ЛитМир - Электронная Библиотека

День спас молодой Хонда. Он повел свои войска против Санада и вместе с перестроившимися воинами Этидзэн сумел оттеснить его к Тэннодзи. Санада был измотан и присел на походный стул, чтобы прийти в себя. Самурай по имени Нисио Нидзэмон заметил его, но Санада слишком устал, чтобы принять вызов. Он просто представился и снял шлем. Вскоре Нисио ушел с головой храбрейшего из храбрых.

Быстро разлетевшаяся новость о смерти Санада воодушевила Восточную армию, к тому же стало очевидно, что подозрительные передвижения Асано были всего лишь неуклюжей попыткой послать подкрепления. Хидэтада отделил Ии и Тодо от правого крыла и послал их поддержать главные силы, которые теперь стали теснить войско Осака назад к замку. Солдаты Тодо испытали на себе превратности войны, когда под ними взорвалась подземная мина.

Как только Хидэтада отправил отряды Ии и Тодо, он лихорадочно начал давать им сигналы, чтобы они вернулись, ибо Ода использовал свое положение в центре, чтобы бросить против Хидэтада своих самураев. Маэда на правом фланге тоже был призван на помощь, но не двинулся. Вновь заподозрили предательство, однако бездействие Маэда, как оказалось, было вызвано тем, что его солдаты еще не кончили обедать. Увидев, что войска Осака двигаются против армии «господина», Ии Наотака развернулся и поспешил на выручку. Солдаты Осака были хорошо обеспечены аркебузами, они застрелили двух знаменосцев Ии, которые несли его красное знамя и «штандарт-мухоловку». Люди Ии были оттеснены к дивизии Хидэтада, и все пришло в смятение. Хидэтада сам бросился в гущу сражения, но два офицера схватили его коня под уздцы и вернули его обратно, а тем временем Като Ёсиаки и Хонда Масанобу сумели навести некоторый порядок в рядах. Солдаты Маэда, должным образом подкрепившись, теперь сражались с Оно, который отошел слишком далеко от стен замка. Датэ Масамунэ тем временем разделался на своем фланге с очередным «предательством», пристрелив самурая, который, как оказалось, слишком устал, чтобы двигаться. Если бы внезапная атака армии Осака шла по плану, она, вероятно, удалась бы, но Акаси перехватили по дороге, а Хидэёри еще не появлялся. К тому моменту, когда он появился у ворот, было уже поздно. Превосходящие силы Восточной армии теснили гарнизон Осака к стенам.

Последующие действия этой драмы запутаны. Восточная армия проникла в замок и вступила в яростную рукопашную схватку с внутренним гарнизоном. Мидзуно Кацусигэ из Восточной армии установил свой штандарт напротив ворот Сакура, южных ворот внутренней крепости. Вскоре и она пала. Восточная армия устремилась внутрь, а гражданские и прислуга в страхе бежали. Хидэёри отступил в цитадель, где Иэясу велел Ии Наотака его стеречь. Ии понял этот приказ по-своему и стал обстреливать цитадель из орудий. Пламя уже поднималось в нескольких концах замка; первый пожар, говорят, устроил повар Хидэёри. К пяти вечера весь замок оказался в руках Иэясу, а Хидэёри был заперт в цитадели. Ии Наотака продолжал обстреливать ее всю ночь, и к утру Хидэёри понял, что ему не будет пощады. Вскоре над цитаделью поднялось пламя. Хидэёри и Ёдогими покончили с собой среди огня, и цитадель могучей крепости Хидэёси стала погребальным костром семьи Тоётоми.

Пока пепел остывал, пришло возмездие. Никакие восстания в будущем не должны были нарушать правление Токугава Иэясу. Поэтому восьмилетний сын Хидэёри был обез-главлен. Он был последним из Тоётоми. Тосокабэ тоже обезглавили вместе с таким количеством ронинов, что их головы были выставлены вдоль всей дороги от Киото до Фусими.

Читатель, вероятно, не мог не заметить снижения боевых качеств самураев Токугава. Прошло сорок лет со времен Миката-га-хара, и самураи под Осака принадлежали совсем иному поколению чем те, которые сражались с Сингэном. Самураи Токугава перестали быть маленьким храбрым кланом, боровшимся за свое существование. Они превратились в армию сёгуната Токугава, армию правительства. Ронины в Осака, напротив, отчаянно дрались за свою жизнь, героизм проявлялся главным образом с их стороны. Санада Юкимура достоин встать в один ряд с благороднейшими из самураев.

Лишь одно не изменилось на стороне Токугава. Токугава Иэясу участвовал в своем первом сражении, когда ему было семнадцать лет, в двадцать семь он прикрывал отступление Нобунага из Этидзэн. Теперь, в семьдесят четыре, он все еще был настоящим, хотя и зловещим, героем. Падение Осака завершило военную часть великого замысла Токугава, но Иэясу не довелось долго наслаждаться своим триумфом. Следующей весной его подкосила болезнь – как считают, рак желудка. Благодаря активной жизни он сохранял удивительное для того времени здоровье. Он еще размахивал мечом на смертном ложе, но через несколько дней все же отправился в Павильон Белой Яшмы. Не было ни восстаний, ни мятежей. Бремя власти спокойно перешло на могучие плечи Хидэтада, а Иэясу похоронили в самой великолепной гробнице в мире, в храме Никко, одном из чудес Японии. Его обожествили и поклонялись ему как Тосё-гу, солнечному богу Востока. Едва ли он мог просить большего.

90
{"b":"27536","o":1}