ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Теремок

Ехал мужик с горшками и потерял один горшок.

Прилетела муха-горюха и спрашивает:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

Видит – никого нет. Она залетела в горшок и стала там жить-поживать.

Прилетел комар-пискун и спрашивает:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

– Я, муха-горюха. А ты кто?

– Я комар-пискун.

– Ступай ко мне жить.

Вот они стали жить вдвоем. Прибежала мышка-погрызуха и спрашивает:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

– Я, муха-горюха.

– Я, комар-пискун. А ты кто?

– Я мышка-погрызуха.

– Ступай к нам жить.

Стали они жить втроем. Прискакала лягушка-квакушка и спрашивает:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

– Я, муха-горюха.

– Я, комар-пискун.

– Я, мышка-погрызуха. А ты кто?

– Я лягушка-квакушка.

– Ступай к нам жить.

Cтали они жить вчетвером. Бежит зайчик и спрашивает:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

– Я, муха-горюха.

– Я, комар-пискун.

– Я, мышка-погрызуха.

– Я, лягушка-квакушка. А ты кто?

– Я заюнок-кривоног, по горке скок.

– Ступай к нам жить.

– Стали они жить впятером. Бежала мимо лиса и спрашивает:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

– Я, муха-горюха.

– Я, комар-пискун.

– Я, мышка-погрызуха.

– Я, лягушка-квакушка.

– Я, заюнок-кривоног, по горке скок. А ты кто?

– Я лиса – при беседе краса.

– Ступай к нам жить.

Стали они жить вшестером. Прибежал волк:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

– Я, муха-горюха.

– Я, комар-пискун.

– Я, мышка-погрызуха.

– Я, лягушка-квакушка.

– Я, заюнок-кривоног, по горке скок.

– Я, лиса – при беседе краса. А ты кто?

– Я волк-волчище – из-за куста хватыш.

– Ступай к нам жить.

Вот живут они семеро все вместе – и горя мало. Пришел медведь и стучится:

– Чей домок-теремок? Кто в тереме живет?

– Я, муха-горюха.

– Я, комар-пискун.

– Я, мышка-погрызуха.

– Я, лягушка-квакушка.

– Я, заюнок-кривоног, по горке скок.

– Я, лиса – при беседе краса.

– Я, волк-волчище – из-за куста хватыш. А ты кто?

– Я вам всем пригнетыш.

Сел медведь на горшок, горшок раздавил и всех зверей распугал.

Отстутствуют:

Репка

Курочка ряба

Колобок

Кочеток и курочка

Бобовое зернышко

Нет козы с орехами

Лиса и заяц

Волк и козлята

Коза-дереза

Петушок – золотой гребешок

Лиса и волк

Медведь – липовая нога

Мизгирь

Звери в яме

Лиса и дрозд

Лиса и рак

Лиса и тетерев

Лиса и петух

Лиса и журавль

Журавль и цапля

Кот и лиса

Старик и волк

Как старуха нашла лапоть

О щуке зубастой

Как лиса училась летать

Пузырь, соломинка и лапоть

Кот – серый лоб, козел. да баран

Глупый волк

Овца, лиса и волк

Медведь и собака

Медведь и лиса

Мужик и медведь

Глиняный парень

Кобылья голова

Лев, щука и человек

Заяц-хваста

Петух и жерновки

Терёшечка

Кривая уточка

Сестрица Аленушка и братец Иванушка

Хаврошечка

Кузьма Скоробогатый

Война грибов

Гуси-лебеди

Мальчик с пальчик

Морозко

Чивы, чивы, чивычок

По щучьему веленью

Книга вторая

Отсутствуют:

Присказка

Поди туда – не знаю куда, принеси то – не знаю что

Сказка о молодильных яблоках и живой воде

Иван – коровий сын

Иван-царевич и серый волк

Царевна-лягушка

Сивка-бурка

Сказки из архива писателя

Лиса топит кувшин

Лисица пришла в деревню и попала в один дом, где никого не было. Лиса нашла там кувшин с маслом. Кувшин был с высоким горлышком, – как достать масло? Подошла лиса к нему и давай совать туда голову. Засунула в кувшин голову и лакомится маслом.

Вдруг приходит хозяйка, лисица бросилась вон вместе с кувшином, вытащить из него своей головы не может. Вот бежала, бежала, прибежала к реке и говорит:

– Кувшин, батюшка, пошутил да уж и будет, отпусти меня!..

