ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Криминал-то криминал, но сейчас одних догадок было мало. Нужно было точно знать, откуда у этого дела ноги растут. На МВД и местное отделение ФСБ Антонюк не мог рассчитывать. Они и пальцем не шевельнут для него. Они служат нынешнему губернатору. Эта недальновидность обойдется их руководителям, конечно, очень дорого, когда Антонюк займет губернаторское кресло. Он был не из тех, кто прощает такие вещи. Но это — в будущем. А ответ нужен сегодня, сейчас.

И был, пожалуй, только один человек, который мог ему в этом помочь.

Антонюк отпустил членов своего предвыборного штаба, минут двадцать раздумывал, то усаживаясь в черное кожаное кресло с высокой спинкой, то расхаживая по толстому ковру. Потом вызвал референта и распорядился найти начальника его охраны Пастухова и приказать срочно прибыть сюда.

Да, Пастухов и был тем человеком, в котором Антонюк сейчас больше всего нуждался. Почему — этого Антонюк не знал, но… чуял нутром. А он привык доверять своей интуиции.

* * *

Через полчаса, когда Пастухов приехал в офис Фонда социального развития и вошел в кабинет Антонюка, тот сидел в кресле и мрачно смотрел репортаж Эдуарда Чемоданова о событиях минувшего дня. Оглянувшись мельком на Пастухова, кивнул:

— Присаживайтесь, посмотрим.

Репортаж был добросовестный и внешне вполне аполитичный. Был хорошо, без преуменьшения масштабов, снят митинг на площади Победы, почти без купюр воспроизведена речь самого Антонюка и другие выступления. Камера умело зафиксировала неподдельный интерес участников митинга, их крики одобрения и бурные аплодисменты. Во второй, гораздо более короткой части репортажа было то, о чем Антонюк уже знал: закрытые магазины, бушующая толпа у пустых прилавков центрального универсама. А потом пошли только лозунги, неизвестно кем развешанные по всему городу: от идиотского обещания Никиты Хрущева до таблички на полке винного отдела «Трезвость — норма жизни».

Закончил Чемоданов без единого комментария:

— Таким был этот день в нашем городе. С праздником вас, дорогие товарищи!

При этом смотрел он в камеру сквозь свои троцкистские очочки без всякой иронии и даже немного грустно.

Антонюк выключил телевизор.

— Что скажете? — помолчав, спросил он.

— Что вы хотите от меня услышать? — уточнил Пастухов.

— Ваше мнение.

— Смешно.

— Что?

— Все. Я не очень хорошо помню те времена, когда в нашем сельпо в избытке была только крупная соль, но кое-что все-таки помню. И этот репортаж освежил мои воспоминания. Вы произнесли на митинге хорошую речь. Но она оказалась вывернутой наизнанку. Этот раунд вы проиграли. И с крупным счетом.

— Чего же тут смешного? — с трудом сдерживая раздражение, спросил Антонюк.

— Да все. Особенно эти лозунги в конце репортажа. Согласитесь, Лев Анатольевич, против вас был сделан очень остроумный ход. Я сначала удивился, когда узнал, что деньги начали выдавать 7 ноября. Мне казалось, что со стороны губернатора это было очень неумно. И только теперь понял, что к чему.

— Вы считаете, это идея губернатора?

— Нет. Я разговаривал с моими ребятами из охраны Хомутова. В резиденции губернатора об этом ничего не знали и были, как и все, удивлены поворотом событий.

— Зачем вы поставили на охрану губернатора своих людей?

Пастухов пожал плечами.

— Я хотел дать ребятам немного заработать. Есть и второй момент. Прежние охранники никуда не годились. Представьте на секунду, что кто-то захочет сорвать выборы и не допустить вашей победы. Если губернатор будет убит, все закрутится сначала. И еще неизвестно, как сложится ситуация на новых выборах. Тем более что задолженность по пенсиям и зарплате погашена. Так что можно сказать, что я действовал в ваших интересах.

— Я хочу знать, кто за этим стоит.

— На вашем месте, я тоже очень заинтересовался бы этим вопросом.

— Я хочу, чтобы это узнали вы.

— Каким образом я могу это сделать? Я в этом городе человек чужой.

— Вот что, Пастухов. Не морочьте мне голову. Я кое-что понимаю в людях и не завел бы с вами этого разговора, если бы не был уверен в том, что говорю. Вы можете это сделать. И я скажу как. Вы встретитесь с одним человеком. Это владелец самого крупного в городе ликеро-водочного завода. Я устрою вам эту встречу. Его кто-то заставил закрыть склады и прекратить отгрузку водки. Я хочу знать кто.

