ЛитМир - Электронная Библиотека

Не зная, что предпринять, Джорд Маоган присел на большой гладкий камень и вновь принялся накручивать микропередатчик. Внезапно потемнело. На миг коммодору показалось, что вот-вот разразится ужаснейшая гроза. Подняв голову, он неожиданно отчетливо различил в потемневшем небе продолговатый силуэт звездолета-исполина. Детали разглядеть было невозможно, поскольку тот парил против света. И хотя корабль показался коммодору размеров просто необыкновенных, ясно было, что дрейфовал он очень высоко, где-то в стратосфере.

Заинтересованный Маоган оставил в покое передатчик.

И тут же увидел устремившуюся к нему новую сферу, но совершенно другого характера. На этот раз она была сотворена из металла тусклого серого цвета и выделывала в воздухе пируэты, словно упущенный ребенком воздушный шарик, гонимый ветром. Но цель ее была ясна: сфера выискивала Маогана. Локализовав его, в молниеносном мягком прыжке сфера очутилась рядом, в нескольких метрах от обломка скалы, на котором он так удобно расположился.

Открылся люк, выдвинулась двухступенчатая лестница. И все. Тишина и спокойствие.

Джорд Маоган выждал какое-то время в надежде, что покажется пилот. Но напрасно. Так и не заметив признаков постороннего присутствия, Маоган приблизился к летательному аппарату. Внутри сферы по всему периметру тянулась двухметровой ширины люминесцентная полоса, заливавшая кабину приятным светом. Никакого пилота.

Маоган решился. Едва он вошел, раздался щелчок, появилось ощущение взлета, и почти в тот же миг сфера оказалась под днищем корабля. Сквозь прозрачный купол сферы Маоган заметил круговые рефлекторы, которые, видимо, и излучали зеленый свет. Вблизи они выглядели как скопление несметного количества прозрачных чешуек; каждая из них отделялась от соседней черной рамкой.

Размер чешуек не превышал и десяти сантиметров, зато рефлекторы были величиной с «Алкиноос». Маоган насчитал их двенадцать. В центре каждого — нарост, по форме напоминавший колбу от старинной керосиновой лампы. Сфера, казалось, потерялась под брюхом монстра и медленно-медленно перемещалась вдоль корпуса. Было сумрачно, так как сюда не доходили лучи солнца.

Открывшийся в конце концов шлюзовый отсек выглядел на корпусе гиганта игольным ушком. Сфера скользнула в него и замерла. Маоган почему-то ожидал, что уж тут его будут встречать наверняка. Не тут-то было! По-прежнему никого. Тогда он решил действовать самостоятельно и осмотреть корабль. Первый открывшийся ему зал был сравнительно небольшим, имел округлую форму и ту же систему освещения, что и сфера. Пусто, никакой мебели. Маоган миновал его, звонко печатая шаг по блестевшим отраженным светом плиткам пола. Коммодору понадобился почти час, чтобы обойти весь звездолет. Повсюду пустые помещения, соединявшиеся короткими коридорами. В центре корабля он обнаружил непроницаемый блок, где, должно быть, размещались машины и источники энергии, но уверенности в этом быть не могло, так как изнутри не доносилось ни звука.

Только в конце этой вынужденной прогулки Джорд Маоган вышел на командную рубку. На исполинской стальной стене двадцатиметровой высоты ярко светились сотни экранов, а количество всякого рода контрольно-измерительной аппаратуры явно превышало человеческие возможности как-то уследить за ними. Впрочем, никто этим и не занимался. Стоя в командном отсеке, Джорд Маоган чувствовал себя пигмеем в царстве колоссов. Он понимал, что предоставленная ему свобода беспрепятственно бродить где заблагорассудится, в сущности, ничего не значила, поскольку за столь безобидным и беспомощным созданием, как он, просто в принципе не признавалась способность осуществить какую-то подрывную акцию или как-то изменить траекторию полета корабля.

Пол в центре рубки, как и купол в сфере, был прозрачным. У Маогана при одном взгляде под ноги возникло ощущение свободного парения в космосе, поскольку он висел над полыхавшим огнем Гадесом.

