ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
ТРИЗ для «чайников». Приемы устранения технических противоречий
Странная страна
«Рим». Мир сериала
Змеиная пустошь. Сокровище змеелова
(Не) муж
Биомеханика. Методы восстановления органов и систем
Редкая птица
Полчаса музыки. Как понять и полюбить классику
Уроки трансфигурации: Суженый в академии

– Объясни, что происходит.

– Элмайра. Одиночная камера.

– Это не Элмайра, – мягко возразила она. – И ты не один.

– Я не могу переносить замкнутое пространство. Я просто не м-могу... – Голос его прервался.

– Мы скоро выберемся отсюда, и все будет хорошо. Увидишь.

– Я чувствую себя так, будто опять сижу в этой ужасной яме. Здесь так тесно, что я не могу двинуться с места. Я как будто в гробу.

– Зак, ты не в Элмайре. Мы с тобой в шахте, вспоминаешь?

Он дышал быстро и прерывисто.

– Без света, без воздуха. Я задыхаюсь, Тесс. Я не могу дышать.

Вдруг ее осенило.

– Зак, – взмолилась она. – Послушай меня. Вдохни глубоко, как можно глубже. Чувствуешь запах?

Зак вздохнул раз, другой.

– Я не чувствую никакого запаха.

– Попробуй еще раз, пожалуйста, – умоляюще сказала Тесс.

Она услышала, как он вдохнул и выдохнул воздух, и молилась, чтобы ее план удался.

– А чем должно пахнуть?

– На секунду мне показалось, что где-то в шахте бродят джавелины, – на ходу придумывала она. – От них остается такой ужасный запах.

Зак слабо засмеялся.

– Думаю, у тебя тоже не все в порядке с головой.

К ее великому облегчению, голос Зака звучал уже спокойнее, увереннее.

– Ты сказал, что это всего лишь нагромождение камней в туннеле, Зак. Нам нужно еще немного продвинуться.

Камни и щебень зашуршали, когда он снова медленно пополз вперед.

– Это напоминает мне игру, в которую я любила играть в детстве, – сказала Тесс, на ходу придумывая эту игру. Она хотела любым способом отвлечь Зака от мыслей об одиночной камере. – Каждый год после сбора урожая в городе устраивали праздник. Люди приезжали из всех уголков графства. Лавочники ставили в одну линию пустые бочки, и мы, дети, должны были пролезать сквозь них. Это было состязание. Кто пролезал быстрее всех, получал пакет лимонных леденцов. Представь себе, Зак, что это игра и что ты любишь лимонные леденцы больше всего на свете. А я как будто ползу следом за тобой и готова на все, чтобы выиграть этот пакет леденцов. Тебе нужно двигаться как можно быстрее, чтобы победить. Как ты будешь выглядеть, если тебя обыграет девушка? Двигайся! Быстро, давай! Я тебя догоняю.

Сначала очень осторожно, а потом все увереннее Зак пополз вперед, стремясь вырваться из замкнутого пространства.

– Ни за что не позволю девушке победить меня. Мой брат никогда бы мне этого не простил.

Наконец Тесс услышала, что он выбрался из туннеля на открытое пространство, и почувствовала, как сильные руки вытаскивают ее и обнимают.

– Мы выбрались! – закричал Зак. – Мы на свободе!

Даже в темноте Тесс могла представить себе его торжествующую улыбку.

– Видишь, ты смог это сделать.

– Тесс, теперь ты можешь сказать правду. Такая игра существовала на самом деле?

Тесс теснее прижалась к его надежному теплому телу. Она почти так же, как и Зак, была рада тому, что им удалось выбраться из этого узкого и тесного пространства.

– Нет, – вздохнула она, – но если бы такая игра существовала, то я выиграла бы у тебя. Я очень люблю лимонные леденцы.

– Я это запомню.

Тесс улыбнулась и уткнулась лицом ему в грудь.

– Не возражаешь, если мы немного отдохнем?

Они упали на жесткий земляной пол. Еще когда они занимались любовью в первый раз, Тесс обнаружила, что полная тьма порождает чувство безымянности, снимает все ограничения и дает ощущение полной свободы. Зак мужественно преодолел свои страхи. Теперь наступил ее черед. Тесс знала, что впереди их ждут новые опасности, и лучшей возможности освободиться от гнетущего ее груза у нее не будет. Она расскажет Заку о событиях той далекой ночи в Геттисберге. Поверит он ей или нет, зависит только от него.

– Зак, – неуверенно начала она. – На тот случай, если нам не удастся выбраться отсюда живыми, мне нужно кое-что сказать тебе.

– Мы обязательно выберемся отсюда! – горячо сказал Зак.

– Мне будет спокойнее, если ты сейчас выслушаешь меня. После непродолжительного молчания Зак вздохнул, смирившись с неизбежным.

– Ну хорошо, раз ты настаиваешь.

– Это о том, что случилось в ту ночь, когда тебя арестовали...

– Я не намерен выслушивать очередную ложь, – резко оборвал ее Зак.

Его реакция заставила Тесс отшатнуться. В голосе Зака снова звучали горечь и обида, чего уже давно не было. И это обожгло ее, как кислота. Тесс подавила разочарование и отважилась продолжать:

– Я не лгала, когда сказали, что не сообщала властям о том, где вы с Джедом прячетесь.

– Тогда как же они нас обнаружили, Тесс? Насколько я помню, ты была единственной, кто знал об этом.

В отчаянии она крепко сцепила пальцы рук, лежавших на коленях. Зак не собирался облегчить ей признание, но Тесс не могла больше медлить.

– Я всегда думала, что вы покинули Геттисберг, чтобы присоединиться к своей части. И только в ночь после нашей свадьбы я узнала правду.

– Правду о том, что меня отправили гнить в лагере для пленных?

– Да, именно это. Но мне потребовалось время, чтобы собрать затем все по кусочкам. – Она до боли сжала пальцы. – Я знала, что вы собираетесь уйти, и мне хотелось провести с вами все последние минуты. Даже маленькой девочкой я... я любила тебя.

– Ну, Тесс, зачем сейчас говорить об этом? – Голос Зака был не сердитым, а скорее усталым. – Может быть, лучше не ворошить прошлое, а оставить все так, как есть?

Но Тесс не могла согласиться с этим. Раз она начала, то не отступит.

– Когда ты упомянул о шерифе Эрле Джонсоне, я кое-что вспомнила. Я вспомнила, что весь день не могла дождаться, когда снова увижу тебя, и решила отправиться в сарай, как будто мне нужно там что-то сделать, но вместо этого мне пришлось выполнять поручение матери. Она велела мне отнести яйца соседям. Вручила запечатанную записку и приказала дождаться ответа.

– Не понимаю, какое отношение это имеет...

– Этими соседями были шериф с женой, – не дослушав Зака, продолжала Тесс.

Зак недоверчиво фыркнул.

– Ты хочешь сказать, что виновата твоя мать?

– Я тоже сначала не хотела в это верить. Уверяла себя, что это простое совпадение. Что она не могла так поступить. Что она не могла знать, где вы прячетесь.

95
{"b":"27541","o":1}