ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В этой книге заключено много добра. Если бы это было не так, мне бы и в голову не пришло перевести ее на русский язык и пытаться организовать издание в России. Но вот она издана, а, значит, мечты сбываются.

Леонид Шарашкин

Как не восхищаться при виде великолепных достижений практичного разума и технических знаний, которые начиная с конца семнадцатого века, под дерзким, пусть и не слишком аккуратным, предводительством Англии, изменяли материальный план цивилизации. Однако экономические амбиции — хорошие слуги, но плохие хозяева.

Очевидное забыть легче всего. Существующий экономический уклад и многочисленные попытки его перестроить проваливаются из-за пренебрежения простой истиной: даже у самого заурядного человека есть душа, и никакое материальное благополучие не компенсирует ему потери от условий, оскорбляющих его достоинство и ущемляющих его свободу. Здравый подход к организации хозяйственной деятельности не должен упускать из виду тот факт, что если организация промышленности будет отвечать лишь сугубо экономическим требованиям, то она обречена на вечные бунты разъяренной человеческой природы.

Р.Х. Тони

Религия и восхождение капитализма

Все проблемы современности в основном сводятся к нашему отношению к окружающему миру, выбору целей и средств к их достижению. Мы сели на бульдозер и превратили цветущую землю в мертвый пустырь, и теперь радуемся творению рук своих. Не нужно отказываться от бульдозера, который, в конце концов, не так уж плох, но необходимо обрести более объективное понимание того, что значит правильно его использовать.

Алдо Леопольд

Альманах графства Сэнд

ЧАСТЬ I. СОВРЕМЕННЫЙ МИР

Глава 1. Проблема производства.

Одним из роковых заблуждений современности стала святая вера в то, что «проблема производства» наконец-то решена. Теперь мы якобы можем произвести достаточно товаров и обеспечить безбедное существование всех и каждого. В этом совершенно уверены не только люди, далекие от производства и, таким образом, профессионально не осведомленные в этом вопросе; в это верят практически все ведущие эксперты, промышленники, экономисты правительств мировых держав, экономисты-теоретики и не теоретики, не говоря уже о журналистах. У них найдется немало тем для споров, однако все неизменно сходятся на том, что проблема производства уже решена, а человечество вступило в фазу зрелости. Они утверждают, что богатые развитые страны могут заниматься образованием для удовольствия, а бедным остается лишь перенять производственные технологии богатых. И все будет хорошо.

Но на деле все идет не так гладко, как хотелось бы, и виновата де в этом людская зловредность. Поэтому нам необходимо создать совершенную политическую систему, в которой даже самые отчаянные злодеи станут благодушными добряками. Считается, что от рождения человек добр, и если он стал преступником или бездушным эксплуататором, то вина эта вовсе не его, а «системы». Несомненно, «система» во многом ущербна и требует пересмотра. Однако одна из главных причин, по которой плохая система выживает, несмотря на все ее очевидные недостатки, — это ошибочная уверенность в том, что «проблема производства» решена. Такое заблуждение господствует в большинстве современных экономик, и вряд ли найдется система, что в этом отношении была бы лучше других.

Появление этой вопиющей ошибки, так глубоко засевшей в умах людей, тесно связано с философско-религиозным изменением отношения человека к природе за последние три-четыре столетия. Пожалуй, стоит оговориться: отношения западного человека к природе, но, похоже, сегодня все страны мира стремятся «догнать» Запад и перенимают его ценности, технологии и образ жизни, поэтому мои обобщения здесь вполне уместны. Современный человек уже не ощущает себя частью природы, он мнит себя внешней силой, призванной покорять и главенствовать. Он даже говорит о борьбе с природой, забывая, что победа над природой равносильна поражению и уничтожению человека. До совсем недавнего времени борьба человека с природой шла столь успешно, что у него возникла иллюзия неограниченной власти, но при этом провозглашать полную победу над природой было рано. Теперь же, по-видимому, она не за горами, и многие, пусть их и меньшинство, стали осознавать все последствия такой победы для существования человечества.

