ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Что ей делать, если Мэтью будет искать с ней встречи вновь, полный решимости осуществить свою угрозу? Она так старалась убедить себя в том, что больше не любит его, но за прошедшую неделю поняла — это не так.

Она могла ненавидеть его за то, что он сделал, но глубоко внутри все еще отвечала на его чувства.

Он сказал, что ему нужно изгнать призраки, и она верила ему, потому что у нее были свои призраки, свои воспоминания, свои глупые мечты повернуть время вспять.

Если он появится вновь, ей придется бороться не только с ним, но и с собой.

Устало вздохнув, Мэгги наклонилась и подняла с пола последнюю игрушку, чтобы бросить ее в ярко-красный пластмассовый ящик. Когда она распрямилась, в голове у нее все поплыло от утомления. Джейни прекрасно чувствовала себя все утро и принималась играть то в одно, то в другое, всякий раз разбрасывая на полу в гостиной горы игрушек. Обычно Мэгги заставляла дочурку убирать игрушки за собой, но сегодня это показалось ей слишком тяжелым занятием. Гораздо проще было убрать их самой.

Бросив последний взгляд на комнату, чтобы убедиться, что она ничего не упустила, Мэгги медленно прошла на кухню и наполнила чайник, прежде чем разорвать пакетик с лимонным напитком, который, судя по надписи на нем, гарантировал излечение от простуды. Она налила в кружку горячую воду, прошла с ней в гостиную и села. Сморщив нос, она осторожно попробовала напиток. Мэгги откинулась в кресле, ощутив, как ноют ноги и шумит в висках, и так продолжалось весь день с того момента, как она встала. Как было бы хорошо забраться в постель и накрыться с головой до тех пор, пока не станет лучше, но разве с маленьким ребенком на руках такое возможно!

В дверь позвонили, и она вздрогнула, отставила в сторону кружку, а затем вскочила и подбежала к окну, чтобы осторожно выглянуть из-за занавески. Она начала так поступать с прошлой недели — сначала смотреть, а потом открывать дверь, боясь увидеть на пороге Мэтью, но несмотря на то, что была к этому внутренне готова, все равно испытала шок при виде его знакомой высокой фигуры.

Она опустила занавеску и отступила назад, прижав руку к груди, чтобы унять сильное сердцебиение, и почувствовала, что вся дрожит. Он так ясно объяснил ей там, в ресторане, свои намерения, сделал это с помощью столь красноречивых слов, что ей показалось, она сейчас упадет в обморок. Только железная решимость, приобретенная за последние годы, удержала ее на ногах, и она не потеряла сознание.

Дверной звонок зазвенел вновь, на сей раз громче и настойчивей, в нем чувствовалось нетерпение, и легкая горькая усмешка коснулась ее губ. Он привык, что все вскакивали по его команде, выполняя ее немедленно, и она хорошо могла себе представить его растущее раздражение от того, что она не открывала дверь. Что ж, пусть стоит там хоть целый день и звонит, она ни за что не впустит его!

Звонок зазвонил вновь, затем еще и еще, и Мэгги заткнула уши, чтобы не слышать его, но вдруг застыла, заслышав знакомый рев сверху. Видимо, звуки разбудили Джейни — теперь она будет капризничать до конца дня.

Она поспешила наверх, вынула ребенка из кроватки и нежно вытерла рукой ее слезы.

— Ш-ш-ш, все в порядке, куколка. Он скоро уйдет.

Она нервно зашагала по комнате, крепко прижимая Джейни к себе, но спустя еще десять минут она поняла, что Мэтью и не собирается уходить, и ее нервозность стала передаваться Джейни. Девочка стала плакать пуще прежнего, слезы струились у нее по щекам, и это обстоятельство заставило Мэгги осознать, что необходимо что-то предпринять, чтобы прекратить весь этот шум снизу.

Еще крепче прижав к себе Дженни, она сбежала вниз по лестнице и широко распахнула дверь, ее глаза были ледяными, когда она уставилась на Мэтью.

— Ты что, черт возьми, делаешь? Ты напугал Джейни до смерти своими звонками.

Он снял руку со звонка и поднял ее, чтобы откинуть растрепавшиеся черные волосы со лба, лицо его было недовольным.

— Не вини в этом меня. Тебе давно следовало открыть дверь, а не игнорировать звонки.

