ЛитМир - Электронная Библиотека

— Дура, на кой им тогда эти проклятые флажки так торжественно нести-то? — презрительно отвечала товарка толстой бабы. — На палки серебряные нацеплять их зачем? Знамо дело, ихние это знамена! Вот король, когда на охоту изволит ехать, тоже впереди всегда знаменосцев пускает. Для пущей торжественности чтобы.

— Для шику могли и трубачей с барабанщиками позвать, — робко добавила длинноносая девица в накрахмаленном чепце.

— Это что же за морды у них нарисованы? Нелюди какие-то, ни одного человеческого лица. Это что, предки их, что ли? — взволнованно, щурясь на солнце, спрашивали друг у друга горожане.

Впрочем, рассеивать эти сомнения никто не спешил. Королевские глашатаи давно сорвали себе голоса, пытаясь призвать население к порядку и принудить очистить тесно забитые улицы. Из-за постоянной давки конные то и дело были вынуждены переходить с рыси на шаг. Вступление отрядов в город грозило затянуться на неопределенное время. Гонцы на взмыленных лошадях потоптали немало народа, доставляя в королевский замок всё новые сведения о передвижении союзников.

За конниками двигалась пехота. Арбалетчики в полукруглых шляпах, украшенных необыкновенными перьями, копьеносцы, чьи лица были сини от татуировок, воины, вооруженные мечами и какими-то диковинными пятизубыми вилами, — строй за строем двигались они к широко распахнутым воротам замка и бесследно пропадали за холодными мраморными стенами вместе со своими пугающими знаменами. Из-под сапог воинов летела пыль. Но люди есть люди — несколько городских красавиц уже могли похвастаться, что поймали не один восхищенный взгляд десятников незнакомой армии. Кем бы ни были союзники, они не Младшие, и это в глазах горожан Ойгена делало их ближе и роднее, заглушая естественное чувство опаски по отношению к чужакам.

— А где же королевна-то ихняя? — забеспокоилась товарка толстой бабы, когда последний отряд маршировал мимо толпы.

— Так она не приедет, надо ей больно. Не царское это дело на войну ездить, — назидательно сказал какой-то вертлявый и юркий дедок, по самые глаза заросший курчавой черной бородой.

— Много ты знаешь, — сварливо ответила ему стоявшая рядом красотка с поблекшим цветком в распущенных светлых волосах. — У меня жених во дворцовой охране, он точно знает — должна правительница вместе со своими войсками проследовать. Ее король на обед дожидается. Жених говорит, приемный зал украсили, как для свадьбы!

— Может, и впрямь поженятся, — глубокомысленно предположил дедок, — Король уже не мальчик, а наследников всё нет.

В толпе озабоченно переглянулись, все разговоры на мгновение притихли. Обсуждать личную жизнь короля в Синих озерах было запрещено. Разумеется, на каждой кухне ему перемывались косточки, а заодно и всем другим высоким сановникам, включая и Мудрых (правда, о магах говорили шепотом), но делать это на улице средь бела дня было небезопасно. Стражники могли схватить охальника и бросить его в темницу. А оттуда без взятки судье не выберешься, об этом каждый ребенок знает.

Между тем в королевском замке царил совершенный хаос. Советники короля Омаса, приняв решение о том, что части армии союзников должны разместиться в казармах при главной столичной цитадели, не рассчитали количество народа, и мест решительно не хватало. К счастью, воины из города царей оказались очень дисциплинированными. Они не хватались без толку за мечи, не дрались за место на лавке, точно и четко выполняли приказы командиров. Не сравнить с моими разгильдяями, размышлял Омас, глядя из окон своей любимой башни во двор замка, где стояли отряды. Однако правительница, кажется, задерживается.

— Государь. — Барон Рошевиа неслышными шагами приблизился к королю, и тот вздрогнул от неожиданного обращения. — Командиры союзников просят предоставить им возможность встретиться с тобой. Они хотят вручить тебе специальное послание от правительницы Города царей. Передать его через меня они отказались. Что прикажешь делать?

— Пускай придут, — кивнул головой Оме. — Я тоже хочу увидеть тех, с кем мне придется драться плечом к плечу. Да позови Аспида.

