ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

У Министра не было возможности следить за каждым префектом, вице-королем или губернатором по всей империи. И, конечно, доклады агентов не всегда доходили до Горнира — кое-кто из подчиненных мог посчитать, что именно этот доклад, если он существовал, не достоин внимания шефа. Горнир решил все проверить лично.

Письмо содержало стенографическую запись показаний одного из помощников префекта, и в этих показаниях не было и намека на то, что подчиненные не любили Аноку, или на иные обстоятельства, позволявшие предвидеть такой поворот событий.

— Поверьте моему слову, на сей раз заваривается серьезная каша. — Шуль поднялся с кресла. — Теперь, когда у нас нет прямых контактов с богами, появляются типы, которые подвергают сомнению факт, что мы все ещё пользуемся милостью небес. Они думают, будто им позволено делать все что заблагорассудится, в том числе третировать чиновников Домдара, словно заурядных обывателей.

— Мы и есть теперь заурядные обыватели, — пробормотал Горнир, не вслушиваясь особенно в слова Шуля.

В письме упоминалась и убитая вместе с префектом его сожительница. Может быть, она послужила причиной преступления? У неё мог быть ревнивый возлюбленный, или слишком горячий отец, или брат, которому казалось, что Анока относится к ней как-то не так…

Традиционным средством мести в Матуа был яд, поэтому Министру никогда не доводилось слышать о проникновении в дом через крышу и о вспарывании животов во время сна. Однако нельзя исключать того, что родичи сожительницы не чтили традиций.

Помимо прочего в сообщении говорилось о том, что из дома украдены золотые вещи и некоторые иные ценности. Доклад, однако, был непростительно краток во всем, что касалось количества и стоимости украденного. В нем, например, не указывалось, чьих рук это дело: одинокого убийцы, прихватившего кое-какие вещички на память, или целой банды, начисто разграбившей дом. В Матуа, естественно, водились воры — не так много, правда, как в Олнамии, где воровство считалось искусством, но все же гораздо больше, чем в Сотале или Даоне…

— Мы — избранники богов! — вдруг заорал Шуль, от чего Горнир вздрогнул.

— Были таковыми, — заметил он, отрывая взгляд от пергамента. — Теперь мы обычные люди, самостоятельно ведущие свои дела. И мне бы хотелось, чтобы дела эти шли как можно лучше…

Его прервал звук открываемой двери. Оглянувшись, он увидел вошедшего Принца Гранзера. Министр поспешно свернул пергамент и спрятал его в складках одежды.

— Ваше Высочество! — Горнир встал с кресла.

— Милорды! — Принц слегка склонил голову.

— Как чувствует себя Ее Величество? — вежливо поинтересовался Горнир.

— Ее Величество — старая женщина, страдающая артритом и несварением желудка, которой вдобавок приходится терпеть раздоры между своими детками. В остальном же она чувствует себя превосходно, — кисло произнес Принц и тут же прибавил:

— По крайней мере сегодня она ухитрилась удержать в желудке свой завтрак.

Горнир нахмурился. Но не потому, что Гранзер проявил неуважение, — Министр к этому привык, да и положение Принца допускало некоторую вольность по отношению к правящему дому. Лорда беспокоили возникшие за последний год осложнения с пищеварением Императрицы. Ее здоровье имело огромное значение, так как Империя не была готова к переменам. Беретрис восседала на троне без малого полвека, и механизм восшествия на престол нового суверена несколько заржавел, а возможно, и вообще вышел из строя, так как оракулы теперь не могли ни предупредить о предстоящей кончине монарха, ни помочь в выборе наследника или наследницы.

— И что же привело вас ко мне? — осведомился принц, устало массируя виски кончиками пальцев.

— Голод, Ваше Высочество, — торопливо ответил Горнир, не давая возможности Шулю высказаться первым. — На внешнем архипелаге Островов Вируэт погиб урожай, чума истребила тысячи овец, улов рыбы оставляет желать лучшего. Начать хотя бы с того, что запасы продовольствия пошли на убыль…

— Но почему так сократились запасы? — со вздохом прервал Министра Принц. — Разве мы их не предупреждали, что не можем теперь предсказывать погоду?

