ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В конце улицы Красных Зорь, на снежной поляне, под свистящими деревьями, у домика с круглой крышей, автомобиль остановился. Пустынно выли решетчатые башни и проволочные сети, утонувшие в снежных облаках. Лось распахнул заметенную сугробом дверцу, вошел в теплый домик, сбросил шарф и шляпу. Румяный толстенький человек стал что-то объяснять ему, держа его покрасневшую от холода руку в теплых пухлых ладонях. Стрелка часов подходила к семи.

Лось сел у приемного аппарата, надел наушники. Стрелка часов ползла. О время, торопливые удары сердца, ледяное пространство вселенной!..

Медленный шепот раздался в его ушах. Лось сейчас же закрыл глаза. Снова повторился отдаленный, тревожный, медленный шепот. Повторялось какое-то странное слово. Лось напряг слух. Словно тихая молния, пронзил его сердце далекий голос, повторявший печально на неземном языке:

– Где ты, где ты, где ты, Сын Неба?

Голос замолк. Лось глядел перед собой побелевшими, расширенными глазами… Голос Аэлиты, любви, вечности, голос тоски, летит по всей вселенной, зовя, призывая, клича, – где ты, где ты, любовь…[22]

Собрание сочинений в десяти томах. Том 3 - i_001.png
вернуться

22

Аэлита

Впервые с подзаголовком «Закат Марса» напечатан в журнале «Красная новь», 1922, № 6, 1923, № 2. Первое отдельное издание: «Аэлита (Закат Марса)», роман, ГИЗ, М. – Петрог., 1923. Роман неоднократно выходил отдельными книгами и включался в собрания сочинений.

«Аэлита» – научно-фантастический роман, в котором тема межпланетного полета дается в сочетании с проблемами социально-политическими. Рисуя жизнь на Марсе и марсианское общество, показывая бурное восстание угнетенных жителей планеты, колебания народного предводителя Гора, писатель замаскированно полемизировал с социальными теориями Герберта Уэллса, с пессимистической проповедью «заката Европы» Освальда Шпенглера и некоторыми другими буржуазными философскими теориями. Показывая марсианского диктатора Тускуба, отстаивающего «цивилизацию лишь для избранных», А. Толстой вскрывает антинародный характер его взглядов, в которых имеются общие черты с идеологией фашизма.

При характеристике далекой исторической эры, легендарных событий борьбы первобытных племен Земли и Марса (см. главу «Первый рассказ Аэлиты») писателем были использованы предания, дошедшие до нас от античной эпохи о якобы существовавшем в глубокой древности гигантском острове в океане – Атлантиде, населенной культурными и могучими народами. Атлантида, вследствие страшного землетрясения, будто бы исчезла, погрузившись в воды океана.

Научно-техническая сторона фабулы в романе основана на теории межпланетных ракетных сообщений, разработанной знаменитым русским ученым К. Э. Циолковским в его труде «Исследование мировых пространств реактивными приборами» (1903).

Первоначальный текст «Аэлиты» (1922–1923) подвергся существенной переработке. Автор внес в последующие издания не только много исправлений и сокращений стилистического характера; в тексте сделаны были изменения, сокращения, затрагивающие и самое содержание произведения.

Так из рассказа Аэлиты Лосю о далеком прошлом Марса сняты были те места, в которых проступала тенденция истолковывать отдельные исторические события в плане борьбы неких отвлеченных сил добра и зла. В последующих изданиях эти таинственные силы оказались прояснены автором: в одном случае как силы разумного знания, а в другом – как косность невежества и предрассудков.

В главе «Первый рассказ Аэлиты» в характеристике магацитлов, свирепого и могущественного племени, переселившегося с Земли на Марс, первоначально были такие места. «Они знали Высшую Мудрость, но употребляли ее во зло, потому что были злы», «Они призвали на помощь стихии природы. Началась буря, задрожали горы и равнины, выступил из берегов южный океан. Молнии падали с неба. Деревья и камни носились по воздуху, и громче грома раздавались голоса Магацитлов, читавших заклинания. Аолы гибли, как трава от снежной бури. Пришельцы поражали их мечами и наводили помрачения: войска Аолов сражались между собой, принимая друг друга за врагов» («Аэлита (Закат Марса)», ГИЗ, 1923, стр. 126); «Многие тогда видели призрак: на закате солнца поднималась из-за края тумы тень человека, – ноги его были расставлены, руки раскинуты, волосы на голове, как пламя» (стр. 127). «У Аолов не было страха, потому что души их стали кроткими, взоры сильными и сердца мужественными. В горах они познали блаженство столь высокое, что не было теперь зла, которое могло бы помрачить его» (стр. 129).

