ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Ну как? Положить или не нужно?

Вася растерялся. Салат, конечно, всегда был вещью вкусной. Но морской? Из водорослей? Он никогда не слышал, чтобы водоросли ели, да еще какие-то там морские огурцы и помидоры. Но раз едят все…

Впрочем, дедушка не положил себе салата. Он привык к старой пище и морские салаты, видно, недолюбливает. Значит, и Васе стоило бы вначале присмотреться, а то съешь какой-нибудь ерунды, а потом хорошего, знакомого не захочется.

– Так положить или нет? – опять спросила Валентина Петровна.

Дедушка хитро щурился. Лена молчала. Женька беззаботно ковырялся в тарелке. Надо было решать самому. Сила воли еще не оставила Васю. Он взял себя в руки и решил сманеврировать:

– Скажите, а это действительно морской салат?

– Ну конечно! Различные съедобные морские водоросли очень полезны.

Это был опасный ответ. Многолетний опыт подсказывал Васе, что, как только взрослые начинают говорить о полезности какого-нибудь блюда – оно наверняка невкусное, а порой даже противное.

– Да, – твердо, но все-таки ощущая, как ёкнуло сердце, сказал Вася. – Положите мне немного… – Он подумал и добавил: – Пожалуйста.

Дедушка удивленно посмотрел на Васю, слегка крякнул и покачал головой. Лена едва заметно улыбнулась – поощрительно и ласково. Женька сделал вид, что Васино решение его не касается.

Морской салат на первых порах показался Васе странным – от него чуть-чуть пахло йодистым простором южных морей. Он был слегка кисловат, чуть-чуть сладковат, немножечко отдавал перцем и еще чем-то таким необычным, что Вася даже жевать перестал.

Это немедленно заметили сидящие за столом. Дедушка хитро улыбнулся. Женька довольно ухмыльнулся. Лена тревожно нахмурилась.

Но прежде чем окончательно разобраться, чем все-таки пахнет салат из морских водорослей и овощей, Вася решил: салат просто вкусный. Он молча доел свою порцию и, уже понимая, что старания Женьки его подкузьмить не удались, решил отомстить ему. Он поднял свою тарелку и обратился к Валентине Петровне:

– Будьте добры, положите мне еще немного морского салата. Он, оказывается, не только полезный, но и вкусный.

– Ну что! – торжествующе воскликнула Лена и толкнула Женьку. – Съел? Вечно всем настроение портишь!

Если не считать этого происшествия, то обед в семействе Масловых проходил спокойно. На первое были отличные щи из свежей капусты, а на второе – оленье мясо по-турецки: с перцем, с черносливом и прочими вкусными приправами. Но когда наконец на столе появилось третье – фрукты, – Вася удивился. Какие тут были плоды! И желтоватые изогнутые бананы, о которых Женька сейчас же сказал, что они мыльные, и огромные, как хорошая слива, вишни нового сорта «Полярная», и великолепные сливы, груши и яблоки, окружавшие огромный, покрытый коричневыми чешуйками ананас, и еще какие-то необыкновенные, не виданные Васей фрукты. Как ни странно, но больше всех обрадовался вкусным плодам дедушка. Он довольно потирал руки, щурился и наконец сказал:

– Это ты все ел, наверно, а вот мангуса ты еще не пробовал. – Он протянул Васе круглый, чуть побольше яблока, зеленовато-розовый плод. – Только кожуру очисти.

Вася с некоторой опаской взял невиданный фрукт.

Кто его знает, этого дедушку: морской салат ему не нравится, но ведь он вкусный. А может быть, этот самый мангус какая-нибудь кислятина…

Но мангус оказался очень вкусным – нежным, сладким и в то же время с приятной кислинкой. Он так и таял во рту, освежая его, словно там вырос целый цветник, – таким он был душистым.

– Во-от, брат! Нравится? Это у нас в оранжерее не сплошали и вывели новый сорт – мангус «Арктический». А ведь раньше он рос только в тропических странах и был настолько нежным, что его даже перевозить было трудно: портился. А мы вот сумели вывести свой сорт.

Дедушка говорил с такой гордостью, что Вася не мог не спросить у него:

– В какой это вашей оранжерее?

– Ну, в нашей, где я работаю.

– Так ты… – изумился Вася и поэтому слегка ошибся. – Так вы работаете садовником?

