ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но компьютеру могло показаться все что угодно, в том числе прямо противоположное этой догадке Сэма. Как он может решать за машину, не зная толком ее программы?

Кроме того, он понятия не имел, что взбрело в голову Парре, затем она следует за ним таким образом. Днем раньше ее помощь могла оказаться кстати, но сейчас, когда ситуация более или менее под контролем, присутствие жены только помеха.

Раздосадованный маг оторвался от псионического поля Парры и посмотрел на Флейм, все еще спящую под деревом.

Если позвать Парру, компьютер обнаружит магию, хотя Тернер может даже не дозваться ее, поскольку телепат он довольно паршивый. Если не позвать, маги будут двигаться вслепую и таких дров наломают, общаясь с той или другой половиной АРК 247!

Парра была умной женщиной, талантливым магом, очаровательной женой и хорошей матерью, но вся беда в том, что она не могла оставить его в покое.

Вот уже годы она была ему советчицей во всех делах, касающихся Деста. В результате Парра привыкла чувствовать себя старшей и мало доверяла его способности справиться с чем-то без ее помощи.

Тернер воспринимал это как легкое, необидное занудство, потому что она действительно знала Дест, Праунс и магию лучше него. Но она ничего не знала о вооруженных силах Древней Земли. Откуда ей знать, что любое вмешательство может запутать ситуацию до такой степени, что она выйдет из-под контроля?

Наконец Тернер отыскал компромисс между бездействием, которое привело бы к рискованному вмешательству Парры, и вызовом жены, за которым мог последовать конфликт с компьютером. Он как можно громче передал мгновенное псионическое сообщение, невербальное предостережение, я котором просил жену держаться от него подальше, а лучше уходить. Не тратя времени на слова и ограничившись одним-единственным эмоциональным концептом, он надеялся, что компьютер примет подобный гравитационный феномен как результат ошибки приборов, а не его, Сэма, поступок.

Флейм пошевелилась, потом прищурилась, глядя на него. Он впервые заметил цвет ее глаз: тусклый, водянисто-зеленый.

— Продолжающиеся гравитационные аномалии перестали передвигаться; сохраняется высота двадцать метров; три объекта находятся приблизительно в двух и одной десятой километра от киборга, — проинформировал его компьютер.

Уже лучше, хотя и не совсем то, что надо. Парра и кто бы там ее ни сопровождал не ушли, но остановились.

В мозгу у Тернера возникло необычное ощущение, до странности похожее на сосание под ложечкой, странно назойливое. И он понял, что Парра отвечает на его сигнал тем же самым способом, пытаясь без слов сообщить ему, что донельзя важная причина заставила ее следовать за ним.

Может быть, и правда, сказал он себе. Тут же в голову пришла мысль, что кто-то из детей заболел, но Флейм потянулась и он забыл обо всем на свете. С чем бы ни пришла Парра, ей придется подождать. Угроза, с которой он столкнулся здесь, куда страшнее, ибо касалась не только его семьи, но целой планеты. Через мгновение Флейм проснулась окончательно.

Что это теперь была за личность? И было ли чистым совпадением, что она проснулась именно в этот момент, или она каким-то образом почувствовала его телепатический сигнал?

Самое большее, что могла почувствовать Флейм, — это легкое покалывание в теле. Он сам так привык к нему, что не обращал на него внимания. Тернер обычно чувствовал, если кто-то занимался магией неподалеку, но только потому, что воспринимал магию псионически, а не вследствие качеств, которыми обладал как киборг.

Он не сообразил, что покалывания достаточно, чтобы разбудить Флейм.

Хотя если она уловила что-то еще...

Тут он оборвал свою мысль и начал думать о другом.

Тернер был ужасным телепатом по стандартам магов Праунса: его аура так отличалась от нормальной, что ее трудно было сцеплять с другими — результат перестройки нервной системы, когда из него делали киборга на Марсе. Это значило, что другим магам было трудно читать его мысли, даже если он не таил ничего и думал четко и медленно на диалекте Праунса.

