ЛитМир - Электронная Библиотека

— Шорты, бриджи и, тем более, джинсы, я полагаю, можно смело исключить. — Утвердительно говорит он вроде и мне, но на самом деле, сам себе. А я, прислушиваясь к неприятным ощущениям, покорно соглашаюсь. — Остаётся вот это непонятное произведение искусства, — скривился он, вглядываясь в «какающие» штаны, как называю их я и, одновременно, «очень модный тренд» — как обозвала их Лизка, преподнося мне в дар. — Вот это платье. — Швырнул он в сторону кровати длинное платье лимонного цвета, сверху на него налетела белая трикотажная кофточка с рукавом в три четверти. — И, как вариант пара юбок. — Заключил он, дополнительно вынося более или менее приличные блузки.

— Мы куда-то идём? — Догадалась я. Дима кивнул. — Нам нужно выглядеть прилично? — Понимающе утвердила я и он снова кивнул.

— Только на улице прохладно и я не знаю, что будет к вечеру.

— Ты выгоняешь меня на прогулку на целый день?

— Нет. Мы вместе едем гулять на целый день. Согласись, это важно.

— А куда мы едем ты, разумеется, мне не скажешь. — Он только развёл руками и покаянно склонил голову.

— Тогда мы выбираем вариант, который ты просто не мог бы найти при всём своём желании. — Отодвинула я мужа в сторону и извлекла из гардероба жемчужину, так сказать, коллекции, тёмно-синее платье в пол широкого кроя, из лёгкой непрозрачной ткани, но с чётко обозначенной талией. Покупая его я представляла себя на краю скалы, а ветер при этом непременно должен был трепать широкий подол, который будет взмывать ввысь и тут же опадать, чтобы быть пойманным новым порывом. Да, и обязательно нужно отметить, что эта самая жемчужина, пока была, в принципе, единственным экземпляром так называемой коллекции.

В комплект я выбрала ту же белую кофточку, которая приглянулась Диме. Человеком была не богатым, а, говоря проще и не совсем культурно, не зажравшимся, и не стала делать вид, что моё бельё идеально подойдёт под новый наряд, хотя оно и подходило. А всё почему? Потому что я с умом вникала в это дело и выбирала универсальное однотонное кружевное бельё. Сегодня чёрное, потому оно и подошло.

Дима, увидев меня, наряд оценил довольно сухо, но большего я и не ждала, уже немного изучив повадки и понимая, что на слова его пробивает редко и в исключительных для этого ситуациях. Вот, так как вчера. Мне понравилось.

На завтрак на столе можно было найти две чашечки кофе и тарелку с творожными оладьями, происхождение которых было весьма подозрительно, потому что не известно, откуда они взялись вообще. Но было вкусно. Почему-то показалось, что Дима вылепил их сам…

Для прогулки он выбрал автомобиль с открытым верхом, правда, в связи с погодой, крыша была разложена, но всё равно шикарно. Ключи от неё муж доверил мне.

— Я не сяду за руль. — Первое, что смогла произнести после двух минутного молчания, а ещё через минуту вжимала педаль газа в пол на пустынной воскресной трассе, сопровождая это громким ликующим криком.

День оказался замечательным, как и идея Димы выехать на прогулку. Ближе к обеду выглянуло солнце и наш, как оказалось, пикник, удался. С несколько романтической настроенностью, мы отправились по магазинам, где муж великодушно разрешил опустошить его карманы. Но, так как я не понимала, на что можно потратить столько денег, в большинстве своём, мы просто смотрели. Иногда дурачились в примерочной. Я бы назвала этот процесс «открывались друг другу». И то, что видела, нравилось мне всё больше и больше.