Рошевиа скривился. Неожиданное приближение к трону какого-то краснорожего парня, который проводил с монархом массу времени, вызвало небольшой переполох среди придворных. Барон, отец которого погиб двадцать лет назад, во времена восшествия на трон Омаса, считался королевским любимцем, однако стремительно терял свои позиции из-за Аспида. Он ненавидел новичка всей душой, но, разумеется, не признался бы в этом и родной матери. Он понимал, что, открыто бойкотируя нового фаворита, он рискует нарваться на гнев монарха, и решил действовать исподтишка, поймав ненавистного Аспида на каких-нибудь темных делишках. В том, что краснорожий хитрец занимается такими делишками, Рошевиа не сомневался.

Омас еще раз через окно оглядел ровные ряды воинов, круглые шлемы которых сверху были похожи на жемчужные бусы. Правительница Города царей, видимо, передумала лично участвовать в войне, решил король. Ее посланец, отрекомендовавший как Никто, был уверен, что прекрасная госпожа известит союзника, однако не смог сказать ничего определенного по поводу сроков предстоящего визита. Омас, кстати, так и не смог добиться от Никто сведений, кем же он на самом деле приходится правительнице, раз его выбрали для столь деликатного важного поручения, как ведение переговоров с королем Синих озер. Никто заявил, что он не герцог и не барон, а когда Аспид назвал его «влиятельным сановником», то просто пожал плечами.

О правительнице Никто тоже предпочел не распространяться. Он говорил о ней с величайшим почтением и называл «солнценосной», однако категорически отказался назвать Омасу ее имя, чем вызвал возмущение королевской свиты. Однако Никто с почтением объяснил, что жители Города царей очень трепетно относятся к своим именам и предпочитают представляться сами. Если же он посмеет болтать л такой глубоко интимной вещи, как имя своей правительницы направо и налево, то по возвращении домой его бросят в темницу. Король великодушно принял эти объяснения и больше вопросов по поводу правительницы не задавал.

Оме, который довольно небрежно относился к представительницам слабого пола, не мучился особым любопытством в отношении таинственной союзницы. Он привык к обожающим женским взглядам, которыми оделяли его придворные дамы, и готовился к тому, что в один прекрасный день свяжет себя узами брака с какой-нибудь девицей знатного рода. Стране нужен был наследник. Король не сомневался, что его будущая избранница станет обольщать его, — ведь ее будут готовить к этому с раннего детства. Однако сам он не испытывал сильных чувств при мысли о супружестве. Он слишком ценил и любил свое одиночество.

Пока придворные одевали его для встречи с командирами союзнической армии, Омас рассеянно напевал себе под нос популярный мотивчик, который приводил в ужас королевского церемониймейстера. Это была простая песенка, которую пели на веселых пирушках жители королевства Синих озер. Разумеется, в замке ее ни разу не исполняли, однако Аспид, в свободное время любивший погулять по Ойгену, услышал ее, запомнил и спел королю при первом же удобном случае. Омас очень смеялся и даже ночью, вспомнив некоторые куплеты, филином ухал в подушку от смеха.

— Тру-ля-ля, я сошла с ума, — напевал Оме, спускаясь по лестнице в зал для приемов.

Легкая мантия из горностая волочилась за ним по полу. Двери распахнулись, где-то под потолком взвыли золотые трубы придворных музыкантов, возвещавшие о том, что король входит в зал. Стараясь держать спину ровно и сохранять величественность походки, Омас медленным шагом пересек расступившуюся толпу придворных, надушенных и одетых так ярко, что они были больше похожи не на людей, а на цветы из парковой клумбы. Посланцы повелительницы Города царей стояли у самого трона. Двое высоченных латников и рослый тип в кольчуге, сплетенной, судя по виду, из чистого золота. Такой в бой не полезет, почему-то со злорадством подумал Омас.

Аспид уже мялся возле трона. В последнее время Мудрый похудел и постройнел и стал выглядеть еще моложе. Эти чудесные превращения не были связаны с магией — просто Аспид проводил дни и ночи в делах. Омас не мог отрицать, что волшебник как мог помогал ему собрать достойную армию. По собственному почину Мудрый произвел проверку в казармах королевской гвардии, изгнал особо зарвавшихся мздоимцев и держиморд и наградил незаслуженно забытых. Затем он с помощью нескольких приближенных воинов осмотрел оружейные склады и посоветовал королю сделать несколько заказов кузнецам из Бронна. Командиры гвардии и столичного гарнизона готовы были разорвать дерзкого советчика на части, однако Оме заставил их умерить пыл и распорядился, чтобы военными поставками отныне ведал исключительно Аспид. Герцоги и бароны были взбешены, но Мудрому не было до них никакого дела.

19
{"b":"27582","o":1}