ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В ней проснулась обостренная чувственность. Ноги стали ватными, перед глазами поплыли круги. Она отступила на шаг и прошептала:

— Он часто лает без повода.

— Но не сейчас. Я выйду и посмотрю…

— Нет, не надо. — Почему-то ей стало безумно страшно, что этот человек уйдет и навсегда раствориться в темноте. — Джейк уже успокоился. Что бы там ни было, теперь все в порядке. — Чувствуя, что Дерек колеблется, она добавила:

— Мы проверим завтра утром.

Но Дереку, видимо, не терпелось отправиться на поиски неизвестной опасности. Сейчас он походил на хищника, выжидающего добычу, — напряженного, неподвижно застывшего в ожидании малейшего шороха.

— Мне кажется, мы можем лечь спать, — настаивала Джентиана.

Порыв ветра пробежал по верхушкам сосен, заставляя стекла задрожать в оконных рамах. Джентиана уже сделала первый шаг с террасы, но неожиданный резкий звук заставил ее остановиться. Он походил на крик, но крик — странный. Ни человек, ни зверь не могли его произвести. Затем послышался угрожающий треск.

Джейк заметался по террасе, а молодая женщина рванулась на улицу. Но Дерек пресек ее действия одним движением руки.

— Стой здесь! — приказал он. — Это похоже на скрип дерева. Снаружи сейчас слишком опасно.

— Дерево? — Она удивленно округлила глаза.

Но Джейк, похоже, не счел это предположение таким уж безумным. Пес замолчал, одобрительно глядя на мужчину.

В наступившей тишине Джентиана мысленно представила расположение своего дома и прошептала:

— Наверное, это старая груша. Я уже не раз просила Кевина спилить ее, но для него рыбалка всегда на первом месте.

Дерек ослабил хватку, но так и не отпустил ее.

— Груша? Если она упадет, то заденет крышу?

— Нет, не должна. — Не дай Бог ему в голову придет идея проверить! Дождь на улице забарабанил сильнее, монотонный, угрожающий рокот моря напоминал о шторме. — Дерево нависает над дорожкой, но до дома не достает. Я не собираюсь выходить на улицу в такую погоду и тебе не советую.

Желая поскорее оказаться в спальне, Джентиана резко повернулась и, чтобы удержать равновесие, протянула руку, собираясь опереться о стену. Но вместо холодных досок ладонь ее коснулась горячей груди Дерека. Она почувствовала, как мышцы его напряглись, и с восторгом прислушалась к собственным ощущениям.

Уходи отсюда! — приказала себе молодая женщина, но страсть захватила ее с головой, она больше не повиновалась рассудку. Именно эти мгновения она будет вспоминать, когда Дерек, отчаявшись узнать правду, навсегда исчезнет из ее жизни. Сейчас мы с ним в одинаковом положении невольные узники собственного желания.

— Дерек, — шепнула Джентиана, растворяясь в волшебном чувстве наслаждения.

— Что? — спросил он, хотя и так все понял. Грудь его тяжело вздымалась и опадала, дыхание участилось. Джентиана старалась запомнить каждую секунду, прочувствовать до конца каждое мгновение, ведь именно этого она ждала долгие недели, изнывая от тоски и отчаяния.

Молодая женщина вздохнула, сдаваясь окончательно. Она подошла к нему вплотную и коснулась языком его шеи, пробуя на вкус и вспоминая старые ощущения. Если бы на террасе горел свет, она бы ни за что не решилась на такое, но темнота воодушевляла на самые искусные и изощренные ласки.

— Ничто не имеет значения, — прошептала она, почти касаясь губами его рта. И Господь свидетель, так оно и было.

Дерек сдавленно застонал и приник к ее губам. Конечно, он понимал, что Джентиана хочет его отвлечь, замутить рассудок, но не ответить на ее страстный призыв было выше сил человеческих. И он обхватил жадными руками ее стройное, гибкое тело, такое желанное и манящее. Тонкая ночная рубашка служила слабой защитой от возбужденной мужской плоти. Впрочем, Джентиана, наоборот, стремясь слиться с ним, прижималась все крепче.

Дерек с трудом оторвался от колдовских губ и стал покрывать поцелуями нежную шею, окончательно сходя с ума от исторгающихся из ее груди томных вздохов. Ни одной другой женщине не удавалось зажечь его так быстро. Черт, зачем именно она виновата в смерти брата и в болезни матери?!

