ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Владимир Зворыкин

Мемуары изобретателя телевидения

Запись Фредерика Олесси
Перевод, подготовка текста и примечания Василия Арканова
Мемуары изобретателя телевидения - Zvorykin.jpg

Предисловие

– Садитесь, – улыбнулся мистер Пауэрес[1]. – У меня сеть для вас предложение.

– Прекрасно, – ответил я, почему-то подумав, что меня собираются перевести на Гуам или ещё восточнее.

– Мне позвонил Гарри Олсон[2], – продолжил Пауэрс, – и велел узнать, не согласитесь ли вы помочь профессору Зворыкину с подготовкой его мемуаров.

– Конечно, – сказал я, сам удивившись мгновенности своей реакции. Про Зворыкина я тогда практически ничего не знал, хотя и слышал, что он стоял у истоков телевидения. Но мне давно хотелось написать пьесу, главным героем которой был бы учёный, и я, очевидно, сразу сообразил, какую выгоду смогу извлечь из общения с одним из столпов мировой науки.

– Что ж, – сказал Пауэрс, – в таком случае я скажу Гарри, что вы готовы. Не исключено, что эта работа окажется важной вехой в вашей карьере.

– Это никогда не исключено, – улыбнулся я. – Спасибо за предложение.

Не успел я вернуться в свой кабинет, как зазвонил телефон.

– Отправляйтесь прямо сейчас, вас ждут.

Я нашёл номер зворыкинского кабинета в списке работников компании (он оказался в соседнем здании), сказал секретарше, что отлучусь, и вышел в утреннюю прохладу.

– Входите, входите, – послышалось за дверью, когда я постучал в кабинет.

– Мистер Олесси, это профессор Зворыкин, – представил нас Олсон, пододвигая мне стул.

Зворыкин пожал мне руку и жестом предложил сесть.

– Насколько я понимаю, мистер Пауэрс известил нас о предмете нашего разговора, – уточнил Олсон.

– Да, – подтвердил я.

– Вы были бы заинтересованы?

– Да, безусловно.

Зворыкин открыл ящик стола и достал оттуда толстую чёрную тетрадь с перфорированными полями.

– Я уже давно пытаюсь написать автобиографию, – сказал он, протягивая тетрадь мне, – но даже до Второй мировой ещё не добрался. А жена боится, что я превращусь в овощ и не успею закончить.

– Чем я могу быть полезен? – спросил я, принимая от него тетрадь.

– Я не очень дружу с английским, а вы редактор и к тому же знакомы с технической терминологией. Возможно, вы могли бы сделать это удобочитаемым. Посмотрите и дайте знать, будет ли вам интересно.

– Хорошо, – сказал я, вставая. – Я прочитаю и сразу же сообщу.

Мы обменялись рукопожатием, он улыбнулся, и я ушёл.

Рукопись я прочёл в тот же вечер. Невероятно! Ему выпало быть участником двух поистине поворотных событий двадцатого столетия – революции в России и создания телевидения. В революцию он чудом уцелел, а телевидение было бы невозможно без его вклада. Ведь это он разработал действующие модели двух ключевых приборов современного электронного телевидения – иконоскоп (передающую электронно-лучевую трубку) и кинескоп (принимающую электронно-лучевую трубку). До этого существовавшие телевизионные технологии основывались преимущественно на возможности передачи сигнала на расстояние механическим путём.

Утром я позвонил и спросил, когда ему было бы удобно меня принять. «Приходите сейчас», – последовал ответ.

Я предложил выступить не столько в роли биографа, сколько в роли редактора, тем более что значительная часть воспоминаний была им уже написана. Но, с моей точки зрения, главным недостатком его мемуаров был не английский, а отсутствие в тексте главного героя событий. Портрет Зворыкина – настоящий, многогранный, живой – к сожалению, не возникал. Я не понимал, почему: излишняя ли скромность автора не позволяла ему раскрыться, или его сдерживало сознательное убеждение в том, что говорить следует только о фактах, а внутренний мир, надежды, чаяния и сомнения учёного никому не интересны.

Высказывая всё это, я заметил насмешливые искорки в его глазах и больше уже не сомневался, что передо мной не сухарь, а человек тонко чувствующий, глубокий, но почему-то не пожелавший доверить свои переживания бумаге.

– Вот что я вам скажу, Фрэд, – начал он. – Мне довелось лично знать многих замечательных музыкантов. И каждый раз, знакомясь с ними, я ожидал, что в жизни они окажутся такими же великими, как в искусстве.

– Поясните, – попросил я.

– Возможно, вы хотите увидеть в написанном то, чего на самом деле не существует.

Эта фраза окончательно убедила меня в обратном.

