ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Сидя в своем убежище, он думал о том, что делать дальше. Он знал: вернуть Керувима будет непросто. Слишком велика была его ценность, чтобы все прошло как по маслу. Знал он также, что желание Демьюрела владеть Керувимом столь безумно, что он не остановится ни перед чем, лишь бы удержать его при себе.

Он не знал, заперта ли дверь в подвал, не слышал, чтобы ключ повернулся в замке. Но знал, что скоро наступит момент, когда он должен будет пойти на риск и найти Керувима.

Просунув руку в ящик, что был с ним рядом, он вытащил большое крепкое яблоко и надкусил его, однако на вкус оно показалось деревянным и слишком залежалым. Рафа выплюнул откушенное, а яблоко положил обратно в ящик. Осторожно крадясь вдоль стены, он в темноте добрался до двери. Увидел полоску света, пробивавшуюся из-под нее. Ключа в замке не оказалось. Рафа взялся за металлическую ручку и медленно нажал. Раздался громкий щелчок, дверная задвижка отскочила.

Выйдя из подвала, Рафа увидел перед собой лестницу, десять каменных ступеней, которые вели наверх, к ярко освещенному коридору. Он поднимался, настороженный, останавливаясь на каждой ступеньке и напряженно прислушиваясь. Ему все еще слышен был голос поварихи, которая громко сетовала на свою незадавшуюся жизнь и посылала на голову Демьюрела всяческие проклятия, какие могла изобрести. Поднявшись на верхнюю ступеньку, Рафа увидел, что дубовая дверь в кухню открыта. Запахи варившейся рыбы и капусты наполнили воздух, пар кружился в дверном проеме клубами. Повариха стояла к двери спиной, повернувшись лицом к высокому окну, и мыла посуду в каменной раковине. Это была крупная, поперек себя шире, женщина в темно-синем платье и сером переднике, завязанном сзади тесемками. Рафа проскользнул мимо двери и медленно пошел по коридору. В дальнем его конце он увидел величественную парадную дверь. Над ней от верхней притолоки до самого потолка, высившегося в четырех метрах над головой Рафы, висело зеркало в золотой раме с огромной фигурой ворона, вырезанного в самой раме. Его длинные острые когти впивались в зеркало, а распростертые еще более длинные крылья опущены были вниз, охватывая зеркало с обеих сторон. Рисованные зеленые глаза ворона, казалось, неотрывно устремлены были на Рафу, пока он шел по коридору. Рафа еще раз взглянул на него, не совсем уверенный в том, что ворон не шевельнулся. На мгновение ему показалось: он видел, как птица встряхнула своим опереньем и тут же вновь замерла в прежней позиции. Как знать, вдруг эта громадина камнем рухнет вниз и вцепится в него своими мощными когтистыми лапами?

Рафа продолжал осторожно красться по коридору. Он знал, что в любой момент одна из этих грязных дубовых дверей может отвориться и Демьюрел схватит его. Он напряженно прислушивался, не поворачивается ли тихонько ручка какой-либо двери, не скрипнет ли дощатый пол. Далеко позади он слышал, как жалуется на судьбу повариха и с грохотом швыряет по кухне кастрюли. Наконец он добрался до парадной двери; теперь ворон оказался прямо над ним; раскинув крылья на всю стену под потолком, ворон, склонившись, смотрел на него, словно изготовился к битве. Справа от Рафы был боковой коридор, слева лестница; она вела на верхний этаж, а там, круто повернув, возвращалась, вторым ярусом, вниз. Рафа закрыл глаза и медленно, сознательно задерживая дыхание, сделал глубокий вдох. Постепенно успокаиваясь, он тихо проговорил:

– Риатама, веди меня.

Он открыл глаза и окинул боковой коридор взглядом. Из-под двери напротив волна толстого слоя пыли поднялась вдруг небольшим облачком. Рафа понял, что должен попытаться открыть эту дверь. Взявшись рукой за большой медный засов, он налег на него, и дверь начала отворяться. Ни на миг он не подумал о том, что в комнате кто-то может быть. Он просто знал: ему указан этот путь.

Войдя, он увидел очень большой письменный стол. По полу разбросаны были куски хлеба, на краю стола стоял кувшин с вином и лежало вразброс несколько старинных книг. Огромный застекленный эркер с выцветшими зелеными гардинами царил надо всем. Уже от двери Рафа увидел морской залив и вдали за ним – Бейтаун. Хотя день был светлый, комната была погружена в глубокую тень.