Горнир виновато пожал плечами.

— Цены на зерно на Островах в прошлом году были очень высокими. И фермеры не устояли перед соблазном продать урожай. Рыба и овцы не способны прокормить жителей Островов.

— Если они так хорошо заработали на продаже зерна, то почему бы им не прикупить его в этом году? — спросил Гранзер.

— В этом году цены ещё выше, — пояснил Горнир.

— Коль скоро они обращаются к Империи с просьбой помочь им в несчастье, мы это сделаем, — кивнул Принц. — Но почему вы считаете, что этим должен заниматься именно я, а не кто-то иной на более низком уровне?

— Потому что у меня нет возможности организовать доставку зерна, — ответил Горнир. — С помощью Лорда Дабоса я собрал достаточное количество продовольствия для островитян — оно сейчас находится в портах Форстен и Ришна Габиделла. И я был вынужден просить Леди Мирашан и Лорда Орбалира помочь с доставкой, однако они не соглашаются добровольно сделать это. Полагаю, вы предпочитаете не нанимать частных судов, чтобы не наносить урон Имперскому Казначейству.

— Мирашан… — задумчиво протянул Принц Гранзер. — Но что она может сделать? У неё нет кораблей, способных отправиться на Острова.

Леди Мирашан была Министром Торговли и контролировала порты, а не флот. Пузатые плоскодонные портовые суда, подпадающие под её юрисдикцию, не могли пересечь бурные северные моря. Но у Горнира был готов ответ.

— Она могла бы взамен портового сбора обязать все суда, направляющиеся в Вируэт, использовать зерно в качестве балласта. Зерно передавалось бы губернатору в порту Мабор для последующего распределения.

— А Орбалир мог бы просто направить свои корабли, — продолжил за Министра Гранзер.

Лорд Орбалир был Комиссаром Имперского Флота и отвечал за военные суда.

— Совершенно верно, Ваше Высочество.

— И каковы масштабы этого голода? — поинтересовался Принц.

Лорд Горнир изложил цифры и факты.

Полчаса спустя вопрос был решен. Нехватка продовольствия оказалась настолько серьезной, что островитяне могли стать неуправляемыми и отказаться платить владельцам торговых судов. В силу данного обстоятельства перевозка возлагалась на военный флот Лорда Орбалира с морскими пехотинцами на борту, способными обеспечить порядок при распределении зерна.

— У вас есть вопросы ко мне, милорд? — спросил напоследок Гранзер.

Горнир не знал, как поступить. Он дотронулся до того места под одеждой, где дожидалось своего часа сообщение храмовых магов о ситуации в Матуа.

Простое убийство, хоть и совершенно неожиданное, вряд ли заслуживало внимания Председателя Имперского Совета. Кроме того, Принц выглядел очень утомленным.

— На сегодня все, Ваше Высочество, — с поклоном ответил Горнир.

— Отлично, — произнес Гранзер и обратился к Лорду Шулю:

— Вы проявили величайшее терпение, милорд. Что я могу для вас сделать?

Лорд Шуль пустился в очередную филиппику о необходимости радикально реформировать правительство, ограничить власть Великого Храма и его жрецов и приблизить работу Имперского Совета к требованиям современности.

Лорд Горнир не стал слушать гневные рассуждения коллеги. Он тихонько выскользнул из приемной, желая как можно скорее известить о решении Принца Лорда Орбалира. После этого он собирался зайти в Великий Храм, чтобы направить в Пай Шин послание губернатору Матуа с приказом назначить нового префекта. Кроме того, следовало послать распоряжение непосредственно властям Хао Тана, чтобы те не жалея сил вели поиски преступников.

Дело, конечно, было не особо важное, но внимания все же требовало.

16
{"b":"28609","o":1}