ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Выбегаем за ворота.

Гравипланов на стоянке нет, до нас тут побывали освобожденные нами люди. Приходится идти до следующей. Это напрягает, я все еще на взводе. Меня пугают любые потери во времени. Мы бежим.

Устройство связи передает голос Артура:

– Ваши прорвались. Захвачено еще пять кораблей. Надо трогаться. Они наверняка пришлют подкрепление и попытаются отбить космопорт обратно.

– Минут пятнадцать продержитесь?

– Постараемся.

Я даю себе фору. Думаю, мы доберемся до гравипланов раньше. А лету здесь минут пять.

Рядом со мной идет Александр.

– Ты крут немерено, – замечает он и улыбается.

– Преувеличиваешь. У вас у всех пробиты верхние чакры.

– Даже Аджна и Сахасрара у единиц. В основном не выше Анахаты. А с белой энергией не работает никто!

Я не спорю, не до того.

– Лестно. Но объясни мне, в чем отличие, почему вы не с ними? Почему они у власти, а вы в тюрьме?

– Потому что, как только Преображенный начинает работать хотя бы с Анахатой, он теряет интерес к разрушению мира. Он уже может созидать.

– Так, ладно. А почему одни могут работать с верхними чакрами, а другие нет?

Он улыбнулся.

– Причина номер один: контакт с цертисом. Цертис может открыть верхние чакры.

– Мне говорили, что цертисы вызывают Т-синдром.

– Забудь. Бред. И очень вредный бред. В результате цертисов расстреливали на орбитах планет, где начиналось это самое «заражение». Хотя никакое это не заражение. Моего цертиса тоже убили имперцы. Идиоты!

Мы наконец дошли до стоянки и погрузились в гравипланы.

Я оказался в одной машине с Александром, Алисией, Юлей и Геннадием. Гравиплан пожаловался перстню связи на перегрузку, однако тяжело поднялся вверх. За нами летит целая стая таких же перегруженных машин. Но и они не смогли вместить всех. Остальным пришлось искать другую стоянку.

В машине мы продолжаем разговор.

– Говорят, к цертисам очень привязываются, – сказал я. – Как ты пережил его смерть?

– А я не пережил. У меня было оформлено самоубийство, когда началась агрессия. Она и вернула меня к жизни. Теперь я намерен мстить.

– Империи?

– Боже упаси! Я же не Анри Вальдо. Создание Кратоса – величайшее достижение человечества. Я намерен мстить идиотам!

– О чем речь? – осведомилась Юля.

Я ей пересказал.

Больше всего меня удивила реакция госпожи Штефански. Она изменилась в лице так, словно потеряла близкого человека или совершила самую чудовищную ошибку в своей жизни.

– Не может быть, – прошептала она. – Цертисы вызывают Т-синдром, а вовсе не исправляют ситуацию! Этому есть множество свидетельств.

Александр не успел возразить, потому что внизу появилось горящее здание космопорта и стало не до разговора. Нам снова предстоит бой.

Я понимаю еще одну вещь, о которой не упомянул даже Александр. Среди освобожденных нами теосов есть несколько с непробитыми верхними чакрами, немного, человек десять. С одной стороны, это радует, значит, враг не так един, как кажется. Но и беспокоит. Не станут ли пятой колонной?

– Артур, – позвал я через устройство связи. – Где наши враги?

– В правом крыле космопорта, том, которое не горит. На крыше и верхних этажах.

– Выше! – заорал я, и перстень связи услужливо передал приказ.

Машины взмывают вверх.

Если там есть теосы, вооруженные Иглами Тракля, надо оставить им возможность стрелять только под острыми углами. Тогда нижний раструб воронки сожжет корабли и часть здания, где они находятся. Хочется верить, что на это они не пойдут.

Не успеваем! Слишком перегружены. Под нами закручивается воронка Тракля и слизывает треть наших машин.

Остальным удается взлететь выше.

По нам скользят лучи гамма-лазеров. Значит, сработало! Значит, не решились больше применить аннигилятор. Три наших гравиплана вспыхивают и стремительно падают вниз. Но и я знаю, что надо делать.

– Ко мне! – командую я. – Минимальная дистанция.