Комната была великолепна, но тем не менее наводила тоску, неприбранная и захламленная ее хозяином. Рафа быстро оглядел ее, но Керувима нигде не было видно. Он искал его в ящиках письменного стола и в большом матросском сундуке, поставленном в нишу камина. Там его тоже не оказалось. Внезапно Рафа услышал шаги – кто-то шел вниз по лестнице. Он понимал: спастись бегством невозможно. И еще послышались шаги с другой стороны, из коридора. Человек твердо ступал по мощным доскам пола, словно вбивая в него каблуки при каждом шаге. Это была решительная, целеустремленная, уверенная походка; шаги быстро приближались. Рафа знал: остались считанные секунды, чтобы успеть спрятаться.

Дверь распахнулась. Демьюрел вошел в комнату и направился прямо к письменному столу. Он сел в кресло, положил свои длинные худощавые ноги на стол и откинулся назад. Плотнее запахнув шелковую сутану, передернул плечами. Тут же появился Бидл и, как послушный пес, стал рядом с хозяином, ожидая приказаний. Его башмаки были покрыты грязью с минувшей ночи, он то и дело беспокойно потирал свои заскорузлые грязные пальцы.

– Ты упустил их, Бидл. Теперь мы даже не узнаем, кто они.

– Или зачем они были здесь, – подхватил Бидл.

– Ну нет. Они приходили за Керувимом. Они хотели украсть моего маленького золотого ангела. – Демьюрел поскреб подбородок и оглядел комнату. – И они попытаются еще раз, так что мы непременно должны узнать, кто они такие и кто послал их. – Он злобно ударил ногой по столу, и лежавшие на нем бумаги разлетелись во все стороны.

– Да только откуда начать поиски-то? Мы ж искали их всю ночь, но они как в воду канули, – говорил Бидл, в то же время пытаясь собрать с пола бумаги.

– Отыскать их будет не слишком трудно. Никто не узнает, что мы храним здесь, если ты не примешься снова болтать. – Приподняв одну бровь, он бросил на Бидла обвиняющий взгляд. – Пьяная болтовня будет стоить тебе жизни. Мы должны защитить свое сокровище, и во имя такого дела можно пожертвовать мелкой сошкой.

Бидл судорожно сглотнул. Он знал, что Демьюрел сдержит слово и, не колеблясь, убьет его, притом самым жестоким способом, какой Бидлу и не вообразить.

– Принеси магическую чашу. Может быть, Пиратеон сумеет направить нас. – Демьюрел сбросил ноги со стола, встал и подвернул рукава.

Бидл подошел к небольшому столику и вынул из ящика черную сумку. Потом достал из нее зеленую китайскую чашу с выгравированными на ней змеями, которые, свившись хвостами вокруг донышка, спиралью подымались вверх. Он поставил чашу на стол. Демьюрел протянул руку к верхнему ящику своего стола, вынул хрустальный сосуд с прозрачной жидкостью и вылил ее в чашу. Потом взглянул на Бидла.

– Кровь, Бидл. Нам нужна кровь.

Бидл беспомощно окинул взглядом комнату, потом испуганно, остекленевшими глазами уставился на Демьюрела.

– Да, твоя кровь, Бидл. Мне нужна твоя кровь. – И Демьюрел знаком велел слуге приблизиться.

– Но ведь у меня ее едва хватает на себя… лишней-то, право, нету… я же совсем иссохну, – взмолился он, чуть-чуть попятившись.

Демьюрел вынул из ящика стола перочинный ножик и повернул его острием к Бидлу.

– Думаешь, мне ведро крови надо? Только капля. Обещаю, это не больно.

Внезапно он рванулся к Бидлу и ловко схватил его. Затем подтащил к столу и, держа его правую руку над чашей, вонзил острый кончик ножа в большой палец. Выдавив две крупные капли, он лезвием ножа разболтал их в воде. Ошеломленный Бидл отскочил от стола и заухал как сова. Он сунул палец в рот и стал сосать его, похожий на большого толстого младенца.

– Ну-ну, приятель, подойди и погляди в воду.

– Вы обманули меня! Мне больно! И вы из меня выдавили всю мою кровь, – прошамкал он, с пальцем во рту.

Демьюрел протянул ладони над водоворотом в чаше. Закрыв глаза, он заговорил голосом, совсем не похожим на его собственный:

18
{"b":"27486","o":1}