— Игнорировать? Как можно игнорировать такой шум! — Она судорожно вздохнула, сердце у нее билось так часто, что ей казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Но она должна была сохранять спокойствие, должна обращаться с Мэтью всего лишь безразлично, а не демонстрировать эту бешеную ярость, которую, казалось, он всегда в ней вызывал. — Что тебе нужно, Мэтью? Мне казалось, я ясно дала понять, что тебе не следует сюда приходить.

Он в удивлении приподнял темную бровь, а его губы насмешливо скривились, когда он посмотрел на ее бледное лицо.

— А мне казалось, что я ясно дал тебе понять, каковы мои намерения.

— Ты — сумасшедший, слышишь меня? Ты совсем сошел с ума, если думаешь, что я когда-либо пожелаю иметь с тобой дело! А сейчас уходи, оставь меня, пока я…

— Пока ты что? Побежишь и расскажешь моему дорогому братцу? — Он холодно улыбнулся. — Ты ведь не можешь этого сделать, не так ли? Потому что Дэвид уехал в Америку и оставил тебя здесь одну.

На лице у нее, должно быть, читался шок, потому что его улыбка сделалась еще шире, и она рефлекторно отступила назад. Он воспользовался моментом, чтобы еще шире раскрыть дверь, и вошел в холл, плотно закрыв за собой дверь, несмотря на ее протесты.

— Что ты делаешь? Убирайся отсюда немедленно или я вызову полицию, и тебя арестуют!

— Ты это сделаешь, Мэгги? Не думаю. Я уверен, что твоей подмоченной репутации тебе хватит до конца жизни. И потом, надо же и о ребенке подумать! Каково ей будет узнать об этом в будущем?

— Я ненавижу тебя, Мэтью Кейн — ненавижу!

— Не больше, чем я тебя, Мэгги.

— Тогда зачем ты это делаешь? Почему ты не оставишь меня в покое? Не может же тебе это нравиться!

Ее слова прозвучали как крик отчаяния, как мольба о пощаде, но он остался равнодушным к ним, на лице у него ничего не было написано, кроме холодной отстраненности, которая буквально леденила ей душу.

Когда он заговорил, его голос звучал уверенно, звонко, отчего у нее мурашки побежали по спине.

— Мне это не нравится, но я вынужден это делать для своего спокойствия. — Он придвинулся ближе, уставившись ей прямо в глаза, и она ощутила холодный взгляд голубых глаз как нечто материальное. — Я старался выбросить из головы мысли о тебе, я делал все возможное, чтобы начать жизнь сначала, но ты всегда там, Мэгги, всегда в моей душе, незаживающая рана. — Он схватил ее за плечи и крепко удерживал, когда она попыталась высвободиться. — Я смогу освободиться от прошлого, только если вернусь в него и переживу все заново, изгоню призраки, которые преследуют меня!

— Нет! — Она покачала головой, сопротивляясь его хватке, отягощенная весом Джейни, которую она по-прежнему крепко держала на руках. — Все кончено. Все кончилось три года назад — нельзя вернуться назад, нельзя ничего изменить сейчас!

Его пальцы впились в ее тело, причиняя боль, но она видела, что он не осознает этого.

— Это никогда не кончится до тех пор, пока я не сотру из памяти то, что ты содеяла. И единственный способ сделать это — заставить тебя страдать, как я страдал!

Она не могла говорить, не могла двигаться, не могла найти в себе силы сделать что-либо, удерживаемая его яростью, горечью и чувством своего поражения. Она всю себя отдала их браку, а оказалось, что этого недостаточно.

Но она не позволит разрушить свою жизнь его безумным желанием мести.

— Нет, Мэтью. Ты ошибаешься. Ты ничего не достигнешь, причинив мне боль. Ты должен принять то, что случилось, и продолжать жизнь, как это пытаюсь делать я. Заставив меня страдать, ты не залечишь рану, ты вскроешь ее вновь! Месть — это не решение.

— Нет? — Его голос смягчился, а глаза смотрели так, что у нее заиграла кровь, но, хоть убей, Мэгги не могла сказать, было ли это от страха или по какой другой причине, куда более грозной для спокойствия ее души. — Может, и не решение, Мэгги, но я хочу убедиться, что я не прав. Можешь отрицать сколько угодно, но ты все еще чувствуешь что-то ко мне, как и я чувствую что-то к тебе, и до тех пор, пока оба от этого не избавимся, мы не будем полностью свободны!

7
{"b":"27482","o":1}