ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Давай проверим, — предложил Муха.

— Давай.

Боцман вышел из аппаратной, спустился по лестнице к лифтам, нажал кнопку вызова правой кабины и снова вернулся в аппаратную. Как только лифт поднялся наверх, Муха отключил питание и зафиксировал кабину.

— Ну как?

Пастух заглянул в шахту — кабина висела метрах в трех внизу.

— Это терпимо, — кивнул он. — Ну, я полез. Ухватившись за трос. Пастух проворно спустился на крышу кабины лифта, прочно там закрепился, потом присел, включил фонарь у себя на голове и принялся тщательно осматривать кабину. Нашел две съемные крышки, ослабил крепящие их винты, проверил декоративную решетку под ними, убедился, что выбить ее можно запросто и препятствие она ему не составит, после чего поставил крышки обратно. Потом он присмотрел, где и как будет закрепляться и как расположится. Лифт был скоростной, и Пастух немного побаивался, что его может просто разорвать на куски, если он за что-нибудь зацепится во время движения. Но площадь крыши лифта вполне позволяла расположиться без подобного риска.

Пока Пастух все это проделывал, у Мухи в кармане подала сигналы рация.

— "Заяц-один" вызывает «Мазая»… «Заяц-один»… — «Мазай» на связи, — откликнулся Муха.

— К служебному входу подошел какой-то человек, — сообщил Док. — Все давно закрыто, а его собираются пропустить… Не уверен, что это важно, но на всякий случай… Внимание, он вошел.

— "Мазай" понял. Отбой.

Муха отключил второй лифт, а потом подбежал к люку.

— Пастух!

— Что?

— Пристегнись! Я включаю лифт!

— Обалдел?!

— Тебе же нужна была репетиция — давай!.. Все, времени нет. — Он снова отбежал к электрощитку и крикнул:

— Готов?

— Готов, — буркнул не очень довольно Пастух.

— Делай свое черное дело, палач, — вставил Боцман.

— Внимание, включаю!

Муха врубил электричество для правого лифта, на котором был Пастух. Второй так и остался отключенным, так что появившийся через служебный вход человек волей-неволей вызовет лифт с Пастухом… Муха врубил, но несколько минут ничего не происходило. Все молча ждали.

— Ну, что там у вас? — недовольно проворчал Пастух, и вдруг щелкнуло реле, взвыли электродвигатели, механика клацнула, вздрогнула и лифт пришел в движение.

Быстро набирая скорость, кабина словно провалилась в пропасть и только в наушниках Мухи и Боцмана прозвучало протяжное:

«Э-э-эх й-о-шь тво-о-йу ма-а-ать!!!»

Муха и Боцман переглянулись.

— Поехали, — констатировал Муха. Механика вздрогнула, мотор вздохнул и замер — лифт добрался до первого этажа.

— Пастух, как слышно? — вызвал Муха.

— Лучше, чем видно, — тихо проговорил Пастух. Все снова пришло в движение, и кабина так же стремительно понеслась вверх. Но на этот раз у Сергея не вырывалось восхищенных восклицаний.

— Пойду подниму лифт, — сказал Боцман и спустился из аппаратной на технический этаж.

Когда забредший в здание на ночь глядя человек вышел примерно на восьмом этаже, Муха скомандовал: «Поднимай», Боцман вызвал лифт на технический этаж, и через минуту Пастух снова был в трех метрах от открытого люка в аппаратной.

Друзья помогли ему выбраться.

— Как ощущение? — ухмыляясь, спросил Боцман.

— Как в космосе. Я чуть в штаны не наложил. Вон, руки еще дрожат.

— Ничего, — серьезно заметил Муха. — Это с непривычки. Завтра будет легче.

— Надеюсь… Кстати, я проверил, пока ты катал меня. Муха. Из кабины не видно и не слышно, что я на крыше. Это хорошо… — Пастух взглянул на часы. — Пора выходить на связь.

Муха достал рацию.

— Нет, — сказал Сергей, — пошли на крышу выйдем. Отдохнем немного… Ну что, кажется, все готово? Будем надеяться, что все у нас завтра получится.

— Получится, — эхом отозвался Муха. Вся подготовка казалась им игрой.