Дерек вспомнил свои же собственные слова: «Скажи мне, что произошло с Эдди, иначе он всегда будет стоять между нами». Тогда он почти достиг цели. В глазах ее светилось нечто похожее на надежду, будто ей самой хотелось избавиться от тяжелого груза на совести, но через секунду с ее губ сорвался привычный ответ.

Неужели она думает, что, обольстив, сможет убедить его отказаться от поиска правды и заняться другим, более приятным делом?

Если бы только ее кожа не была такой сладкой, словно вино с медом, губы такими горячими и зовущими, как костер зимой, он бы оттолкнул ее. Но Дереку пришлось признать, что он по-прежнему хочет эту женщину, что еще не насытился ею, что она по-прежнему царит в его снах и мечтах.

Что ж, тогда остается играть по ее правилам. Секс без любви — не в первый и не в последний раз, — от него тоже можно получить удовольствие.

Он провел рукой по гибкой спине, скользнул на мягкую, округлую грудь, принялся слегка поглаживать набухший сосок сквозь тонкую ткань рубашки. И с рассудочной радостью отметил, как дыхание Джентианы прервалось и затрепетали ресницы.

Первая ночь была окрашена в тона нежности и ласки. Узнав, что он ее первый мужчина, Дерек почувствовал необъяснимый восторг и постарался сдерживать себя. Теперь ему хотелось овладеть ею с неистовой страстью и провести долгие часы, утверждая над ней свою власть. Он должен сделать ее настолько своею, чтобы она уже никогда не могла ни на кого смотреть с вожделением.

И Дерек поцеловал ее — требовательно, с неожиданной жестокостью.

Джентиана застонала — но не от боли, от переполняющего ее наслаждения. Сейчас ей требовалась не нежность, а утоление дикого необузданного желания, и, увидев ее прикушенные в истоме губы, Дерек позабыл о своих коварных планах.

В промежутке между поцелуями он подхватил ее на руки и отнес в гостиную, захлопнув дверь перед носом у Джейка. Он медленно опустил ее на диван и одним быстрым движением сорвал ночную рубашку.

На этот раз любовники предались долгим ласкам. Дерек открывал перед Джентианой ее же собственное тело, беззвучно рассказывая о потаенных секретах, посвящая в таинство для искушенных. Его горячие, умелые и сильные руки превращали прелюдию любовного акта в смесь небесного блаженства и жаркой пучины преисподней — не несущую, однако, освобождения от томительной пытки вожделением.

Наконец с губ Джентианы сорвалась мольба — она звала Дерека по имени, желая разделить с ним восторги. Но тут он отстранился и резко произнес:

— Это не сработает, Джен. Не знаю, как далеко ты хочешь зайти, но я не собираюсь рисковать. Еще не хватало, чтобы ты забеременела. И послушай, сколько бы раз мы ни занимались любовью, я не перестану допытываться, как погиб Эдди.

Рухнув с высот неземного блаженства, молодая женщина окунулась в ледяное озеро унижения и пустоты. Она сжала зубы, чтобы не разрыдаться, и буквально скатилась с дивана.

Дерек не стал ее удерживать, а спокойно улегся на спину, невозмутимо глядя в потолок. Заметив, что она ищет ночную рубашку, он равнодушно пробормотал:

— Она, наверное, упала куда-нибудь на пол. — И отвернулся.

Найдя рубашку, сгорающая со стыда Джентиана в одно мгновение очутилась у двери.

— Доброй ночи, — рассмеявшись, крикнул Дерек, прислушиваясь к ее торопливым шагам.

Джейк встретил хозяйку, как преданный поклонник, но она не впустила его к себе. Свернувшись калачиком в холодной постели и слушая тоскливые завывания ветра, она предалась горестным мыслям.

Сейчас Джентиана ненавидела Дерека. Она готова была его убить и при этом понимала, что любит его. Боже, когда она успела влюбиться? И как это получилось? Он ведь только и делает, что изводит ее постоянными угрозами.

Да, конечно, Дерек спас ее. Но этого недостаточно, чтобы объяснить столь разительную перемену в ее отношении к нему. Пожалуй, невозможно точно определить, когда именно это произошло, ясно только, что сейчас она любит его. На деле все оказалось куда сложнее и горше, чем простое физическое влечение.

23
{"b":"27537","o":1}