ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Венди, милочка, нам бы еще этого чудного чайку. Сюзанна спешно застенографировала: «Нос кошмарный. Кожа безупречная, макияж профессиональный, зубы отбелены (недавно), туфли от „Прада“, узнать цену на Бонд-стрит. Вульгарный акцент отчетливее, когда говорит по телефону».

Адель издавала в телефон короткие сочувственные звуки, адресуя их явно расстроенной Венди. Затем взглянула на часы, бросила Сюзанне: «Минуточку» — и бодро произнесла в трубку:

— Единственный здравый вариант — ампутация. — Она собралась положить трубку, но Венди, очевидно, желала продолжить разговор. — Только не сейчас, Венди, я занята.

Положив трубку, Адель улыбнулась Сюзанне:

— Прямо и не знаю, звонишь насчет чаю, а тебя втягивают в чужую психодраму. Бедняжка Венди, это наша экономка. Ее сын, Барри, совершенный олух, между нами, покалечился на своем мотоцикле. Нога у него никак не заживает, он валяется в больнице на дико дорогих антибиотиках… Конечно, все это не для публики…

Сюзанна сделала серьезное лицо.

— Разумеется, у вас есть право просмотреть текст интервью до опубликования…

— Я не должна была говорить вам о бедняжке Венди, но я так переживаю за персонал, так близко к сердцу принимаю и их маленькие проблемы. Простите, я сейчас постараюсь перестать беспокоиться о Венди и Барри. Ну, давайте, что там у нас.

Сюзанна взглянула на свой список вопросов.

— Хорошо. Каково это, когда журнал «Пипл» называет вас самой умной женщиной мира?

Адель скромно улыбнулась:

— Не мира. Только Европы. Сюзанна перешла ко второму пункту:

— Каков типичный день в жизни Адель Флорэ-Клэр?

Адель рассмеялась:

— Не бывает типичных дней. С философской точки зрения, нет и таких вещей, как «жизнь» или «день». Что вы имеете в виду под «жизнью» и «днем»?

Сюзанна почувствовала, как у нее запульсировало в виске.

— Ладно. Чем, в таком случае, вы занимались вчера? На лице Адель появилось озадаченное выражение:

— Вчера? То есть в предыдущие двадцать четыре часа?

Сюзанне хотелось заорать на самую умную женщину Европы, но тут открылась дверь и особа с лошадиным лицом и красными опухшими глазами внесла поднос со стеклянным чайником и тарелкой шотландского песочного печенья, разложенного веером.

Когда она поставила поднос, Адель хохотнула и спросила:

— Венди, милочка, вы нам смерти желаете? Песочное печенье? Господи, ведь это жир и сахар!

— Мне в отделе снабжения велели покупать все только британское, — сказала Венди.

— Ну а как насчет овсяного, которое мы раньше брали?

— Его теперь по лицензии делают в Польше, — ответила Венди.

Глядя на часы, Адель поплескала в чашках пакетики с чаем, потом резковато заговорила, обращаясь к Венди:

— Насчет ноги Барри. Ведь он сможет передвигаться. На прошлой неделе мы с Эдвардом вручали награду за детское мужество мальчику, которому старинный паровоз отрезал обе ноги. Теперь дитя в инвалидной коляске играет в баскетбол…

Сюзанна взглянула на Венди и с удовольствием заметила, как та с неприкрытой злобой зыркнула в спину Адель, прежде чем закрыть дверь.

— Итак, вернемся к вашему замечательному вопросу. Будильник звонит в полшестого, но к этому времени мы, как правило, уже на ногах. Это ценные минутки, пока на нас не обрушился весь мир. Впрочем, если вас интересует именно вчера… Ну да, встали в пять, Эд заварил чай, поговорили. У нас есть правило: утром никакой политики и семейных дел. Разговор вышел интересный.

— О чем? — спросила Сюзанна, хотя не ожидала разъяснений.

— Да так, о транссубстанциации.

— Транссубстанциация… — запнулась Сюзанна. — Это что-то про транспорт?