Иллюзия неограниченных возможностей, подкрепленная удивительными достижениями науки и техники, породила еще одну иллюзию — будто проблемы производства больше не существует. Источник этого заблуждения ясен: до сих пор никто четко не разграничивал понятия «доход» и «капитал», причем в вопросах, где такое разграничение просто необходимо. Разница между «доходом» и «капиталом» известна любому экономисту или бизнесмену[1]. Эти понятия добросовестно используют в различных областях экономики, за исключением одной, причем той, где эта разница имеет огромное значение. Речь идет о невосполнимых природных ресурсах. Человек их не создал своими руками, а лишь случайно обнаружил, но обойтись без них никак не может.

Какой бизнесмен станет хвалиться, что его фирма решила проблему производства и достигла процветания и устойчивости, если фирма быстро и неумеренно расходует свой капитал? Тогда почему мы не замечаем тот же самый процесс в самой большой фирме — мировой экономике и, в частности, в национальных хозяйствах богатых стран? Откуда такая невнимательность?

Мы оторваны от реальности и склонны расценивать любое благо, не созданное нашими руками, как не имеющее никакой ценности. Вот одна из причин нашей странной невнимательности. Даже великий Карл Маркс совершил ту же непростительную ошибку в своей так называемой «трудовой теории стоимости». Не спорю, что труд человека действительно создал часть капитала, вовлеченного в производство: огромный банк научной, технической и другой информации; сложную материальную инфраструктуру; бесчисленные виды изощренного оборудования, и т д. — однако все созданное — лишь маленькая часть того совокупного капитала, который мы используем. Природа снабжает нас гораздо большим капиталом, чем создал человек — а мы даже и не осознаем этого. В настоящее время природный капитал расходуется в устрашающих темпах; именно поэтому верить, что проблема производства давно решена и действовать, исходя из этого, — абсурдная и самоубийственная ошибка.

Давайте подробнее рассмотрим этот «природный капитал». Во-первых, наиболее очевидный вид такого капитала— полезные ископаемые. Вряд ли кто-нибудь будет отрицать, что мы рассматриваем их как «доход», тогда как полезные ископаемые, несомненно, относятся к капитальным благам. А раз это капитал, то мы должны заботиться о его сохранности, должны сделать все возможное, чтобы сократить до минимума текущие объемы потребления. Например, деньги, полученные от реализации таких активов — невосполнимых полезных ископаемых — могли бы направляться в специальный фонд, который бы занимался исключительно разработкой новых методов производства и формированием образа жизни, позволяющих исключить потребление ископаемого топлива или же сократить зависимость от него до минимума. Эти и многие другие меры предпринимались бы, если бы мы рассматривали полезные ископаемые как капитал, а не доход. Мы же не только не реализуем такие меры, но все делаем наоборот: вместо того, чтобы сокращать темпы потребления, мы их наращиваем и совершенно не интересуемся альтернативными методами производства и образом жизни, что позволили бы сойти с пути саморазрушения; мы катимся по накатанной колее и праздно разглагольствуем о невиданном прогрессе, об «образовании для удовольствия» в богатых странах и «передаче технологий» бедным.

Истощение запасов природного капитала идет такими быстрыми темпами, что даже в США, якобы самой богатой мировой державе, немало обеспокоенных людей, включая высокопоставленных чиновников, призывают к разработке и широкомасштабному внедрению технологий по перегонке угля в нефть и газ, требуют дальнейшего увеличения затрат на поиски и эксплуатацию новых месторождений, последних природных богатств. Вот данные, опубликованные под заголовком: «Мировые потребности в топливе в 2000 году». Если уже сейчас мы потребляем 7 млрд. тонн в год в угольном эквиваленте, то через двадцать восемь лет потребность возрастет в 3 раза до 20 млрд. тонн в год! Что такое двадцать восемь лет? Двадцать восемь лет назад закончилась Вторая мировая война, и с тех пор потребление топлива также утроилось, однако это увеличение составило лишь 5 млрд. тонн в год в угольном эквиваленте. А теперь мы снова спокойно говорим о трехкратном увеличении потребления.

вернуться

1

«Капитал» — совокупность средств производства, использование которых позволяет получить «доход». — Прим. пер.

2
{"b":"277988","o":1}