ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 30

Проснувшись, Валдер не сразу понял, где он находится. Помещение загромождали полки с книгами и всевозможные магические принадлежности. Какие-то странные предметы торчали из ящиков и свисали со стола. Кровать была задвинута в самый угол. Конечно же, Аграван Золотой глаз! События прошлой ночи постепенно восстанавливались в памяти. У него вдруг вспыхнул огонек надежды: наконец-то появился чародей, который перед ним в долгу. Вдруг можно будет что-то сотворить с Вирикидором!

Однако надежда испарилась, когда он вспомнил слова Ларенны. С мечом ничего не удастся сделать.

Во всяком случае, он может восстановить зрение, если спасенная чародейка испытывает к нему чувство благодарности. Это принесло бы ему облегчение и, возможно, несколько отдалило то время, когда смерть будет казаться ему желанным избавлением.

Валдер поднялся на ноги. Лучше бы он этого не делал! Ему пришлось так много ходить в последние дни. Кроме того, он рухнул в постель, не снимая сапог. Потные ступни нещадно болели. Он увидел кувшин с водой, оставленный заботливым хозяином, стащил сапоги и принялся растирать ноги мокрыми ладонями.

За этим мало элегантным занятием его и застал Аграван.

– Доброе утро, сэр, – приветствовал его юный чародей.

– Доброе утро. Позвольте поблагодарить вас за гостеприимство, – ответил Валдер.

– Что вы, что вы! Я никогда не смогу вернуть свой долг Иридит, а она, в свою очередь, вам многим обязана.

– Она очень добра, если так говорит.

– Не желаете ли позавтракать? Иридит поднялась, и я уверен, у нас есть много, что рассказать друг другу.

– С удовольствием.

По правде говоря, он понятия не имел, что в его рассказе могло бы заинтересовать чародеев. Натянув сапоги, он последовал за хозяином дома.

Завтрак оказался отменным, но Валдер этого почти не заметил. Он подробно поведал о свойствах Вирикидора, о том, как стал собственником зачарованного меча и как пытался исправить положение.

Когда Валдер закончил, Иридит спросила:

– Вы и вправду желаете умереть?

– Нет, – признался он. – Но смерть кажется мне единственным выходом.

– Так у вас нет других вариантов?

– Вы же знаете, я обращался к чародеям, и они ответили, что заклятие невозможно снять, не убив меня.

– По-видимому, они правы. Во всяком случае, я таких способов не знаю, – произнесла Иридит, намазывая масло на бисквит. – Однако, как справедливо заметил Таггер Младший, имеются пути обойти заклятие. Мне не доводилось встречать этого парнишку, но, похоже, из него выйдет толк.

– Но как это можно сделать? Я живу, пока владею мечом, и владею им, пока живу. Из этого заколдованного круга не вырваться. И главное – я буду становиться все дряхлее и дряхлее. Я не против вечной жизни, а против этого бесконечного старения.

– Понимаю. Но почему вы должны стареть?

Валдер не понимал, зачем чародейка сознательно прикидывается идиоткой, но все же вежливо ответил:

– Мне кажется, что у меня нет выбора.

– Ну, здесь вы ошибаетесь. У вас есть выбор. У других, может быть, и нет, а у вас есть. Вы просто не знаете об этом.

Старик никак не мог разобраться – что это, загадка или женщина просто болтает глупости.

– Что вы имеете в виду?

Валдер сдерживался из последних сил, чтобы не сказать грубость, – все-таки женщина прошлой ночью спасла его от увечья. Кроме того, обижать чародеев – занятие вообще небезопасное.

– Как вы думаете, сколько мне лет?

Подивившись очаровательной женской непоследовательности, Валдер ответил:

– Года двадцать два – двадцать три.

Если бы он не хотел польстить, то честно бы сказал – двадцать пять.

Она улыбнулась, и Валдер, который толком не смог рассмотреть Иридит вчера, поразился, как прекрасно было ее улыбающееся лицо.

– Мне двести восемьдесят восемь лет.

Валдер онемел, он просто не знал, как реагировать на такое возмутительное заявление. Он, конечно, слышал сказки о бессмертных чародеях – кто их не слышал, – но никогда не воспринимал их серьезно. Два его друга подвизались на магическом поприще: один стал теургом, другой чародеем. И если не учитывать их профессиональных возможностей, оба оставались самыми обыкновенными людьми.