— Так спросите.

— Он мне не сказал. И не скажет.

— Почему вы уверены, что он скажет мне?

— Не знаю почему, но уверен. Вы умеете получать ответы на вопросы, которые вас интересуют. Вот и сделайте это. Меня не интересует как. Мне важен результат.

— Вы все перепутали, Лев Анатольевич. Моя обязанность — обеспечить вашу безопасность. Меня не волнует, станете вы губернатором или не станете. Мне важно только одно: чтобы 16 ноября, в день второго тура выборов, вы были бы таким же здоровым и невредимым, как и сегодня. Вам нужен человек для особых, конфиденциальных поручений? Так найдите себе такого человека.

— Ваша работа будет отдельно оплачена. И очень щедро.

— Мне достаточно много заплатили, чтобы я хватался за попутную халтуру.

— В таком случае вы уволены.

— Раньше вы казались мне гораздо более рассудительным человеком, — заметил Пастухов. — Вы не можете меня уволить, потому что не вы меня нанимали. Вы можете запретить мне появляться в офисе и на людях рядом с вами, но свою работу я все равно сделаю. Я объясню, почему я не выполню задания, которое вы хотите мне поручить. И почему его не выполнит никто. Владелец крупнейшего в городе ликеро-водочного завода — фигура очень серьезная, не так ли?

— Да, — подтвердил Антонюк.

— Значит, тот, кто оказал на него давление, тоже не мелкая пешка. Верно? Можно, конечно, вывезти этого водочного короля куда-нибудь в глухое место и сунуть ему в задницу раскаленный электрокипятильник. Расскажет. Но вы не найдете для этого исполнителей, даже если вдруг решите пойти по этому пути.

— У меня и в мыслях такого не было, — буркнул Антонюк.

— Охотно верю. Потому что как только вы свяжетесь с таким низкопробным криминалом, в вашем офисе завоняет тюремной парашей. И вряд ли вообще хоть кто-то, кроме отморозков последнего разбора, подпишется на такое дело. Ибо нормальный человек понимает, что приказ водочному королю отдала фигура настолько значительная, что выступать против нее — не просто глупо, а смертельно опасно. Я не выполню вашего поручения еще по одной причине, — продолжал Пастухов. — Эта фигура, этот человек, кто бы он ни был, может представлять для вас опасность чисто политическую. Потому что, как нетрудно понять, он играет в этой предвыборной игре против вас. И играет, отдадим ему должное, сильно и остроумно.

Но вашей жизни от него никакой опасности не исходит. В противном случае я принял бы все необходимые меры и без вашей просьбы.

— Вы говорите о нем так, будто знаете, кто он, — проговорил Антонюк.

— Я не знаю этого, нет, — возразил Пастухов. — Я только догадываюсь. Почти уверен, что в своих догадках я прав. Поэтому и говорю так уверенно.

— Вы не хотите поделиться со мной своими догадками?

— Нет, Лев Анатольевич.

— Я вам очень хорошо заплачу.

— Попридержите свой избирательный фонд. Он вам еще понадобится. Особенно после сегодняшнего праздника.

— Можете быть свободны, — сухо бросил Антонюк.

* * *

Попрощавшись с ребятами из команды Егорова, двое из которых дежурили в приемной Антонюка, а трое других блокировали подходы к лифту, Пастухов сел в свой «пассат» и медленно поехал по улицам, которые вновь затянуло туманом с Балтики.

Он сказал Антонюку правду. Он почти не сомневался, что за всей этой историей с магазинами и лавочками, превратившей торжественный митинг Антонюка в дешевый фарс, стоит смотритель маяка по фамилии Столяров. Человек, который тридцать лет знает Профессора. Человек, который ворочает миллионами долларов. Человек, который до тонкости знает всю предвыборную кухню и финансовую подоплеку борьбы за губернаторское кресло. Полгода в городе (это Пастухов осторожно выяснил в отделе кадров пароходства через Юрия Комарова). При его опыте за эти полгода он мог завязать необходимые связи во всех кругах, которые его интересуют. В том числе и среди крупных уголовных авторитетов. Не сам, конечно, а через посредников, через свою агентуру. И он был единственным, кому по силам было провести эту акцию.

67
{"b":"27425","o":1}