С той минуты я поставил перед собой цель раскрыть для себя, а возможно, и для самого Зворыкина, те грани его натуры, которые он так тщательно (и успешно) старался скрыть. Его выдавали только глаза. Это по ним я угадал то, чему впоследствии, когда наше сотрудничество переросло в дружбу, нашёл подтверждение: неиссякаемую иронию по отношению к людским слабостям и абсолютную веру в торжество науки, способной решить любые проблемы, стоящие перед человечеством.

Фредерик Олесс

Апрель 1971

Принстон

Ранние годы 1889-1905

Владимир Козьмич Зворыкин родился в Муроме 30 июля 1889 года[3].

Один из старейших русских городов, Муром стоит в излучине Оки, приблизительно в трёхстах километрах к западу от Москвы.

Первые летописные упоминания о нём относятся к девятому веку. Зворыкин был уверен, что места для поселения облюбовали именно из-за их исключительно выгодного расположения на Оке, ибо в те времена торговля происходила, главным образом, по рекам. Превратившись со временем в процветающий торговый центр, Муром стал подвергаться частым набегам со стороны своих менее удачливых соседей. Вокруг города появились укреплённые стены, но и они не смогли уберечь от грабежей и пожаров во времена монголо-татарского нашествия. С ростом влияния Москвы Муром потерял своё стратегическое значение и к началу восемнадцатого столетия превратился в небольшой процветающий уездный город.

К моменту рождения Зворыкина население города насчитывало порядка двадцати тысяч человек, при этом в городе было двадцать три церкви и три монастыря. Владимир был младшим из двенадцати детей, только семеро из которых выжили – брат Николай и пятеро сестёр: Надежда, Анна, Антонина, Вера и Мария. О семье он писал:

Со своей старшей сестрой Надеждой я общался очень мало: у нас была разница в четырнадцать лет, и когда мне исполнилось семь, она вышла замуж и уехала из города. В том же 1896 году покинул отчий дом и брат Николай. Он закончил школу и поступил в Санкт-Петербургский технологический институт. По-настоящему я узнал его лишь много лет спустя. Следующей уехала Анна: сначала поступать в институт, а затем за границу. До её замужества и переезда в Санкт-Петербург виделись мы редко. Антонина с детства мечтала приносить пользу людям. Для неё выбор профессии был очевиден: она поступила в медицинский институт и стала врачом. Вера получила домашнее образование, вышла замуж и жила в Муроме. Она умерла во время революции. Самой близкой ко мне по возрасту (всего на год старше), моим другом и партнёром по играм была Мария. Учились мы параллельно (она – в женской гимназии, я – в реальном училище) и часть свободного времени проводили вместе.

Мой отец Козьма происходил из большой и состоятельной купеческой семьи. Получив образование в коммерческом училище, он был для своего времени человеком весьма прогрессивных взглядов. Его активное участие в общественной жизни Мурома выражалось в том, что он состоял одновременно членом попечительского совета библиотеки и городской Думы и недолгое время даже занимал пост городского головы. Продолжая семейное дело (оптовая торговля дёрном), он также стал владельцем пароходной компании, осуществлявшей грузовые и пассажирские перевозки по Оке, и директором местного банка. Отцом он был прекрасным, но, ведя одновременно множество разных дел, не мог уделять детям достаточного внимания. Виделись мы, в основном, только за общими семейными трапезами или в церкви, куда, по его настоянию, ходили неукоснительно. Ни один важный семейный вопрос не решался без участия отца, и только хозяйством и домом мать ведала самостоятельно. К нему за помощью она обращалась в исключительных случаях – чаще всего, когда не могла управиться с кем-нибудь из нас.

вернуться

1

Пауэрс, Кернс (1933-2010) – американский инженер и изобретатель, многолетний сотрудник Radio Corporation of America (RCA; Радио Корпорейшн оф Америка, или Радиокорпорация Америки).

вернуться

2

Олсон, Гарри (1901-1982) – один из ведущих инженеров RCA, автор более 100 патентов на различные типы микрофонов.

вернуться

3

Историки Александр Васин и Ксения Велембовская ставят под сомнение год рождения изобретателя. В статье, опубликованной в журнале «Новая и новейшая история» (№ 5, 2009), они приводят копию метрического свидетельства В.К. Зворыкина, сохранившуюся в Центральном государственном историческом архиве Санкт-Петербурга: «В метрической книге, хранящейся в архиве оной города Мурома, Сретенской церкви за 1888 год, мужского пола Владимир, показан рождённым 17 июля, а крещён – 19-го. Его родители: муромский купец, потомственный почётный гражданин Козьма Алексеев Зворыкин и законная его жена Елена Николаевна, оба православные». Васин и Велембовская предполагают, что Зворыкин убавил себе год, чтобы поступить в Питтсбургский университет для защиты докторской диссертации. (Соискатели должны были быть не старше 35 лет.)

1
{"b":"285674","o":1}