Чудовищные рефлекторы-лазеры снова были в работе. Исторгаемые ими лучи нещадно хлестали поверхность оставленной Маоганом планеты, уничтожая на своем пути малейшие следы пребывания на ней человека. Горел сам воздух, перенасыщенный парами и завихрявшийся чудовищными воронками.

Сейчас, когда Маоган наблюдал за операцией по стерилизации со стороны и издалека, она показалась ему достаточно простой. Иссеченная лазером планета, набухшая огнем, выглядела как плавка доменной печи в россыпи искр.

Поражала точность и методичность, с которой на первый взгляд самостоятельно функционировал этот грандиозный агрегат, не оставляя ничего на волю случая. Количество использовавшейся при этом энергии казалось неисчерпаемым, и это позволило Джорду Маогану хорошо осознать, каким образом хозяева сего мира могли позволить себе роскошь сначала стерилизовать целую планету, а потом сохранять ее сколь угодно долго в подобном состоянии. Демонстрируемые ими технологические возможности давали основание предполагать, что в самом скором времени мозг будет полностью восстановлен без человеческого вмешательства не менее стерильными и совершенными роботами.

С трудом оторвавшись от созерцания столь впечатляющего спектакля, Маоган принялся снова бродить по кораблю. Он смутно надеялся на то, что в первый обход проскочил мимо какого-нибудь закоулка, где томились его спутники. Так в безуспешных поисках он провел довольно много времени, пока из динамика не раздался голос:

— Отправляйтесь в шлюзовую камеру. Там вас ожидает корабль.

Тембр все тот же. Маоган был уверен, что подобные звуки не могли исходить из гортани живого существа, команды подавало нечто явно искусственного происхождения.

В шлюзовой камере Джорд Маоган занял место в маленькой, залитой светом сфере, которая доставила его в небольшой космолет, подвешенный под днищем корабля-матки. Стало ясно, что гигантский корабль — челночная станция, которой, с ее рефлекторами, предстояло еще долго висеть над Гадесом, вплоть до успешного выполнения поставленной перед ней задачи.

Внутри космолета все было устроено так же, как и в гиганте, только в миниатюре: те же круглые и освещенные люминесцентными полосами залы, то же отсутствие всяких признаков жизни. Но командная рубка уже отвечала человеческим масштабам. В ней находилось несколько кресел, как раз напротив смотрового купола. Едва Джорд Маоган разместился в одном из них, как космолет стартовал.

Никогда до этого коммодор не испытывал ничего подобного.

Сразу куда-то сгинул Гадес. Никаких тебе изоспейсов или сложных маневров. Все ощущение движения свелось к осознанию внезапного исчезновения планеты, потому у Маогана и возникло вдруг впечатление, что он почему-то вернулся к исходной точке: вновь в поле зрения появился Гадес.

Однако при внимательном рассмотрении оказалось, что это была совсем другая планета, полная жизни, с громадными сооружениями, которые тянулись вверх, сплетаясь в запутаннейший лабиринт. По поверхности с невообразимой, фантастической скоростью, от которой голова шла кругом, мчались машины самых разнообразных и удивительных форм.

Корабль плавно опускался, судя по всему, на площадку космопорта.

Маоган взглянул на часы. Полет был практически мгновенным. Теперь коммодор уже вполне отчетливо различал город. Весь устремленный ввысь, он состоял из множества отдельных, но весьма однообразных районов-блоков. Казалось, все было выстроено из одного и того же материала. Но особенно поразило Маогана обилие широких световых полос. Их понапичкали всюду, и полыхали они тем же кричаще-красным огнем, что и та сфера, в которой исчезли его спутники.

Эти ленты обвивали стремительно несущиеся машины, тянулись вдоль всех, даже самых узких улочек, исчезающих в глубине города. Чуть далее темным полумесяцем выделялись трибуны огромной, сооруженной из камня цирковой арены. Украшавшие сооружение световые полосы были ярко-зелеными.

Корабль совершил посадку. В космопорту выстроились сотни кораблей подобного же типа; их названия бросались в глаза, отчетливо выделяясь на блестящих корпусах. Джорд Маоган узнал характер букв, из которых они состояли: настоящая клинопись. Космолет замер.

18
{"b":"27588","o":1}