ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Либо что?! Говори, раз уж начала!

– Ну… ты научишься управлять своим вдохновением. Найдешь область применения для него. И будешь счастлива, гораздо счастливее многих…

Юля задумалась. Тонечка говорила так, словно сама пережила когда-то нечто подобное. А что, наверное, так оно и есть! «Найдешь область применения своему вдохновению…» Например, предсказывать судьбу, заглядывая в будущее! Разве Тонечка не испытывает при этом недоступные большинству ощущения?!

Но у Юли-то нет никакого особого дара. Она случайным образом оказалась в переплетении парапсихических реалий – просто потому, что, не вняв предостережениям, слишком приблизилась к настоящей эсперке!

«Нет, – подумала Юля, – у меня один выход: забыть обо всем. Об этой проклятой дружбе, о предсказаниях, о запретном вдохновении. У меня останется знание психологии, тантрические танцы – разве этого мало? А сдавать экзамены я смогу и без помощи чужого ясновидения…»

* * *

Но начавшаяся учеба придавила Юлю совсем уже невыносимой тоской. Разрыв с Тонечкой тоже переживался болезненно – хотя расстались они спокойно, согласившись, что так действительно будет лучше.

– До встречи в следующей жизни! – пошутила на прощание Тонечка. – Надеюсь, в другом воплощении мы все же узнаем друг друга…

«Как она всегда спокойно говорила о смерти, – не раз думала Юля. – Конечно, она верит в бессмертие души, и ей легко… Но кто знает, не буду ли я счастливее в своем следующем воплощении?..»

Однако сама Юля не могла думать о самоубийстве всерьез – слишком страшным казался такой поступок. Да и как это сделать быстро и безболезненно? Смазать лезвие новокаином и перерезать вены? Отравиться снотворным? Прыгнуть с крыши?..

Во всех этих способах Юлю отвращало одно: унизительный страх последнего шага. Проще говоря, те несколько минут, когда предстоит быть еще живой, но уже приговоренной…

Но судьба, видимо, твердо решила испытать ее на прочность. Удар был неожиданным и оглушающим: в очередной пьесе институтского театра роли для Юли не нашлось…

И если бы дело было в ее способностях или особенностях роли! Так нет же, ее просто отвергли, даже не потрудившись толком объяснить причину. «Ты не подходишь», «ты и так-то еле учишься, чтобы еще тратить время на репетиции», «тут не танцевать надо, а думать и чувствовать»…

Проплакав весь вечер, Юля с беспощадной ясностью поняла, что если удача уходит, то уходит полностью. Она не могла представить себе, как появится завтра на занятиях, как будет выслушивать удивленные вопросы и невыносимо сочувственные утешения. А кое-кто и откровенно обрадуется – тот же Игорь, с некоторых пор он Юлю просто не выносит…

К кому она могла пойти в такой ситуации? Поехать домой? Но родители никогда не относились всерьез к ее театральным увлечениям, не говоря уже о парапсихологии, так что бесполезно искать у них утешение! В общем, Юля поняла, что только одному человеку во всем мире может доверить свою боль…

…Тонечка тоже выглядела не лучшим образом, словно после болезни, и ходила слегка прихрамывая. Юлю она встретила без малейшего удивления, как будто ждала. Молча усадила в кресло, закутала в шерстяной плед, напоила чаем с какой-то душистой травой. И с этими простыми действиями она создала вокруг такое ощущение покоя, что через несколько минут Юля почувствовала, что уйти отсюда она не сможет – да и зачем уходить? Тонечка наверняка знает легкие способы самоубийства… и это избавит Юлю от необходимости просыпаться завтра, вспоминать о пережитом унижении, как-то там еще трепыхаться…

…Тонечка не удивилась просьбе. Она ни о чем не спрашивала – только долго вглядывалась в лицо подруги, словно стараясь увидеть нечто большее, чем даже обычное будущее.

Юля испуганно притихла: происходящее неожиданно обрело жутковатую определенность… и похоже, Тонечка давно знала о таком исходе! Но неужели она всерьез согласится помочь?!

Но Тонечка, похоже, все воспринимала всерьез…

– Ну, что же, – сказала она наконец. – Если ты так решила… Ты ведь окончательно решила, да?

– Да, – словно помимо воли прошептала Юля.