Ближе к шести, когда ходить просто не оставалось сил, мы приземлились в одном из ресторанов, который больше походил на уютное кафе. Дима ухаживал, Дима слушал, Дима рассказывал о себе. Дима в этот день был просто идеальным. Идеальным мужем, идеальным мужчиной, внимательным, заботливым, терпеливым. Ни слова упрёка, ни одного звука на повышенных тонах. Словно и не он вовсе. А я не понимала, как можно быть таким разным. А в голове каша: вот он, подходит ко мне в первый раз — я смотрю на него спокойного, свободного, не такого как все. Вот он вжимает меня в стену клуба со словами «ты вернулась…» — я смотрю на него, дерзкого, сильного, переступающего грани, понимая, что он не такой как все. Вот он в день нашей свадьбы не дышит, пока я не сказала заветного «согласна», а потом хрипло и практически из последних сил выдавливает своё «согласен» и нежно прикасается губами к уголку моих губ. Мои глаза не закрываются, я смотрю на него и понимаю, что он не такой как все. Каждый раз. Каждая встреча, словно вчера. Словно впервые. Первый секс, ключи от квартиры в белом конверте и сухое «мне нужно уехать», мои слёзы… «Она не может выйти за тебя, парень, потому что уже моя жена», мои слёзы. И вчера я проплакала полночи, потому что он не позвал меня с собой. Он так далеко, что сквозняк, летающий между нами, грозит превратить меня в ледышку. Вот он, улыбчивый, интересующийся, но есть что-то ещё. То, что я чувствую, то, что есть, но он не говорит этого вслух. Это можно найти только в его глазах. Почему так быстро, почему внезапно? Мы виделись всего два раза, а на третий я его родной человек. Расставание, а через шесть лет «я тебя люблю и никому не отдам». Не понимаю, просто не понимаю. Смотрю, анализирую, пытаюсь отвлечься и просто наслаждаться рядом с ним, наслаждаться им, но не могу. Опасаюсь, что завтра… уже завтра всё это может исчезнуть. Что он исчезнет, так ничего и не объяснив. Это игра? Это любовь? Но почему и в том, и в другом варианте я страдаю?

— Почему не заказала десерт? — Улыбнулся он, пытаясь развеять внезапную скуку.

Вот уже сам заглядывает в подставленное опытным официантом меню и уверенно чертит взглядом линию до чего-то вкусного. Самого лучшего. Указывает пальцем на выбранное блюдо, улыбается мне, окидывает взглядом зал за моей спиной и меняется в лице.

— Я сейчас. — Сообщает тихо и тут же поднимается из-за стола, точно хочет куда-то успеть. Я заламываю пальцы, чтобы не повернуться в ту же сторону, но когда шум становится очевидным не выдерживаю.

Глава 7

Бывшего ухажёра своей жены Шах заметил как только тот вошёл в обеденный зал. Словно датчик металлоискателя, в голове сработал сигнал. Мальчишка тоже увидел их сразу. Сначала Шаха — они встретились взглядом, потом взгляд парня медленно переполз на узкую спину, глаза сощурились и слишком резкие движения выдали его намерения. Пришлось идти, огибая столы.

Шах пытался понять и проанализировать сегодняшний вечер. Галя боится. Однозначно. Без вариантов. Его? Возможно. Хочет открыться. Вон, даже драгоценность свою доверила и не спрашивает, прочитал или нет. А он не честный. Он сразу Олегу сказал, что хочет увидеть копии. Всю ночь не мог оторваться от экрана, вглядываясь в ровные рифмованные строки, пытаясь уловить настроение, поймать её музу за хвост. Под каждым стихотворением стоит дата. Первое отмечено через месяц после свадьбы. Она плакала. Он словно сквозь экран чувствовал, словно не читает, а слушает её тихий жалобный шёпот. Сам на куски разрывался, пытаясь понять извечное «за что?..». Зря прочитал? Ведь уже на следующее утро она и сама отдала. Доверилась? Да сейчас! Подчистила! Первые работы датируются через два года после свадьбы. Там настроение другое. Ей грустно, просто грустно. Всё так же больно, но понять это можно, только прочитав то, что она хотела утаить. И всё в ней есть и сила, и энергия, уверенности нет. Сам растоптал. Почему? Потому что не мог иначе. Не хотел топтать, но случилось так, как случилось. А теперь она сидит и смотрит на него совиными глазами. Не зная, как поступить. Иногда срывается и её губы только и успевают шевелиться, открывая тайны хозяйки, потом она вздрогнет, опомнится. Шах каждый такой раз может отметить. Практически неуловимо. Она научилась хорошо маскировать свои чувства. Кто был учителем? Он сам.

— Далеко собрался? — Рыкнул Шах в тот момент, когда между ним и Антоном оставалось не более одного шага. Чувствовал себя спокойно, хотя и понимал, что тут горячкой за километр прёт. Парень даже не думает о последствиях.

49
{"b":"280136","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца