ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Переглянувшись со стариком, Эскобар молча притянул пленнику свиток.

— Королевские? — Тот тщательно осмотрел печати и адресацию. — Вот, значит, куда вы взывали о помощи. Неглупо... хотя и безнадежно.

— Ознакомьтесь, сударь, для начала с текстом, — заметил офицер, откидывая ненароком полу плаща от меча. — Сумеете сами прочесть или кого-нибудь пригласить?

— Справлюсь, — фыркнул граф. — Только вы напрасно ждете, господа, я не вскрою печати при посторонних.

— Что такое? Стесняетесь своих навыков? Или боитесь за страшные тайны? Если заметили, сударь, письмо передал вам я, причем в целости. Следовательно, содержащиеся там секреты меня мало интересуют.

— Думайте, что хотите. — Бику пожал плечами и демонстративно отложил пергамент в сторону. — На самом деле это старая привычка — не читать никаких сообщений на людях. Особенно важные сообщения и особенно в обществе недоброжелателей. Еще отец, мир его праху, учил меня этому, и ныне, полагаю, неподходящий момент что-либо менять.

С минуту продолжалась безмолвная игра нервов. Иигуир был вполне готов оставить пленника в одиночестве, однако вошедший в раж Эскобар казался непреклонным. Наконец, тихо выругавшись, Бику схватил письмо и отвернулся к стене. Гердонезцы следили, как он возится с печатями, затем разворачивает пергамент. То ли у графа действительно имелись затруднения с грамотой, то ли света от распахнутой двери не хватало, только читал он долго, сопя и ерзая на топчане. Отвлекшись болью в спине, старик уловил хищный взгляд Эскобара — лучшего момента для нападения нельзя было бы желать. Один удар рукоятью меча по затылку, и опасный противник отойдет в иной мир, оступившись в своей тесной землянке. Вероятно, лишь заурядное любопытство удерживало сейчас офицера от прыжка.

Напряженное ожидание затягивалось. Похоже, Бику принимался неоднократно перечитывать послание, словно не поверив собственным глазам. Когда он в конце концов развернулся, рука Эскобара сползла с оружия — граф был очень зол. Какое-то время он просидел, глядя в пол, после чего поднял голову:

— Ладно, господа, освобождайте меня. Загостился здесь, пора и в чувство приходить... Еще от стряпни вашей вечное несварение. Коня сберегли?

— Не желаете ли поделиться монаршей волей, сударь? — Эскобар с трудом подавил неуместную в данный момент улыбку.

— К чему? — буркнул хмурый пленник. — Достаточно того, что ваше поселение я больше не трону. Довольны? Прикажите подготовить коня.

— Неужели королю удалось хоть как-то воздействовать на самовластного графа Ле-Менена?

— Выходит, отыскались рычаги. Можно было б, конечно, проявить норов, да вот только не уверен, что случай того достоин. Или я ошибаюсь, господин Иигуир?

Старик спокойно глянул в потемневшее лицо:

— У вас была уйма времени, господин граф, которое вы намеревались посвятить разгадке наших планов. Это оказалось не по силам?

— Ну да, разгадаешь тут, — скривился Бику. — Вы не заходили, меня в лагерь не выпускали, а едва высунешь нос на солнце, как ваши гадкие мальчишки... У вас растут редкостные сорванцы, господа, не замечали?

— К тому и стремимся, — фыркнул Эскобар.

— Значит, дело все-таки в них? Попробую угадать: мечтаете вырастить армию для возвращения в Гердонез. Попал?

Иигуир кивнул:

— Очень близко, сударь. Видите, не столь уж велика тайна, чтобы ввязываться ради нее в неприятности.

— Как знать, — недоверчиво протянул Бику. — Почему же мне и сейчас упорно кажется, будто здесь зреет нечто необычное? Армия-то получается больно скромная, такой и города не отбить. А люди во главе затеи неглупые, если не сказать больше. Стало быть, существует какая-то изюминка, да?

— Позвольте-ка, сударь, мне самому взглянуть на письмо. — Эскобар предпочел изменить тему.

— Зачем? Я же все передал: меня отпустить, вас — оставить в покое.

— Я лишь желаю предельно точно выполнить волю Его Величества короля Орцци. Вы, господин граф, могли что-нибудь напутать или запамятовать. Раз уж мы начали не доверять друг другу на слово, пусть так продолжается и впредь.

Бику сделался еще мрачнее. Определенно, ему до отчаяния не хотелось показывать королевские строки кому бы то ни было, однако на свободу без подобного подтверждения он вправду не попал бы. Мгновение пленник даже колебался, то подавая свиток, то отдергивая назад, то силясь что-то пояснить в напутствие. Наконец, сопровождаемое страдальческим взглядом письмо перекочевало к Эскобару. Тот развернул пергамент к свету. Иигуир тем временем наблюдал, как разбойный граф, заламывая руки, метался в тесном закутке, потом плюхнулся на топчан, пряча лицо во мраке. Старик покачал головой. Похоже, король Валесты не только нашел нужные слова для обуздания строптивца, но и ухитрился превратить само оглашение вердикта в пытку. Дело сознательно обставили так, чтобы с содержанием послания неизбежно ознакомились бы посторонние. Вытаскиванию прошлых грехов или нынешнего позора на всеобщее обозрение надлежало уязвить пленника еще больнее. Вероятно, тут сводились некие давнишние и высокие счеты, беженцев же больше волновало, не наживут ли они себе, таким образом, лютого врага, усмиренного лишь на короткий срок.

— Все правильно, — Эскобар передал документ старику. — Я распоряжусь, сударь, чтоб вас собрали в дорогу незамедлительно.

— Уж будьте так любезны, — буркнули из темного угла.

Говоря по совести, граф Ле-Менен мог бы и не переживать так по поводу обнародования своей переписки. Хотя в послании и приводился внушительный перечень имен с датами, Иигуиру практически все они оказались незнакомы. В целом удалось понять, что, упомянув былые подвиги графа, Его Величество очень прозрачно намекал на готовность положить им предел. Спокойствие лагеря гердонезцев, кстати, не являлось единственным условием отмены наказания, речь шла также о каких-то землях, тяжбах, замках и прочем. Похоже, прошение знаменитого чужестранного гостя попало на подготовленную почву, где его использовали с предельной эффективностью. Хотелось бы еще, чтобы расплачиваться за одержанную победу пришлось не только беженцам.

45
{"b":"27572","o":1}