– Да нет… Видишь ли… ну, когда тебя перевели в новую школу, кружок «Умелые руки» почти совсем заглох. Но зато у нас появилась такая учительница биологии, что мы все сразу записались в юннаты. Вот, брат, понимаешь, биология так захватила, что в результате я и работаю теперь механиком по искусственному климату в нашей оранжерее.

– Что же вы там делаете?

– Как – что? Создаю искусственный климат. Теплый или холодный, тропический или умеренный. Полярный день или экваториальную ночь – все, что хочешь. Потом, конечно, магнитное воспитание растений – это тоже на моей ответственности. Вообще очень интересно. Тут тебе и физика, и химия, и механика, а все вместе – биология. Меня так и называют: биомеханик. Вот для мангусов я климат разрабатывал. И теперь видишь – весь район снабжаем. А бананы или ананасы – так это для нас просто чепуха. Высадили их из оранжереи в грунт, создали вокруг посадок микроклимат, поливаем их особыми растворами – ростоувеличителями, облучаем всякими лучами, и растут они лучше, чем в Мексике. Понимаешь, недавно мы новый сорт вывели – так за саженцами из Канады прилетали! Вот, брат, что такое биомеханика!

– Папа, – сказала Валентина Петровна, – но ведь дело не только в механике.

– Знаешь, Валя, я не люблю возражений. Никакая современная биология без механики быть не может.

– Ну хорошо, хорошо. С тобой спорить нельзя… Но тебе, Вася, я скажу, что дело, конечно, не только в механике.

– Нет, в ней! – упрямился дедушка. – Вот пойдем в оранжерею – сам увидишь.

Вася не стал спорить.

Впервые ему показалось, что бывший Женька Маслов, а ныне биомеханик, прав.

Все-таки выращивать ананасы или вот эти мангусы на вечной мерзлоте – дело не легкое. Главное в этом деле, наверно, не биология, а механика. Впрочем, об этом стоит подумать…

Начиная думать, Вася взял огромную вишню и, забыв, что в ней, в отличие от мангуса, есть косточка, стал ее жевать и сейчас же вскрикнул: вишневая косточка попала на больной зуб. Он невероятно заныл. Из глаз сами выскочили две слезинки. Женька немедленно вмешался:

– Что, опять зуб?

Вася вынужден был смолчать. Он сморщился и схватился рукой за щеку. Валентина Петровна и дедушка переглянулись.

– Знаешь что, Вася, все равно тебе нужно обязательно показаться врачам. Они, по-моему, уже поджидают тебя. Так что поедем в поликлинику и сразу же решим, что делать с твоим больным зубом.

Что ни говорите, а хождение к врачам во все времена и у всех народов не считалось самым долгожданным удовольствием. А тем более – к зубным врачам. В другое время и в другой обстановке Вася, конечно, отказался бы от этой прогулки. Пусть лучше болит этот чертов зуб – поболит, поболит и перестанет. Но зато его не будет лечить врач, который, когда боль станет такой, что хоть на потолок прыгай, не преминет сказать: «Ну вот, молодец! Настоящий мужчина. Еще немного – и конец».

Но вся беда в том, что Вася был не в той привычной далекой обстановке, а в этой новой и еще не совсем разгаданной. Кроме того, рядом сидела сочувствующая Лена и ехидно-торжествующий Женька. В этих условиях нужно было сразу же показать всем, что ты настоящий мужчина, что ты не боишься ничего на свете. Даже зубного врача.

Обо всем этом Вася, конечно, ничего не сказал, но при мысли о зубном враче его светлые и безгрешные глаза несколько затуманились. И дедушка, кажется, понял его грусть:

– Ничего не поделаешь, брат. Нужно – значит, нужно. Тут Вася окончательно понял, что зубного врача ему не избежать, но выхода у него не было…

Глава семнадцатая

НОВАЯ РОЛЬ СТАРОГО ЗНАКОМОГО

Поликлиника как поликлиника – стены белые, блестящие. Чистота, сложные запахи лекарств, озабоченные и неприступные на вид врачи, сестры и прочие медицинские работники. И кабинет зубных болезней, куда вначале попал Вася Голубев, наивно полагая, что на этом и окончится его посещение поликлиники, был тоже обычным и несколько скучным: блестящие шкафы из никеля и стекла, тяжелые кресла, сложные машины с опасно длинными, гибкими шлангами. Зубной врач сейчас же воспользовался одним шлангом, и Вася, уже по опыту зная, к чему приводит знакомство с ним, вцепился в поручни кресла и мысленно решил:

19
{"b":"277851","o":1}