ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Макияж
Дни одиночества
Спроси меня как. Быть любимой, счастливой, красивой, богатой собой
Жизнь Пи
Главная книга «Вожака стаи». 98 главных правил поведения для хорошего хозяина
Змей-соблазнитель
Homo Deus. Краткая история будущего
Тайные виды на гору Фудзи
Особое условие

— Ох, черт! Моя колбаска остыла. Болкан!

Трактирщик поспешил на зов.

— Твой хозяин всегда такой? — шепотом спросил Мавр у Криспа.

— Пожалуй, что да, — так же шепотом ответил Крисп.

— Даже не знаю, хочу ли я увидеть столицу настолько, чтобы работать у него. — Но это была шутка. Мавр снова заговорил в полный голос:

— Сейчас я поеду домой, но в город буду наведываться часто. А если меня не будет, пришлите ко мне посыльного, и я тут же прискачу. — Еще раз поклонившись Яковизию, Мавр удалился.

— Так ты якшаешься с молодыми аристократами, да, Крисп? — спросил Яковизий, набив рот свежей дымящейся колбаской. — Я гляжу, ты навострился выбирать себе друзей из высшего общества.

— Не проведи я эти последние месяцы с вами, высокочтимый господин, я бы представления не имел, как с ним обращаться, — ответил Крисп. Лесть, бывшая одновременно правдой, как он давно понял, действовала лучше всего.

И подействовала теперь. Взор Яковизия утратил пронзительность, свойственную ему, когда он начинал кого-то в чем-то подозревать.

— Хр-м-п, — сказал он и вновь принялся за завтрак.

* * *

Три дня спустя Мавр привез Криспу еще одно приглашение на ужин.

Крисп вышел в город и купил себе новую рубашку, шафранно-желтую, подходившую к его смуглой коже. Заплатив за нее, он почувствал себя как-то странно. Впервые в жизни он купил рубашку просто так, чтобы надеть что-нибудь новенькое.

Восхищенный взгляд Танилиды тем же вечером оправдал затраты на покупку. Она и сама была достойна восхищения в своем белом льняном платье, подчеркивавшем осиную талию. На ее запястьях и шее сверкало золото.

— Рада тебя видеть, как всегда, — сказала она, протягивая руку.

Крисп пожал ее:

— Благодарю вас, моя… Танилида.

Он оговорился чисто случайно, но заметил, как она опустила глаза, услыхав два последних слова. Может, его надежды в прошлый раз были, в конце концов, не так уж и глупы.

Но если и так, Танилида за ужином ни намеком не дала этого понять. Она вообще говорила мало. Зато Мавр болтал без умолку, в восторге от предстоящей поездки на запад, в город Видесс.

— Когда мы едем? — спрашивал он. — Ты не в курсе? Как продвигаются переговоры Яковизия с хатришем?

— Лучше, по-моему, — сказал Крисп. — Он почти не ругается, когда возвращается из резиденции эпарха. При его характере это хороший признак.

— Тогда я начну собирать вещи.

— Давай, только не упаковывай ничего, что может понадобиться тебе до отъезда. Яковизий уже ходил довольный несколько недель назад, а потом все опять пошло прахом. — Крисп проглотил последний и явно лишний кусок черничного пирога и повернулся к Танилиде:

— Вот было бы славно, если б ваш повар поехал вместе со мной и вашим сыном. Мне кажется, я никогда так хорошо не едал.

— Я передам Евтихию твои слова, — улыбнулась Танилида. — Твоя похвала польстит ему больше наших — ведь ты не обязан говорить ему приятные вещи из вежливости.

Вообще-то Крисп ни о чем таком не думал. Ему были знакомы только слуги из дома Яковизия, к которым он сам принадлежал. Однако Яковизий никогда не говорил никому приятных вещей из вежливости.

Чтобы держать челядь в повиновении, он пользовался острым концом своего языка, а не гладкой его частью.

— Евтихия я все-таки оставлю у себя, Крисп, но я дам тебе кое-что с собой, чтобы помочь нашим надеждам сбыться. Когда вы с Мавром отправитесь в столицу империи, я дам вам золото.

— Моя госпожа! — На сей раз Крисп умышленно прибегнул к такому обращению, не называя Танилиду по имени. — Даже если Мавр будет со мной в Видессе, кто сможет помешать мне потратить золото на женщин и вино?

— Ты. — Танилида уставилась на него в упор. Ее огромные темные глазищи впились в его глаза; у Криспа возникло неловкое чувство, что она способна заглянуть в него глубже, чем он сам. Теперь пришел его черед потупиться первому.

Мавр встал.

— Я пошел. Если мы скоро поедем, мне надо кое с кем попрощаться.

Танилида проводила его взглядом.

— Так что ты говорил о женщинах и вине? — спросила она Криспа. — Полагаю, его прощания будут в основном именно такого рода.