Опасной, но забавной игрой. А сейчас они вдруг почувствовали, что игра кончилась. Все. Завтра начнется серьезное дело, и от того, как они с ним справятся, зависит их жизнь. Да и не только их.

И, словно для того, чтобы подкрепить это ощущение, у Пастуха запиликал пейджер, который он прихватил с собой и прикрепил на поясе. «До Гонконга дозвонился. КД», — сообщил пейджер. Это означало, что Голубков прислушался к совету Пастуха настучать на Крымова и даже смог найти для этого подходящий канал связи. Что ж, это только подтверждает правильность их выбора.

— Что там? — спросил Муха.

— Голубков благословляет нас на завтрашний подвиг.

13

Утром двадцать второго июля, без четверти девять, Андрей Сергеевич Крымов приехал на Новый Арбат. Сегодня был его последний день в этой стране, сегодня должна закончиться сложная операция, которую он задумал. Сегодня он заберет из банка деньги и улетит. Билеты на самолет, новые документы — все это уже было готово. Еще час-другой последних усилий, даже не усилий — хорошей организации дела, и все закончится. Осталось только получить деньги, избавиться от слежки, которую он спокойно терпел все это время, сесть в самолет — и больше его не найдет ни одна собака.

Но в душе Крымова не было спокойствия. Буквально несколько часов назад, когда еще не рассвело, он был разбужен неожиданным звонком, похожим на междугородный. Впрочем, сразу же выяснилось, что звонок из-за рубежа. Из Гонконга. На связь вышел один исключительно преданный Крымову человек, который в его отсутствие вел в Гонконге все его дела. И вот этот человек связался с Крымовым напрямую, да еще так неосторожно, только лишь потому, что нельзя уже было медлить ни минуты. Слишком серьезная появилась проблема. Он сообщил, что у гонконгских отправителей груза неожиданно возникли сомнения в честности Крымова и в его намерениях, что кто-то им слил информацию, будто Крымов не собирается выполнять контракт, будто он решил забрать их деньги. А самое главное, у гонконгских партнеров невесть с чего зародились подозрения, что Крымов собирается сдать властям все свои выходы в Гонконге на отправителей груза. Они очень обеспокоены этим и уже послали в Россию человека с задачей разобраться во всем на месте. Этот человек либо убедится, что кто-то запустил дезинформацию, либо уничтожит Крымова. И будет этот человек в Москве уже двадцать второго июля во второй половине дня.

Вот что сообщили Крымову под утро. Это было очень плохо, и Андрей Сергеевич даже не знал, что хуже — то, что в Гонконге узнали о его решении забрать все полмиллиона себе, или то, что эта информация каким-то образом вообще вышла наружу. Теперь стало вдвойне важно все сегодня четко завершить и вылететь в Голландию.

Крымов вошел в высотное здание на Новом Арбате со двора. Там его знали в лицо и пропустили беспрепятственно. Он прошел по коридору чуть вглубь, подошел к лифтам и нажал кнопку вызова. Один из двух лифтов, как это иногда случалось, сегодня не работал, и поэтому ждать пришлось несколько дольше обычного. Наконец двери распахнулись, Крымов пропустил пару человек впереди себя, вошел в кабину и нажал кнопку семнадцатого этажа. Пока лифт поднимался, Андрей Сергеевич думал о том, что надо просто спокойно довести свое дело, отбросив все сомнения и опасения, потому что это лишнее, потому что через несколько часов он исчезнет и тогда его не достанет ни человек из Гонконга, ни спецслужбы, ни Пастухов. А здесь, в России, никто из них просто не успеет его достать — Крымов в этом был абсолютно уверен.

Глядя на себя в зеркало, он поправил галстук и вышел на семнадцатом этаже, где был расположен офис Интрансбанка. Знал бы он, гордящийся своей способностью никогда не ошибаться, ни в чем не давать промашки, как обманывает его эта привычная уверенность в себе на этот раз! По крайней мере один из его преследователей был сейчас много, много ближе, чем Крымов мог себе даже представить. До него было в буквальном смысле подать рукой, ибо в этот самый момент на крыше лифта, в котором поднимался Крымов, лежал, пристегнутый для страховки карабином, бывший капитан Пастухов. Лежал и разглядывал Андрея Сергеевича сверху через щель от заранее сдвинутой съемной крышки.

57
{"b":"27428","o":1}