– Кажется, вы мне не верите, – произнесла Иридит, увидев выражение его лица. – Тем не менее это правда. В течение ста лет при адмиралах Сайдоре и Датете я несла службу боевого чародея и ушла на покой задолго до того, как к власти пришел Азрад. Я родилась еще до того, как здесь возник город, задолго до строительства дворца и прокладки Нового канала. Имеются заклинания, восстанавливающие юность и сохраняющие ее навеки.

– Почему же я в таком случае ничего не слышал о них? – не скрывая скептицизма, спросил Валдер.

– Разве вам не доводилось слышать о чародеях, которым перевалило за сотню лет?

– Конечно, доводилось. Но это не более чем слухи, Кроме того, все эти чародеи, как говорили, выглядели старыми и дряхлыми, а не молодыми и прекрасными.

Иридит опять улыбнулась:

– Спасибо за комплимент. Это мое настоящее лицо. Не все чародеи, умеющие восстанавливать юность, возвращаются в нее. Многие предпочитают оставаться в том возрасте, в котором они овладели заклинаниями, останавливающими старение. Обычно это происходит не ранее шестидесяти – семидесяти лет. У меня хватило тщеславия (кроме того, мне страшно надоело жевать вставными зубами), и я избрала иной путь. Когда я постигла этот секрет, мне было... подождите... мне было... да, семьдесят четыре года.

– Но это не объясняет, почему я раньше ничего об этом не слышал.

– Потому, что они держатся в тайне – за этим следит Гильдия чародеев. Даже во время войны, когда армия узнала множество наших секретов, этот мы оставили при себе.

– Но почему?

– Разве это не очевидно?

– Во всяком случае, не мне.

– Заклинания эти чрезвычайно сложны, необходимые ингредиенты крайне дороги, наложение чар поглощает огромное количество магической энергии. Если все узнают об этих заклинаниях, то пожелают ими воспользоваться. Кому не захочется вечно оставаться молодым? Но это весьма непрактично. Во-первых, если никто не будет умирать от старости, Мир очень скоро окажется переполненным. Во-вторых, мы просто не сможем применить заклинание ко всем желающим – слишком мало ингредиентов, а огромный расход магической энергии может привести к разбалансированию нашей реальности. Неужели вы полагаете, что большинство согласится с этими доводами? Многие люди и без того не доверяют чародеям. Зная о том, что можно получить вечную молодость, и видя, что мы не предоставляем ее, они обвинят нас в том, что мы храним тайну, исходя из наших злобных побуждений. – Помолчав, она добавила: – Кроме того, вокруг слишком много людей, которых я не хотела бы видеть живыми спустя столетия.

Валдер был вынужден согласиться, но все же спросил:

– Ну, а как же в отношении поистине значительных людей? Почему, если это возможно, вы не восстановили юность Азрада? Он – великий человек, правитель самого богатого в Мире города и может заплатить за нужные ингредиенты, сколько бы они ни стоили.

– О, чародеи, бесспорно, смогли бы восстановить его молодость, и, конечно, он способен заплатить, но мы не желаем этого. Азрад действительно оказался неплохим правителем, так же как до этого – хорошим адмиралом. Но, если он останется жить вечно, то наверняка изменится к худшему. Разве он сможет сочувствовать обычным людям, зная, что сам бессмертен? Кроме того, у него появится неоправданное преимущество перед остальными триумвирами. У него будет вечность на планирование и реализацию интриг, чего нет у обычного смертного правителя. Через сто – двести лет он будет править всем человечеством, включая, возможно, и чародеев. Мы не хотим допустить этого. Мы предоставляем всем правителям одинаковые возможности. Кроме того, невозможно будет сохранить тайну заклинания, если мы применим его к Азраду или к другим выдающимся деятелям. Если Азрад на следующем параде появится тридцатилетним мужчиной, все догадаются о существовании заклинания Вечной молодости. Конечно, если поверят, что перед ними Азрад, а не похожий на него молодой наглый самозванец.

53
{"b":"28615","o":1}