ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Смотри-ка, какая у нас тут миленькая крошка, – прошептал он.

При этом звуке птица пиллаун, спящая на ветке высоко над головой Ривен, затрепетала крыльями и тревожно закричала, предупреждая об опасности. Но было слишком поздно. Тьюрлип, проворный, как мангуста, уже выскользнул из тени и вцепился девушке в голую лодыжку.

Ривен мгновенно открыла глаза и в ужасе увидела прямо перед собой страшного человека с гнилыми зубами.

– Смотри-ка, еще красивей, чем когда спит. И сейчас эта милашка моя! – Тьюрлип загоготал и своей грязной лапищей стал щупать гладкую, как атлас икру Ривен.

– Убери свои руки! – закричала Ривен, пытаясь вырваться из его отвратительных лап.

Тьюрлип лишь еще шире оскалился:

– Хватит рыпаться, барышня. Кроме тебя и меня, здесь никого нет, и никто не услышит твоих воплей.

Однако, привыкнув к молчанию за долгие годы уединенной жизни в лесу с Грис, Ривен и не собиралась визжать. И вскоре Тьюрлип обнаружил, что вместо милой киски он поймал дикую кошку, гибкую и сильную. Одной рукой она сильно размахнулась и ударила его по уху. Он невольно ослабил хватку, и Ривен, ухватившись за эту возможность, сделала отчаянный рывок к своей дорожной сумке, где у нее лежал перочинный нож.

Но вор быстро очухался, бросился за девушкой и вцепился ей в горло. Почти одновременно птица пиллаун, как разгневанная фурия, камнем упала с небес и вонзила свои острые, как лезвие, когти в его затылок.

– А-а-ай-й-й… – завопил он, выпустив из рук Ривен и пытался увернуться от крылатого мучителя, терзавшего его плоть.

Вместо того чтобы скорее убежать, как, по мнению Тьюрлипа, поступила бы всякая уважающая себя девушка, Ривен вскочила, схватила свою сумку и вытащила оттуда ножик.

– Выклюй ему глаза! – крикнула она Сэл, своей верной пиллаун, в то время как сама все наступала и наступала на негодяя.

– Ай-яй-яй… Хватит, хватит! – гораздо громче заорал вор.

Он метнулся в заросли деревьев, стараясь избавиться от девушки и ее мстительной пиллаун, все еще цепко державшей и в остервенении клевавшей его загривок.

Наконец Сэл отпустила Тьюрлипа, который бросился наутек, и вернулась к своей хозяйке. Ривен ощутила, как мелодичный голос ее подруги несколько возбужденно раздался у нее в голове:

– С тобой все в порядке?

– Все хорошо. – Ривен стряхнула комья грязи и ветки, приставшие к строгому, шерстяному платью, и пригладила рукой свои длинные, темные волосы. – А как ты?

– Теперь, когда во рту нет вкуса этого мерзкого типа, я чувствую себя прекрасно, – ответила Сэл.

При этих словах птица, уже устроившаяся на плече у Ривен, щелкнула золотым клювом в знак отвращения.

Ривен рассмеялась:

– Ну не противнее же он тех червяков, которых ты иногда клюешь?

– О-о-о… гораздо хуже! По сравнению с ним – червяки это лакомство.

Ривен погладила Сэл по ее мягкой, покрытой пухом голове и с улыбкой заглянула в глаза, похожие на виноградины.

– Да, убежать было довольно трудно. Спасибо тебе, Сэл. Ты самая лучшая пиллаун на свете.

Сэл ласково потерлась головой о щеку своей хозяйки.

– Кажется, лучше нам побыстрее убраться отсюда, пока этот гадкий тип не решил вернуться назад.

– Ты права. Пойдем.

Сэл взлетела и стала кружиться над Ривен, а девушка подняла дорожную сумку и возобновила свой нелегкий путь. Она брела, продираясь сквозь заросли деревьев, и от долгой ходьбы ее ноги были стерты в кровь. Странствуя по стране, Ривен много думала об этом путешествии: оно оказалось намного длиннее, чем она могла когда-нибудь представить себе, и требовало от нее определенного знания жизни. Девушка открыла для себя, что, прожив долгие годы в уединении, когда лишь Грис, Сэл да лесные звери были ее друзьями, она не была подготовлена к жизни в мире, находящимся за горами.