При переработке первопечатного текста романа А. Толстой устранил некоторые черты в характеристике Лося. В итоге значительно ослаблены оказались в Лосе настроения пессимизма, мрачного одиночества, проявления неврастенической изломанности.

В главе «На лестнице» после слов Лося «…жизнь для меня стала ужасна» первоначально стояло: «Я остался один, сам с собой. Не было силы побороть отчаяние, не было охоты жить. Нужно много мужества, чтобы жить, так на земле все отравлено ненавистью» (стр. 118).

В главе «Бессонная ночь» между словами «Лось долго стоял в воротах» и «Под утро Лось положил…» стояло: «…прислонясь к верее плечом и головой. Кровяным, то синим, то алмазным светом переливался Марс – высоко над спящим Петербургом, над простреленными крышами, над холодными трубами, над закопченными потолками комнат и комнаток, покинутых зал, пустых дворцов, над тревожными изголовьями усталых людей.

«Нет, там будет легче, – думал Лось, – уйти от теней, отгородиться миллионами верст. Вот так же, ночью, глядеть на звезду и знать: это плывет между звезд покинутая мною земля. Покинуты пригорок и коршуны. Покинута ее могила, крест над могилой, покинуты темные ночи, ветер, поющий о смерти, только о смерти. Осенний ветер над Катей, лежащей в земле, под крестом. Нет, жить нельзя среди теней. Пусть там будет лютое одиночество, – уйти из этого мира, быть одному…» Но тени не отступали от него всю ночь» (стр. 31).

Подобные же сокращения были сделаны в главе «Отлет»: в словах Лося Скайльсу (снятые места выделены курсивом).

«Я думаю, что удачно опущусь на Марс, – оттуда я постараюсь телеграфировать. Я уверен – пройдет немного лет, и сотни воздушных кораблей будут бороздить звездное пространство. Вечно, вечно нас толкает дух искания и тревоги. И меня гонит тревога, быть может, отчаяние. Но, уверяю вас, – в эту минуту победы я лишь с новой силой чувствую свою нищету. Не мне первому нужно лететь, это – преступно. Не я первый должен проникнуть в небесную тайну. Что я найду там? – ужас самого себя. Мой разум горит чадным огоньком над самой темной из бездн, где распростерт труп любви. Земля отравлена ненавистью, залита кровью. Недолго ждать, когда пошатнется даже разум, – единственные цепи на этом чудовище. Так вы и запишите в вашей книжечке, Арчибальд Скайльс, – я не гениальный строитель, не новый конквистадор, не смельчак, не мечтатель: я – трус, беглец. Гонит меня безнадежное отчаяние» (стр. 42–43).

Иногда правка такого рода сопровождалась устранением, вычеркиванием некоторых выражений, терминов, идущих от идеалистической философии (вроде «сердце великого Духа, раскинутого в тысячелетиях» – стр. 78 и т. п.).

Наконец еще следующие изменения к характеристике Лося заслуживают быть отмеченными. Если в первом издании романа в Лосе как основная цель действий, как главный жизненный стимул подчеркивалась устремленность к счастью любви (как некоему всепоглощающему чувству), то в переработанном тексте эта особенность его оказывалась менее выдвинутой вперед, затушеванной. В первопечатном тексте «Аэлиты», рисуя Лося в самый острый момент восстания, когда он оказывается вынужден вмешаться в события, писатель не забывал все-таки отметить, что героем его движет мечта о любви: «В ушах пело: к тебе, к тебе, через огонь и борьбу, мимо звезд, мимо смерти, к тебе, любовь!» (стр. 209). Характерно, что в последующей редакции эта фраза была уже снята А. Толстым.

В процессе работы над текстом некоторым изменениям подвергся и образ красноармейца Гусева, в характеристике которого первоначально, наряду с известными положительными качествами, присутствовали и такие отрицательные черты, как склонность к голому делячеству, «коммерческой» оборотливости, скопидомству и т. п. Эти черты, которые явно нарушали целостность образа, его жизненную убедительность и полноту, писатель, естественно, не мог не устранить в ходе отделки и отработки своего романа, протекавшей уже на ином, более позднем этапе его творческого развития.

Редактирование А. Толстым текста «Аэлиты» выразилось и в значительной переработке ряда бытовых сцен и картин, из которых устранены были автором элементы натуралистичности. Так, например, в сцене, изображающей отлет аппарата Лося из Петрограда, А. Толстой отбросил ряд грубо снижающих, натуралистических штрихов в обрисовке толпы зевак, собравшейся на пустыре.

По роману А. Толстого «Аэлита» был написан сценарий одноименного кинофильма, который был поставлен в 1924 году режиссером Я. А. Протазановым.

Печатается по тексту сборника А. Толстого «Гиперболоид инженера Гарина. – Аэлита», «Советский писатель», Л. 1939.

153
{"b":"27641","o":1}