Но кувшин все на голове. Лисица опять говорит:

– Вот застужу масло в проруби, да и разобью тебя.

Подошла она к проруби и сунула в нее голову с кувшином.

Кувшин был большой и тяжелый, быстро пошел на дно, а вместе с ним и лисица утонула.

Отсутствуют:

Лиса-плачея

Снегурушка и лиса

Медведь и три сестры

Василиса Премудрая

Комментарии

Стихотворения

Вспоминая о своих первых шагах в литературе, А. Н. Толстой писал: «Нет искусства, которое не было бы частицей твоей жизни» (ЯСС, 13, с. 538). Ранние художественные опыты писателя в наиболее ценной части отмечены впечатлениями детских и отроческих лет Знакомство будущего писателя с фольклором в заволжском степном хуторе, а позднее – специальное изучение сказок и песен перекрыло в ранних книгах писателя действие всех других творческих факторов. В зрелые годы значение народа и народного творчества Толстой сформулировал в виде общего положения: «…в родстве с народом и близости к народу художник черпает свою силу, свое вдохновение» (ПСС, 13, с. 540). Говоря о себе, писатель заметил: «Я думаю, если бы я родился в городе, а не в деревне, не знал бы с детства тысячи вещей, – эту зимнюю вьюгу в степях, в заброшенных деревнях, святки, избы, гаданья, сказки, лучину, овины, которые особым образом пахнут, я, наверное, не мог бы так описать старую Москву» (77СС, 13, с. 414). Толстой имел в виду описание Москвы в «Петре Первом», но мог бы отнести эти слова и ко всем тем произведениям, которые требовали соответствующего знания русского фольклора.

Когда известный литературовед и театральный критик С. Н. Дурылин в 1943 году неосторожно заметил, что, обратившись к темам заволжских рассказов и повестей, Толстой «отрекся» от предшествующего творчества (журн. «Октябрь», 1943, № 4–5, с. 114), писатель сразу возразил и назвал фольклорную книгу «За синими реками» своим дебютом в литературе: «От нее я не отказываюсь и по сей день. «За синими реками» – это результат моего первого знакомства с русским фольклором, русским народным творчеством» (ПСС, 1, с. 84).

Конечно, нельзя забыть, что книге «За синими реками» предшествовал сборник стихов «Лирика» (Пб., 1907), в котором Толстой с намерением уяснить «современную форму поэзии» следовал за модными поэтами – декадентами. И тем более важно подчеркнуть, что влияние фольклора помогло писателю найти свой путь в литературе. Освоение фольклора способствовало созданию подлинных художественных ценностей. Автор книги «За синими реками», по его собственным словам, уже через год «стыдился» (ПСС, 13, с. 493) «подражательной, наивной и плохой» книжки «Лирика» (ПСС, 1, с. 84).

На некоторых и фольклорных стихах Толстого заметно влияние А. М. Ремизова, М. А. Волошина, Вяч. И. Иванова. Стихотворение Толстого «Ховала» (1907), к примеру, было посвящено Ремизову и, несомненно, навеяно его одноименной сказкой. Молодой писатель следовал за своими наставниками и в ряде своих общих идей. Так, в заметке «О нации и о литературе» Толстой писал о необходимости связать «представления современного человека и того, первобытного, который творил язык» (журн. «Луч», 1907, № 2, с. 16). Важно и другое: «Я начал с подражания… – вспоминал Толстой. – Но пока еще это была дорожка не моя, чужая» (ПСС, 13, с. 411). Книга «За синими реками» явилась результатом наиболее ясно выраженного внутреннего несогласия молодого писателя с декадентской эстетикой. «Я любил жизнь, – писал позднее Толстой, – всем своим темпераментом противился абстракции, идеалистическим мировоззрениям» (ПСС, 1, с. 85). Искажение ясных жизнеутверждающих идей и образов фольклора встречало у автора книги «За синими реками» резкое осуждение. В рецензии на сборник М. Н. Багрина «Скоморошьи и бабьи песни» (СПб., 1910) Толстой писал о «высоком художественном вкусе народа» и осудил неудачную книгу. Ее составитель, по словам писателя, «преподнес – вместо острой, пахнущей землей мудрой народной песни – обсосанные свои слащавые романсики» (ПСС, 13, с. 273).

44
{"b":"27642","o":1}