Нервная система Флейм была реконструирована по тем же направлениям, что и его. Ее аура тоже могла быть искаженной и аномальной — тем не менее она должна быть близка его собственной.

Таким образом, он без труда мог читать ее память, чего не сумел бы любой другой маг, хотя обычные, незащищенные мысли или мысли тех, кто старается ему помочь, Тернеру не очень-то давались.

Этот резонанс, если он действительно существовал, объяснял, почему Флейм что-то чувствовала, когда Тернер передавал свою информацию.

Итак, если память Флейм для него действительно открытая книга, дело совершенно меняется. Он получает громадное преимущество. Во-первых, можно знать заранее, что замыслил враг. Во-вторых, он в любое время может заглянуть в нее и увидеть, какая личность доминирует.

Тернер никогда не был горячим поклонником телепатии. Но сейчас перед ним соблазнительно раскрылись все возможности этого рода магии.

Он мог бы понять, что движет Флейм, и, возможно, переубедить ее. Мог слышать ее тайные разговоры с компьютером. Он мог бы найти ее настоящее имя и использовать его как освобождающий код — и это очень быстро решило бы все проблемы. Если бы заново интегрированная личность Флейм оказалась здравомыслящей, можно вздохнуть спокойно раз и навсегда, а если бездумной и склонной к разрушениям, как и нефункциональная, Тернер уничтожил бы ее, не боясь последствий, потому что компьютер, как и Флейм, был бы освобожден кодом от военной программы.

Слишком заманчивая возможность, чтобы упустить ее, пусть даже компьютер заподозрит неладное! Шаг за шагом, осторожно и аккуратно прокладывая себе путь через гипнотические блоки, установленные инструктажем, он попытается добраться до подавленных воспоминаний о гражданской жизни Флейм. В конце концов Тернер нашел бы ее имя и смог превратить АРК 247 из боевого корабля в безвредный реликт давно прошедшей войны.

Конечно, если предположить, что у него и на практике так же хорошо, как в теории, получится просмотреть ее разум.

Тернер оценивающе оглядел Флейм. Она тоже посмотрела на него, не торопясь что-либо сказать или сделать.

Необходимо попробовать, сказал он себе. Посмотрим, сработает ли.

Сэм напрягся, нащупывая путь через разделяющее их пространство, пока не почувствовал ауру психической энергии вокруг АРК 247. Он попытался увидеть форму этой ауры, узнать, какая из личностей смотрит на него этими тускло-зелеными глазами и думает ли она до сих пор по-русски.

Вдруг что-то взвизгнуло в голове Тернера, и сосредоточенность исчезла; старые рефлексы отбросили киборга в сторону, заставив потянуться за гранатометом.

— Мэй дэй! Мэй дэй! Мэй дэй!

— Тревога! Тревога! Тревога! — кричал компьютер. — Гравитационные аномалии сосредоточились на обоих киборгах! Предполагаемое вражеское воздействие!

— Тревога! Тревога! Тревога!

Флейм рванулась, на ходу повернувшись так же, как и он, снарк снова был в ее руке, палец — на спуске. Каким-то образом, несмотря на разорванность его собственных мыслей, а может быть, именно благодаря этому Тернер смог почувствовать, что прошло через ее сознание, — не просто догадаться, но узнать наверняка, так, как если бы ее сознание было частью его собственного.

В голове АРК 247 не было мыслей — точнее, их было не более, чем в мозгу некоторых простейших животных. Там существовали только рефлексы и постоянное внимательное «впитывание» всего, что происходит вокруг.

Боевая личность приготовилась к нападению.

Она пока не воспринимала его как напавшего на нее врага, но она оценивала ситуацию на иррациональном, подсознательном уровне. Угроза не отступала, незримая и неощутимая, переданная ей сигналом компьютера — сигналом, состоящим не из слов, а из монотонного гудения на определенной частоте, которое иные ее личности сочли просто фоновым шумом.

Данная личность, однако, воспринимала его как безошибочный знак смертельной опасности, которую надо преодолеть или избежать.

29
{"b":"28603","o":1}