Скученная стая гравипланов представляет собой прекрасную цель для гамма-лазеров, но я не собираюсь давать им возможность прицеливаться. Замедляю время и настраиваю Иглу Тракля. Пока мы рядом с вершиной воронки, есть надежда, что она не заденет никого из нас.

Воронка вырастает рядом, охватывая космопорт своей нижней частью, а верхней раскрываясь в рассветное небо. Мгновение, и на месте полусгоревшего здания зияет глубокий оплавленный котлован. Я все-таки задел один из кораблей. Он покачнулся на опорах и рухнул в пропасть.

– Артур! Ты жив? Кого я задел?

– Все в порядке, господин полковник. Это пустой корабль.

– Слава богу! Дай мне ориентировку, какие корабли наши, где ты, где Витус, где остальные.

Передо мной возникает план космопорта с пометками.

Мы приземляемся, спрыгиваем на землю.

Бетонное покрытие стучит под ногами. Бегу к кораблю Артура, со мной Юля, Алисия, Александр Прилепко и еще несколько Преображенных. Гену посылаю на корабль Витуса, остальных распределяю по другим машинам, передавая через перстень связи рекомендации по взлому панелей управления. Впрочем, теосы смогут это и без меня.

И тут я понимаю, что мы захватили почти весь флот Тессы, около тридцати кораблей. Конечно, все корабли легкие. Еще три-четыре линкора висят на орбите, они слишком велики, и никогда не опускаются вниз. И они будут нас ждать.

И вот мы внутри корабля.

Плюхаюсь в мягкое кресло перед мониторами, из соседнего меня приветствует Артур. По правую руку садится Юля и позади – остальные. Мы стартуем.

Слегка вжимает в кресло, антигравитационная установка компенсирует перегрузки, так что ощущения неадекватны ускорению. На одном из мониторов стремительно уменьшается изображение космопорта, и та же картинка транслируется на перстень связи через устройство связи корабля.

На втором мониторе: стая кораблей, стартовавших одновременно с нами.

Я приказываю кораблю увеличить изображение космопорта. Лучше быть в курсе того, что там происходит. Из Иглы Тракля нас еще можно достать с земли.

Третий монитор показывает то, что перед нами, – ослепительно синее небо Тессы.

Несколько секунд все идет хорошо, но вдруг скорость начинает стремительно падать, и так же тормозят все корабли флота. Небо над нами окрашивается алым. Я не понимаю, что это такое, но не сомневаюсь, что именно этот красный слой мешает нам прорваться в стратосферу.

И тогда происходит то, что уже было со мной в храме Шивы, на улице Калапы и на скале в лесу планеты Скит. Все исчезает, и я вижу черное небо, звезды и огромный шар Тессы подо мной. Он словно затянут багровой пленкой с утолщением над нашими кораблями. Здесь пленка толстая, похожая на слой мусса, а в остальных частях – бледная, почти розовая и полупрозрачная. Это энергетическое образование, созданное метаморфами. Именно эта пленка не пропускает с планеты сигналы устройств связи и не позволяет принимать сигналы из космоса. Хотя именно сейчас, думаю, это возможно. Они стянули так много энергии в одно место, что остальные теперь практически не защищены. Вот что значит закрытая планета!

А на орбите медленно поворачиваются и разворачивают орудия линкоры Тессы. Мы для них несерьезная цель. Сгорим в воронке Тракля, как пчелиный рой в луче гамма-лазера. Одна короткая вспышка! Остается единственная надежда – опередить их. Прорваться, проскочить мимо, сбежать!

Я знаю, что делать. Из моего тела вырываются сияющие нити и тянутся к кораблям. Я ощущаю себя гигантским пауком в центре энергетической паутины или шелкопрядом, разматывающим сразу три десятка нитей.

Я связываюсь со всеми Преображенными на моих кораблях. Давайте, делайте то же самое, пусть вы слабее меня, как можете, хотя бы попытайтесь! Мне трудно одному.

Вспоминаю, что на трех или четырех кораблях нет теосов. Это значит, что они погибнут. И ничего с этим поделать я не могу.

Получаю ответ. Преображенные влили свою Силу в мои нити. Стало легче. На красной поверхности «желе» появились концентрические круги и побежали по пленке.

33
{"b":"27596","o":1}