– Тогда я пойду с тобой! – твердо произнесла Тонечка. – Нельзя не признать, что я тоже виновата в случившимся с тобой.

Впервые при Юле она достала из стола пачку сигарет, закурила. Юля тупо смотрела на серые пласты дыма, колышущиеся перед глазами… И какой у Тонечки был ровный зачаровывающий голос!

– Ничего ужасного тут нет, – говорила она негромко, словно бы самой себе. – Чтобы чего-то достичь, надо возвращаться на землю неоднократно… Если хочешь сказать что-то новое, повтори это раз десять, а то решат, что ты просто оговорился… Башмачок Исиды избавляет от боли, только не каждый может его заслужить…

От странных речей кружилась голова, и Юле казалось, что она уже не в этом мире, что ее уже нет – или наоборот, она только сейчас появилась! Тонечкин перстень разливал мерное сияние, от него трудно было оторвать взгляд, и Юля хотела, чтобы все это продолжалось бесконечно…

– В этом мире нужен только фиолетовый цвет, а остальные лишь приводят к нему, приводят и угасают… Но падать всегда больно, и все больнее и больнее с каждым разом… Ты будешь счастлива, если не испугаешься, если не шагнешь назад… Никто никогда ничего не забывает…

Наконец Тонечка замолчала. Тогда Юля, уже совершенно опьяненная, подняла голову, посмотрела ей в глаза – и отшатнулась от увиденного. Жесткий испытующий взгляд, от которого очарование смерти пропало начисто, как не бывало!

– Ты… ты что? – с трудом спросила Юля.

– Ничего, – ответ прозвучал подстать взгляду, – скоро отправимся в другое воплощение!

– А… как это случится?

Тонечка издевательски усмехнулась:

– Здесь включена неисправная ВЧ-печка. Скоро мы задохнемся от электронного газа!

Холодное бешенство окончательно смыло с Юли остатки наваждения. Она вскочила, еще нетвердо держась на ногах, влепила садистке-предсказательнице увесистую пощечину и стремительно выбежала из комнаты…

«Это уже слишком, – крутилось у нее в голове, – так не шутят даже в сумасшедшем доме!»

* * *

Юля не думала больше о самоубийстве: любая, даже самая отдаленная мысль о нем напоминала пережитое ожидание смерти, и как будто снова звучал холодный издевательский голос: «Скоро мы задохнемся от электронного газа!».

Но зачем Тонечка так жестоко подшутила над ней? Зачем?! Неужели настолько презирает? Неужели правду говорят об эсперах – нормальные, мол, люди для них все равно что обезьяны… Да, но ведь Юля чувствовала, что Тонечке было интересно с ней, не могла же она так ошибаться?!

Юле было бы легче, если бы она могла с кем-то поделиться этим мучительным вопросом. Но с кем? Кто сможет воспринять такое без испуга или отвращения? Никто: ведь даже те, кто восхищался когда-то «Тенью вампира», сочтут Тонечку ненормальной и никак не помогут разобраться в ситуации…

Ну, а Диана – это вообще особый разговор!.. Перед ней Юля изо всех сил изображала спокойствие, только старалась поменьше разговаривать, чтобы неожиданные слезы не выдали ее…

Как-то вечером Юля была одна дома: Диана обещала вернуться только к утру, и это было прекрасно, потому что хоть несколько часов можно было не притворяться! Настроение у Юли было хуже некуда, делать ничего не хотелось, и она бестолково слонялась по комнате, тыкалась из угла в угол, бесцельно перебирала вещи в шкафу, книги, украшения на столике у зеркала… и вдруг обнаружила, что стоит возле зеркала, держит в руках палочку губной помады и пишет на стекле уже третий раз: «Я подарю тебе новую жизнь, я подарю тебе новую жизнь, я подарю тебе…»

– Что это?! – в ужасе закричала Юля, и голос ее прозвучал в тишине пустой квартире. – Что это за бред…

В это время за спиной грянул телефонный звонок. Юля схватила трубку:

– Алло! Алло, я слушаю!

Пауза – и короткие гудки…

Юля оглянулась. Знакомая комната казалось чужой и враждебной. Как в детстве, когда ей случалось оставаться дома одной – от страха она забиралась под одеяло, боясь шевельнуться… а изо всех углов чудился шорох непредставимых омерзительных тварей!

10
{"b":"27576","o":1}