ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пусть на два дня раньше назначенной в приглашении даты. Это даже к лучшему.

Оставалось только зафиксировать свой отъезд.

Док собирался просто связаться с Пастухом по телефону и предупредить, что его дней пять, от силы шесть, не будет. Связывались они всегда через Серегу Пастухова, потому что Пастух был не просто старшим их команды, которому необходима полная информация. Пастух — это их генератор. Это не просто солдат — это прирожденный воин, обладающий дьявольским чутьем. Он единственный из них, кто устает не в боевых операциях, а в мирной жизни, когда нет опасности и напряжения. Кажется, он просто рожден быть воином-одиночкой, который может положиться только на себя и который всегда выживает, оставшись в одиночестве. Но при том это абсолютно надежный человек, преданный раз и навсегда. Что бы ни случилось. Поэтому и неудивительно, что именно вокруг Пастуха собралась команда, поэтому и неудивительно, что именно он стал старшим в команде, поэтому и неудивительно, что команда эта жива до сих пор… В общем. Док позвонил.

Пастух слушал, как казалось, рассеянно, нехотя поддакивал — так, словно голова его была всецело занята чем-то другим. Через пару-тройку минут Док закончил, сообщив на всякий случай, что город называется Двоегорск. Пастух в очередной раз поддакнул и вдруг спросил:

— Ты уверен, что должен ехать один?

— Сережа, это ведь личное дело, — возразил Док, не совсем понимая причины его вопроса. — Все равно что приглашать кого-нибудь на просмотр своих собственных снов.

— Как знаешь, — сказал Пастух. — Но мой тебе совет: проанализируй все еще раз и не забывай, что уже два года в нашей жизни не может быть случайных совпадений. В принципе.

— Я подумаю над этим, — пообещал Док, — но здесь совсем другой случай.

На этом их разговор закончился, и Док еще полдня размышлял о том, что могло обеспокоить Пастуха при такой полной ясности. Можно было бы воспринять этот совет как следствие некоей липовой предусмотрительности: я, мол, тебя предупредил. Но только в том случае, если бы он прозвучал не из уст Пастуха.

Слишком хорошо Док знал чутье старшего их команды… Сомнения его закончились только к вечеру, когда неожиданно раздался звонок и Док услышал в трубке голос Артиста.

— Слушай, Док, — с ходу предложил Артист, — давай сегодня надеремся в каком-нибудь приличном баре до зеленых соплей, а?

— Семен, что ты болтаешь, — не удержался от смеха Док, прекрасно знавший, что Артист вообще не пьет.

— А что делать? — по-детски напрямик спросил тогда Артист, и голос его выдал полную растерянность и неразбериху чувств.

— У тебя что — проблема?

— У меня много проблем.

— Ну, тогда через два часа я за тобой заеду… Сомнения разрешились сами собой. Как оказалось, Семен Злотников по прозвищу Артист просто-напросто поссорился самым банальным образом со своей девушкой Александрой и, к своему несказанному ужасу, совершенно не представлял, что ему теперь делать. Первая мысль, пришедшая ему в голову, была самой примитивной — сбежать на время подальше. «А вот это как раз на руку, — решил Док. — И Семке помогу, и к предостережению Пастуха на всякий случай прислушаюсь». Хотя, если честно, он так и не воспринял тогда это предостережение всерьез.

Не воспринял тогда, захватывая с собой в дорогу Артиста. Не воспринимал и потом, в дороге. Более того, через полдня пути Док вообще забыл о нем.

И только сейчас, покинув пустующий дом № 5 по улице Карла Маркса, в подвале которого Артист наткнулся на оружие, и передвигаясь осторожно вдоль погрузившихся в вечерний полумрак улочек Двоегорска, только сейчас Док осознал во всю силу, что чутье опять не обмануло Пастуха…

4

Примерно в то же время, когда Док и Артист стояли у калитки дома № 5 по улице Карла Маркса и разговаривали с неким человеком, который назвался Петровичем, к «Солнечному» шумно подъехали две машины. В одной из них скучковалось пятеро хмурых личностей, молчаливых и злобных, а в другой — белой «ауди» — были только двое: долговязый Битый и толстый милицейский капитан.

