чаще.

Впрочем, давая Артисту два дня на прощание с роскошным образом жизни, я не думал ни о каких счастливых случайностях. Просьба разумная? Разумная. Выполнимая?

Выполнимая. Ну, пусть повыпендривается, если ему так хочется. Вот и все, что я подумал. Но получилось совсем по-другому.

В день отъезда, когда у подъезда отеля уже ждал заранее заказанный лимузин и Артист стоял у конторки менеджера, дожидаясь, пока тот оформит компьютерную распечатку счета, он от нечего делать разболтался с портье, похвалил кухню и обслуживание отеля и упомянул, что недаром его друг рекомендовал ему этот отель и теперь он сам будет с чистой совестью рекомендовать его всем своим знакомым, кого судьба занесет в город К. Портье, средних лет дама, очень дорожащая, судя по всему, своим местом, расплылась от такой похвалы и спросила — тоже, как понял Артист, от нечего делать и от желания продолжить разговор, — кто этот друг и давно ли он здесь жил.

— Пастухов, — без всяких задних мыслей ответил Артист.

Во-первых, я и в самом деле дня четыре прожил в этом отеле, пока не понял, что просторные окна на втором этаже — это не самое большое достоинство жилья.

Во-вторых, я действительно посоветовал Артисту поселиться в этом отеле, так как он вполне соответствовал выбранному Артистом имиджу кинорежиссера.

— Пастухов? — неожиданно включился в разговор менеджер, возвращая Артисту кредитную карточку. — Сергей Сергеевич? Да, у нас жил этот господин. И, кстати, не оплатил один междугородний телефонный разговор.

— Пастухов?! Не оплатил разговор?! — вполне искренне изумился Артист. — Этого не может быть!

— Представьте себе, было, — возразил менеджер. — Секунду, сейчас найду.

Он пошелестел клавиатурой компьютера и положил перед Артистом распечатку, из которой следовало, что господин Пастухов разговаривал три минуты с российским городом с таким-то кодом и этот разговор не был оплачен.

— Мы могли бы позвонить ему и попросить оплатить счет, — объяснил менеджер. — Но это не в наших правилах. Счет небольшой, клиент мог просто забыть, а наш звонок заставил бы его подумать о том, что мы подозреваем его в мошенничестве. Так что будем считать, что ничего не случилось.

— Нет, я не согласен! — заявил Артист. — Получите с меня за этот звонок. А счет отдайте. Он человек не просто порядочный, а даже щепетильный, и ему будет неприятно знать, что он не оплатил свой звонок. И не спорьте со мной.

Менеджер и не спорил. Он получил с Артиста около двадцати тысяч, аккуратно дал сдачу и вместе с деньгами протянул ему листочек компьютерной распечатки со штампом «Оплачено». Возле лимузина Артист остановился и внимательно всмотрелся в счет. Он не сразу понял, что его насторожило. И только когда перечитал его внимательно еще раз, до него дошло: оказывается, мой разговор из отеля «Мрия» с каким-то российским городом состоялся 12 октября 1997 года.

* * *

Как раз в тот день, когда я погрузил во Владивостоке свой новенький «ниссан-террано» на железнодорожную платформу, договорился с «рефами» и двинулся в путь до Москвы.

И как раз в тот день, когда в городе К. был убит Николай Иванович Комаров.

Этим же вечером Артист вылетел во Владивосток. И вот, вернувшись наконец из своей поездки, он спрашивал меня:

— А теперь объясни: зачем ты убил Комарова?

* * *

Он хотел поставить чайник, но я возразил: некогда, Сеня, давай рассказывай, мне нужно как можно быстрей вернуться в гостиницу.

— Тогда слушай, — кивнул Артист. — Одиннадцатого октября в десять тридцать утра ты прибыл во Владивосток на автопароме из Осаки. В тот же день ты погрузил «ниссан-террано» на платформу и договорился с «рефами», что поедешь с ними.

Состав отправился в Москву в шесть утра двенадцатого октября. Но тебя с «рефами» не было.

— То есть? — не понял я. — Как это не было?

— А очень просто. Ночью ты сел на рейс Владивосток — Москва и в шесть тридцать утра был уже в столице. Рейсом в восемь тридцать ты вылетел в город К. Вечером двенадцатого октября ты закончил там свои дела и ночью вернулся в Москву. После чего сел в самолет и через три часа оказался в Тюмени. Там ты дождался подхода грузового состава, который вез твой «террано», и присоединился к «рефам». И вместе с ними прибыл в Москву. Это не мои предположения. Вот доказательства.

Копия твоего авиабилета из Владивостока до Москвы. Копия твоего билета от Москвы до города К. Обратный билет от К. до Москвы. И наконец — копия твоего авиабилета от Москвы до Тюмени. А это, кстати, телефонный счет за разговор, который ты вел из отеля «Мрия» с Затопино. Как раз двенадцатого октября. Только не спрашивай меня, как мне эти билеты удалось раздобыть. Это было непросто и недешево.

Я внимательно рассмотрел копии авиабилетов. Подлинные, без вопросов. Ни о какой подделке не могло идти и речи. Это были настоящие компьютерные копии настоящих авиационных билетов.

— Вопрос только один, — продолжал Артист, когда я отложил документы. — Для чего тебе понадобилось создавать себе такое алиби? Я думаю, ответ как раз в том, что произошло в городе К. двенадцатого октября. А двенадцатого октября был убит историк Комаров. Убит весьма профессионально. Тебе не кажется, что этот костюм сшит точно на тебя? И сшит первоклассным портным. Как влитой сидит, нигде ни одной морщинки.

— Двенадцатого октября я не мог звонить из «Мрии» в Затопино, — заметил я. — Хотя бы потому, что я жил в «Мрии» в начале ноября.

— Это ты говоришь мне или следователю прокуратуры? — поинтересовался Артист. — Ты мог и не жить в «Мрии». Просто зашел и позвонил из холла. И не оплатил счета, что характеризует тебя как человека не слишком порядочного.

56
{"b":"27425","o":1}