Адель засмеялась:

— Сразу видно, Сюзанна, что вы не теолог. — Она откинулась на спинку кресла и закинула руки за голову. — Транссубстанциация — это преображение Господне в процессе евхаристии… Следует ли весь хлеб и вино считать телом Христа? — требовательно вопросила она.

— Чудесно, — пробормотала Сюзанна, имевшая весьма смутное понятие о том, что такое евхаристия.

Адель отхлебнула чаю и скорчила гримасу:

— Ну нет, это же не ромашка, это лапсанг соучонг! Честное слово, чем скорее Барри разберется со своей ногой, тем лучше будет для всех нас. — И она продолжила рассказ о событиях предыдущего дня: — В шесть, после молитвы Эда и моей медитации, Эд включил программу «Сегодня», принял ванну, а я душ, потом Венди нам принесла французский завтрак, затем Поппи поела — я все еще кормлю ее грудью, — потом прическа, маникюр, отправила детей в школу, десять минут на газету. Обсудила с Венди угощение для приема «Ассоциации жен и подруг команды „Манчестер Юнайтед“» здесь, в доме Номер Десять. Дальше машиной в Лондонский институт экономики и политики, прочла там лекцию на тему «Феминизация западного мужчины». Машиной сюда. Написала восемьсот слов в «Спектейтор» о перегрузке электронной почты, потом ланч с Камиллой П. Б.[8], она обещала меня научить кататься верхом, когда на следующей неделе поедем в Хай-гроув[9]. Что дальше? Ах да, покормила ребенка, ходила покупать обувь с Гейл Ребак[10], приняла делегацию монахинь из Руанды, поднялась на второй этаж, съела сандвич со старшими детьми, Морганом и Эстель. Сын сейчас готовится к школьным экзаменам, а дочь только что пошла в школу для девочек в Кэмдене. Машиной к Андре, на урок тенниса, потом назад сюда, душ, прическа, макияж. Потом звонки, письма, электронная почта, снова кормление, прием «Манчестерских жен». Эд пришел, он обожает футбол. Потом… Ах да, на второй этаж к детям, помогла Моргану с сочинением по «Королю Лиру». Прическа, макияж, переоделась, обед во французском посольстве с Шарлоттой Рэмплинг и Эдди Иззардом[11]. Все согласились, что…

Сюзанна, поклонница Эдди Иззарда, прервала ее:

— А какой он, Эдди?

— В черных колготках и красных туфлях. И похоже, смеялся над чем-то, что известно только ему одному. Не в моем вкусе.

Когда Венди проводила Сюзанну, Адель посидела в одиночестве, проигрывая интервью в памяти. Она знала, что не понравилась Сюзанне. Еще в детстве Адель поняла, что ум следует скрывать. Бабушка предупреждала: «Умников не любят, Адель». Иногда она завидовала этим тупицам из электората Эда, с их банальным трепом и тривиальными заботами. Она потрогала кончик носа и подумала, не сделать ли операцию. Эд все время твердит, что ему нравится ее нос, и целует его во всю длину и ширину. Но она устала таскать нос перед собой, словно вымпел.

Едва оказавшись за дверями дома Номер Десять, Сюзанна включила мобильный телефон. Джек Шпрот, любуясь ногами Сюзанны, услышал, как та произнесла: «Она же просто корова».

Джек усмехнулся про себя — он знал точно, о какой именно корове речь.

вернуться

8

Камилла Паркер Боулз — подруга наследника британского престола, принца Чарлза.

вернуться

9

«Хайгроув-Хаус-отель» — элитный отель в графстве Эйр.

вернуться

10

Глава издательского концерна "Рэндом Хаус», самая авторитетная женщина в издательском бизнесе Великобритании.

вернуться

11

Шарлотта Рэмплинг (р. 1946) — выдающаяся британская актриса. Эдди Иззард (р. 1962) — популярный английский комик, любящий появляться на публике в женской одежде.

4
{"b":"27468","o":1}