ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Хочешь, чтобы тебя хвалил человек, который за один час трижды тебя обругает? хочешь нравиться тому, кто сам себе не нравится?[1427]

Люди рождены друг для друга. Значит, переучивай или переноси.[1428]

Либо боги ничего не могут, либо могут. Если не могут, зачем молишься? А если могут, почему бы не помолиться лучше о том, чтобы не бояться ничего такого, ни к чему такому не вожделеть и ни о чем таком не печалиться?[1429]

Погрешающий погрешает против себя; несправедливый, делая себя злым, делает себе зло.[1430]

Когда тебя возмутит чье-то бесстыдство, тотчас же спроси себя: «Возможно ли, чтобы в мире не было людей без стыда?» Нет, невозможно. Не требуй же невозможного.[1431]

Если делаешь добро человеку, чего еще хочешь? мало тебе сделать нечто сообразное со своей природой – еще ты мзды себе ищешь? все равно как глаз требовал бы плату за то, что смотрит, или ноги – за то, что ходят.[1432]

Тот, кто во всем следует разуму, не суетлив и в то же время деятелен, весел и вместе с тем уравновешен.[1433]

Все происходящее ничем не отличается от происходившего ранее и имеющего произойти в будущем. (…) Повсюду одно и то же, только действующие лица другие.[1434]

Нет такого счастливца, чтобы по смерти его не стояли рядом люди, которым приятна случившаяся беда. Был он положителен, мудр – так разве не найдется кто-нибудь, кто про себя скажет: «наконец-то отдохну от этого воспитателя. Он, правда, никому не досаждал, но я-то чувствовал, что втайне он нас осуждает».[1435]

Презирающие друг друга – друг другу угождают, а желающие превзойти друг друга – пресмыкаются друг перед другом.[1436]

Я часто дивился тому, что каждый, любя себя больше других, в то же время своему убеждению о себе придает меньшее значение, нежели убеждению других (…) Мы более стесняемся своих ближних – что-то они подумают о нас, – нежели самих себя.[1437]

Ни на богов нельзя сетовать (они-то не погрешают ни вольно, ни невольно), ни на людей (эти не иначе, как невольно). Сетовать, выходит, не на кого.[1438]

Не все же разглагольствовать о том, каким должен быть человек, пора и стать им.

Люди рождены, чтобы помогать друг другу, как рука помогает руке, нога ноге и верхняя челюсть – нижней.

Не все ли равно, если твоя жизнь будет продолжаться триста или даже три тысячи лет? Ведь живешь только в настоящем мгновении и, кто бы ты ни был, утрачиваешь только настоящий миг. Нельзя отнять ни нашего прошлого, потому что его уже нет, ни будущего, потому что мы его еще не имеем.

Если бы ты хотел этого, ты не можешь отделить свою жизнь от человечества. Ты живешь в нем, им и для него. Мы все сотворены для взаимодействия, как ноги, руки, глаза.

Приставлять одно доброе дело к другому так плотно, чтобы между ними не оставалось ни малейшего промежутка, – вот что я называю наслаждаться жизнью.

Ни один человек не счастлив, пока он не считает себя счастливым.

Задача жизни не в том, чтобы быть на стороне большинства, а в том, чтобы жить согласно с внутренним, сознаваемым тобою законом.

Терпит вред тот, кто упорствует в заблуждении и невежестве.

Не довольствуйся поверхностным взглядом. От тебя не должны ускользнуть ни своеобразие каждой вещи, ни ее достоинство.

Несправедливость не всегда связана с каким-нибудь действием; часто она состоит именно в бездействии.

Не делай того, что осуждает твоя совесть, и не говори того, что не согласно с правдой. Соблюдай это самое важное, и ты выполнишь всю задачу своей жизни.

Во-первых, не делай ничего без причины и цели. Во-вторых, не делай ничего, что бы не клонилось на пользу обществу.

Помни, что изменить свое мнение и следовать тому, что исправляет твою ошибку, более соответствует свободе, чем настойчивость в своей ошибке.

Человека хорошего, благожелательного и искреннего можно узнать и по его глазам.

Настоящий способ мстить врагу – это не походить на него.

Если кто меня оскорбил – это его дело, такова его наклонность, таков его нрав; у меня свой нрав, такой, какой мне дан от природы, и я останусь в своих поступках верен своей природе.

Совершенство нравов состоит в том, чтобы проводить каждый день так, как если б он должен был быть последним, без тревоги, без трусости, без притворства.

Измени отношение к вещам, которые тебя беспокоят, и ты будешь от них в безопасности.

Самый презренный вид малодушия – это жалость к самому себе.

Если бы ты ведал, из какого источника текут людские суждения и интересы, то перестал бы домогаться одобрения и похвалы людей.

Пусть дела твои будут такими, какими ты хотел бы их вспомнить на склоне жизни.

Если что-либо тебе не по силам, то не решай еще, что оно вообще невозможно для человека. Но если что-нибудь возможно для человека и свойственно ему, то считай, что оно доступно и тебе.

Для меня, как Антонина, град и отечество – Рим, как человека – мир. И только полезное этим двум градам есть благо для меня.

Боги или безвластны, или же властны. Если они безвластны, то зачем ты молишься им? Если же они властны, то не лучше ли молиться о том, чтобы не бояться ничего, не желать ничего, не огорчаться ничем, нежели о наличности или отсутствии чего-либо?

Без соображения с божественным не сделаешь хорошо ничего человеческого, и наоборот.

Чем больше человек любит самого себя, тем больше он зависит от чужого мнения.

Марк Теренций Варрон

(116—27 гг. до н.э.)

ученый и писатель

В жене пороки или исправь, или терпи: исправишь – жена твоя будет лучше, а стерпишь – лучше будешь сам.[1439]

Такого и больному ведь не взбредится,

Чего б уже не молвили философы.[1440]

вернуться

1427

«Размышления», VIII, 53

вернуться

1428

«Размышления», VIII, 59

вернуться

1429

«Размышления», IX, 40

вернуться

1430

«Размышления», IX, 4

вернуться

1431

«Размышления», IX, 42

вернуться

1432

«Размышления», IX, 42

вернуться

1433

«Размышления», X, 12

вернуться

1434

«Размышления», X, 27

вернуться

1435

«Размышления», X, 36

вернуться

1436

«Размышления», XI, 14

вернуться

1437

«Размышления», XII, 4

вернуться

1438

«Размышления», XII, 12

вернуться

1439

«Менипповы сатиры», фрагм. 83

вернуться

1440

«Менипповы сатиры», фрагм. 122

62
{"b":"275","o":1}