Причем Битый, сидя за рулем, метал громы и молнии, ожесточенно жестикулировал и покрикивал, а капитан недовольно морщился и пытался возражать. Когда машины остановились у «Солнечного», Битый выскочил первым и потащил за собой капитана буквально за шиворот. За ними потянулись и остальные пятеро. В помещении кафе тем временем оказалось пять человек: бармен и четверо накачанных молодых людей, тех самых, что часа полтора назад попытались вышвырнуть из этого кафе какого-то приезжего, игравшего в бильярд. Таким образом, в «Солнечном» в эту минуту собралась ровно половина того, что Битый называл своей бригадой, а толстому капитану и бармену следовало бы называть организованной преступной группировкой, но чего они ни в коем случае не делали, поскольку один получал от Битого деньги, а другой его боялся. Как, впрочем, и большинство остальных граждан Двоегорска, занимавшихся хоть какой-то деятельностью.

— Где они?! — рявкнул Битый на бармена, стремительно подходя к стойке.

— Кто? — попытался не понять бармен и тут же получил увесистый удар в челюсть.

— Где они, сука?! — повторил Битый. Бармен поднялся, стирая побежавшую кровь. Руки его дрожали.

— Не знаю, — сказал он. — Они сразу уехали.

— Куда?

— Да откуда мне знать… Еще один удар чуть не сломал бармену челюсть. Он с грохотом врезался в жарочный шкаф, но на ногах удержался.

— Я правда не знаю… Но слышал, что они собирались задержаться в городе на несколько дней.

— У Карася?

— Нет. Карась ни при чем.

— Вы теперь все гут при чем, — огрызнулся Битый и резко повернулся к капитану:

— Найди мне их! Найди, или я отымею всю вашу мусорную яму! Понял? Так и передай своему майору Смирнову.

— Успокойся, — недовольно буркнул капитан. Ему не нравилось все это.

Абсолютно. Потому что ему совершенно не улыбалось искать каких-то залетных транзитников, не угодивших Битому, да и вообще, ему до тошноты осточертела эта гнусная бандитская рожа, с которой он, капитан, ничего, ничего не мог поделать.

А поэтому оставалось только недовольно оправдываться и изворачиваться.

— Успокойся, — повторил капитан. — Если они в городе — найдем. Но ведь ты даже имен их не знаешь… — Он знает, — подал вдруг голос Кеша и кивнул своей разбитой вдрызг о бильярдный стол рожей на бармена.

Битый тут же схватил несчастного бармена за шкирку и дернул на себя.

— Говори!

— Одного не знаю, — проговорил бармен, — а большого зовут Иван. Он еще сказал, что он доктор, и поэтому второй его Доком называл.

И тут вдруг брови капитана поползли вверх.

— Доком? — переспросил он.

— Ну да… — Ты, если еще что-то знаешь, — посоветовал бармену Битый, — лучше сразу говори.

— Они спрашивали, как найти улицу Карла Маркса, — сказал бармен. — Это все, что я знаю.

— Карла Маркса? — снова переспросил капитан. Раздраженность его немедленно улетучилась. Теперь он был сосредоточен и серьезен. Настолько, что даже Битый его перестал беспокоить. Впрочем, долговязый «бригадир» всего этого не заметил.

Он отпустил бармена и жестом приказал своей бригаде вываливать на улицу, и все девять бойцов молча поплелись к выходу.

— В общем, я сказал, капитан, — напомнил Битый, — чтобы завтра ты их нашел.

Если я доберусь до них первый, я тебе ни копейки больше не отстегну. Запомни… — Найдем, найдем, — отмахнулся от него капитан, как от назойливой мухи, и на какое-то мгновение Битый даже удивился. Но только на мгновение. Потом он ушел за своими, а капитан, тут же позабыв обо всем, подался к бармену и негромко, но требовательно произнес:

— Телефон дай.

Он должен был немедленно сообщить своему начальству, тому самому майору Смирнову, что человек, которого они ждали послезавтра, уже появился в городе. И появился не один. Нет, ошибки быть не могло. Это именно он. И кличка сходится, и адрес, и даже то, как уделали этого козла Битого… Вот дурачок! «Найди мне его»!

15
{"b":"27429","o":1}