Она шла и размышляла о деревнях, лежавших на ее пути, о работающих в поле мужчинах и женщинах, которых она видела, о группах путников, идущих по дороге. Большинство из тех, с кем она встречалась, были на удивление добры к ней. Чувствуя что-то необычное в этой изящной, тихой, скромно одетой девушке, они предлагали ей пищу и кров. Однако не все были так приветливы. Однажды, еще раньше, в одном глухом месте она попала в западню. Как и сейчас, Сэл пришла на помощь и спасла ее.

Ривен с благодарностью посмотрела на летящую в утреннем небе пиллаун. Высоко-высоко, она перелетала с дерева на дерево, как маленькое белое облачко.

«Как бы мне было одиноко и страшно в этом бесконечном странствии, не будь рядом со мной верной птицы», – думала девушка, вспомнив, как настойчиво требовала Сэл отправиться в путь вместе с ней.

Утро незаметно перешло в полдень, и тени вытянулись. Время от времени Ривен останавливалась, чтобы сорвать ягоды, и с неприязнью думала, что пора уже ловить очередную рыбу себе на ужин. По крайней мере здесь, в лесах, эта возможность всегда была предоставлена ей. А что будет она делать, чтобы прокормиться, когда подойдет к Джедестрому, спрашивала она себя. С каждым днем, приближающим ее к королевской столице, девушка все больше нервничала. Она никогда не видела города и даже не представляла себе, будут ли там расти деревья и течь реки? Невзирая ни на что, ей было намечено судьбой прийти в Джедестром и найти Броуна, при всем при этом явиться в город с уже готовым планом того, как возвратить камень, который он отнял при помощи такого жестокого обмана.

Тут с высоты слетела Сэл. Она издала короткую трель, предупреждая об опасности, и повела Ривен за собой в сторону кленовой рощицы.

Беспокойно озираясь, девушка осторожно последовала за ней. Вдруг она услышала фырканье пасущейся лошади. Как олень, учуявший охотника, Ривен застыла на месте. Все ее чувства были напряжены до предела. Тем временем Сэл, полетевшая на разведку, неслышно скрылась в листве. Когда птица вернулась, ее голос шепотом отозвался в голове Ривен: «Хозяин лошади спит в траве. Пойди посмотри, выглядит достаточно безопасным».

Когда Ривен увидела спящего мальчика, ее внутреннее напряжение исчезло. Сэл была права: этот юноша с длинными прямыми волосами и россыпью веснушек казался безопасным. Потом она разглядела повязку на руке, которую ее научили узнавать в одной деревне. Это был королевский гонец.

Первым ее побуждением было убежать, но, сделав шаг назад, она передумала. А вдруг эта случайная встреча послана ей счастливой судьбой? Бросив многозначительный взгляд на Сэл, Ривен шагнула вперед. После минутного колебания она села скрестив ноги на траву перед ним и принялась настраиваться на телепатическую связь. Она еще не совсем мастерски владела техникой чтения чужих мыслей: телепатия была не врожденной способностью доуми, но приобретенным искусством, а этому Грис лишь начала учить ее. Проникнуть в мозг бодрствующего человека Ривен не осмелилась бы, но ее умения хватило бы на то, чтобы узнать ничем не скрытые мысли гонца.

Сконцентрировавшись и закрыв глаза, она приказала своему мозгу принимать мысли крепко спящего мальчика. Под слоем мутных и неопределенных образов сна Ривен без особого труда выделила сильное чувство – желание гонца выполнить миссию, порученную ему королем. «Да, он человек ответственный», – подумала Ривен, исследуя несущийся поток его мысленных образов. Несколькими минутами позже она открыла глаза, посмотрела вверх и ослепительно улыбнулась Сэл, которая сидела на ветке и наблюдала за ней. Потом встала и направилась в сторону ручья, который они только что прошли, чтобы срезать самый хороший тростник для свирели.

* * *

Когда Альбин услышал музыку, ему все еще снились лошади, быстрые кони разных мастей, мчащиеся по морю луговой травы.

Сегодня он уже подумывал о том, что ему, наверное, придется вернуться в Джедестром с пустыми руками. Потому что, хотя он и проехал многие мили, заезжая в каждую деревню на своем пути, ему так и не удалось найти человека, который умел бы играть на свирели так, чтобы понравиться такой требовательной даме, как королева-мать.

4
{"b":"27568","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Манхэттен-Бич
Поколение I
Девушка с деньгами
Тренируй свою память. Японская система сохранения здоровья мозга
Латгальский крест
Жлобология. Откуда берутся деньги и почему не у меня
Темная империя. Книга первая
Закон викинга
44 главы о 4 мужчинах