— Он входит в мужской возраст и познает мужские удовольствия, — ответил Крисп с высоты своих солидных двадцати двух лет.

— Верно. — Голос у Танилиды был задумчив. Глаза ее опять встретились с Крисповыми, но она смотрела скорее сквозь него, в свое прошлое. — Мужчина. Как странно. Мне было примерно столько же, сколько ему сейчас, когда я его родила.

— Наверняка меньше, — сказал Крисп.

Она рассмеялась, без особого веселья, но и без горечи.

— Ты галантен, но я веду счет годам. Они — часть меня, зачем мне от них отрекаться?

Вместо ответа Крисп, задумавшись, отхлебнул из чаши вина. Он сделал ошибку, нарушив правило лести, которое применял к Яковизию. С такой женщиной, как Танилида, ошибок допускать нельзя.

Чуть погодя Крисп встал со словами:

— Спасибо вам еще раз за то, что пригласили сюда, и за обещанную помощь, и за этот второй восхитительный пир.

— Вообще-то, если твой хозяин не станет слишком сильно сердиться, я с удовольствием предложу тебе остаться до утра, — сказала Танилида. — Возвращение верхом в Опсикион во тьме будет вдвое длиннее, а в горах бесчинствуют разбойники, как мы ни стараемся их приструнить.

— Яковизий, по-моему, сердится почти всегда. Слишком сильно? — Крисп пожал плечами. — Надеюсь, мне удастся его уломать. Благодарю еще раз.

Танилида позвала Ксиста. Слуга проводил Криспа в ту же гостевую комнату, что и в прошлый раз. Мягкая кровать манила к себе.

Крисп разделся, скользнул под легкое одеяло, которого было вполне достаточно в теплую летнюю ночь, и мгновенно уснул.

Спал он всегда беспробудным сном — наследие многих лет, когда приходилось ложиться каждую ночь таким усталым, что его могло разбудить одно лишь землетрясения. То, что в комнате он не один, Крисп почувствовал только тогда, когда кровать прогнулась под тяжестью чужого тела.

Он дернулся и сел.

— Что за… — начал он спросонья.

Даже маленького мерцающего огонька в руках Танилиды хватило, чтобы ослепить его припухшие со сна глаза. Тайная полуулыбка играла в уголках ее губ.

— Извини, — сказала она. — Я не хотела тебя пугать.

— Все… нормально, — ответил он через минуту, окончательно проснувшись. Все еще не уверенный в мотивах ее прихода — и не смея ошибиться, так как ошибка могла стоить ему головы, — Крисп натянул на себя простыню повыше.

Тайная улыбка сделалась явной.

— Ты осторожен, это правильно. Но не смущайся. — Тут ее выражение изменилось. — Что за монета у тебя на шее? — спросила она с неожиданным и острым интересом.

— Эта? — Крисп накрыл золотой ладонью. — Да так, просто на счастье.

— А мне кажется, не просто, — сказала Танилида. — Пожалуйста, если не трудно, расскажи, как она к тебе попала.

Крисп рассказал ей, как в детстве Омуртаг дал ему монету на церемонии выкупа. Глаза Танилиды горели в свете лампы, пока она внимала рассказу. Когда он решил, что закончил, она начала выспрашивать у нее подробности не менее придирчиво, чем Яковизий допрашивал Мавра о лошадях.

Побуждаемый Танилидой, он припомнил такие детали, о которых давно и думать забыл. К примеру, выражение лица кубратского энарея. Но чем больше он отвечал, тем больше исполнялся мрачной уверенности в том, что Танилида запамятовала, зачем сюда пришла.

«Плохо дело», — подумал он. В мягких отсветах лампы она выглядела особенно чарующе.

Но ей явно было безразлично то, что оба они сидят на одной кровати.

— Неудивительно, что мне явилось то видение. Семена твоего возможного будущего были посеяны давно — и наконец проросли на свет.

Крисп пожал плечами. В данный момент его не волновало туманное будущее. Он был поглощен мыслями о том, чем ему хотелось заняться в настоящем.

— Хотя… ты еще слишком молод, и подобные вещи тебя не волнуют, — сказала Танилида. Крисп сглотнул, гадая, уж не читает ли она его мысли. А потом увидел, что она смотрит вниз на тонкое одеяло, которое достаточно ясно выдавало его желания. Он почувствовал, что краснеет, но Танилида снова улыбнулась. — Вполне нормальное явление, — заметила она и задула лампу.

35
{"b":"27561","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мертвая долина. Том первый
Свекла лечит. Укрепляем и очищаем организм
Брат мой Волк
Морковку нож не берет
Человек, стрелявший ядом. История одного шпиона времен холодной войны
Геометрия моих чувств
Тренируй свою память. Японская система сохранения здоровья мозга
Падение Авелора
Сокол и Ласточка