ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Через десять дней, пройдя при северо-восточном ветре лишь 200 миль, плот в 600 милях юго-восточнее атолла Мани-хики испытывает такую качку, что Уиллис не может произвести измерений высоты солнца. Он пробует 30 или 40 раз с палубы и с крыши домика. Результаты ненадежны.

Однажды, когда океан был бурным, Уиллис опять работал за бортом, предприняв очередную попытку временно наладить рули. Когда он, глубоко погруженный в воду, напрягся, чтобы переместить руль, то внезапно почувствовал парализующую боль в левой части живота. В первое мгновение ему показалось, что обломок металла впился в тело. От резкой боли перехватило дыхание. С огромным усилием он выбрался на палубу. Долго лежал, пока не пришел в себя, и тогда тщательно обследовал живот. Не оставалось сомнений в том, что это грыжа. К счастью, в походной аптечке у него имелся эластичный бандаж. Уиллису удалось оказать себе первую помощь. Таблетки морфия усмирили боль. В тот же день вечером он снова опустился за борт и закончил прерванную работу. В последующие дни боль не повторялась. Однако теперь, прежде чем начать любую тяжелую работу, мореплаватель вынужден был туго перевязывать живот бандажом.

«Беспредельный возраст» прошел около 6700 миль. Это соответствовало длине пути, который прошли «Семь маленьких сестер» в 1954 году по маршруту Кальяо — Паго-Паго. Но сейчас плот описывал намного более крутую дугу, в результате чего до Паго-Паго по прямой линии оставалось еще 700 миль. Па этот раз скорость плавания была больше: теперешние 6700 миль он прошел за 100 дней, а предыдущие — за 115.

Уиллису пришлось задуматься о дальнейшей судьбе экспедиции. После аварии с рулями грыжа была второй серьезной помехой для успешного завершения рейса. Пи один врач не позволил бы продолжать путешествие в таком состоянии.

И вдруг еще одна беда — вода в бочках стала совершенно непригодной для питья. Правда, она уже давно приобрела скверный привкус, но только теперь Уиллис ощутил неприятные последствия от ее употребления. В итоге сложилась почти безнадежная ситуация. Вскоре появились признаки острого отравления, в том числе высокая температура. Уиллису припоминаются ужасные случаи гибели целых экипажей вследствие инфекционных отравлений, вызванных непригодной для питья водой. Он прибегает к самым эффективным, по его мнению, лечебным средствам: аспирину, морской воде, очищению желудка рвотой… К счастью, на борту есть запас воды в банках, которым его снабдил капитан судна «Санта-Маргарита». Но о горячем чае нечего и мечтать — он не в силах воспользоваться плиткой. Остается пить воду с лимоном.

В течение долгих часов обессиленный мореплаватель лежит на палубе, ожидая, когда наступит облегчение.

Утром следующего дня Уиллис чувствует себя несколько лучше, но силы еще не восстановились, его лихорадит. Очередная банка воды, смешанной с лимонным соком, приносит ему некоторое облегчение. Чуть позже он приготавливает себе еду. Возвращается аппетит — признак здоровья.

В течение двух дней, пока он болел, плот был предоставлен сам себе и ветрам.

Через два дня «Беспредельный возраст» плывет, подгоняемый все усиливающимся ветром, вздымаясь на высоких волнах, которые немилосердно треплют плот. Вода ежеминутно заливает палубу. Уиллис держит курс на запад, иногда несколько отклоняясь на юг. С помощью ветра и течения плот достигает в полдень 13°30/ южной широты. Обстоятельства вынуждают Уил-лиса отказаться от курса, пролегающего между 10-й и 12-й параллелями. Но судьба вознаграждает его за неудачу, в которой повинны неблагоприятные ветры: ночью идет дождь, и Уиллису удается Собрать 40 литров воды. Возвращается хорошее самочувствие; после того как он съел печень пойманной акулы, прибывают силы и будущее видится ему в более радужных тонах. Дождевая вода явилась особенно ценным даром судьбы, ибо мореплаватель, экономивший воду в банках «на черный день», заметил у себя, несмотря на употребление морской воды, первые признаки обезвоживания организма.

Сильный ветер день за днем сталкивает «Беспредельный возраст» все более на юг, и вскоре плот, идя на юго-запад, пересекает 14-ю параллель, возле которой лежит остров Тутуила, — в в предыдущем рейсе Уиллис пытался к нему подойти на «Семи маленьких сестрах».

Разумеется, такому повороту событий не обрадуешься. Однако мореплаватель знает, что одним из элементов успеха в подобных экспедициях является умение перестраиваться соответственно сложившейся ситуации. Поэтому он планирует обход архипелага Тонга и островов Фиджи с юга, коль скоро невозможно обойти их с севера.

Главное, ему удалось оправиться после опасного отравления. Дополнив свой рацион консервированной фасолью, картофелем и овсяной мукой, Уиллис вскоре набирает прежний вес.

Спустя четыре дня «Беспредельному возрасту» опять довелось испытать на себе вероломство океанской стихии. Достигнув 17°20' южной широты — самой южной точки своего путешествия, он снова повернул. Это случилось 22 октября после длинного галса сперва на юго-запад, а затем почти точно на юг. Свыше 400 миль — до 163°304' западной долготы!

Ветер переменился на юго-западный, и Уиллис, не имея другого выхода, поплыл обратно на северо-запад. Что поделаешь! Он проклинал «постоянные», как указывалось в картах, ветры и злополучные рули, вынуждавшие его плыть только с использованием ветра. Но держался, как всегда, стойко.

Пять дней и ночей «Беспредельный возраст» двигался в противоположную сторону, пройдя свыше 300 миль. Уиллис опять было начал планировать обход островов Самоа и Фиджи с севера, когда ветер вдруг переменился… на северный. Сила его быстро возрастала, и плот во второй раз поплыл на юг. Однако не прошло и двадцати часов, как ветер снова перешел в южный, а «Беспредельный возраст» повернул свой нос на север.

Возвратившись на первоначальный курс, упрямый мореплаватель утешал себя надеждой на то, что это лишь мимолетный каприз океанской стихии.

28 октября Уиллис, плывя на север, во второй раз пересек 12-ю параллель южной широты, которую «Беспредельный возраст» уже прошел вчера, прежде чем был отброшен северным ветром. Ну что ж, все идет хорошо. Он будет держать северо-западный или по крайней мере близкий к нему курс, двигаясь вверх, чтобы обойти Самоа с севера. Погода по-прежнему плохая. Низкие тучи, сильный ветер, высокие волны…

То была действительно западня океана. Чтобы выбраться из нее, мореплаватель использует все свое мастерство и все силы. Все чаще подводят рули. Хорошо хоть держатся кили и паруса находятся в удовлетворительном состоянии. Если б не авария рулей, «Беспредельный возраст» находился бы уже на сотни миль западнее. Быть может, если бы не опоздание, он встретил более благоприятные ветры, с помощью которых в эти дни преодолевал бы уже последние мили огромного пути. Умение смириться с собственным бессилием перед непредвиденными обстоятельствами и капризами океанской стихии — самое трудное для того, кто отважился плыть на плоту. Уиллис обладал этим качеством.

Рули! Они стали нескончаемым кошмаром этого рейса. Именно их неисправность была причиной того, что «Беспредельный возраст» в течение двух последних недель блуждал в океане, то и дело меняя курс.

Ежедневно по нескольку раз Уиллис отправлялся за борт, чтобы укрепить новые тросы, которые в зависимости от силы ветра и состояния океана держались дни, а иногда лишь часы. В этом была причина продления рейса по меньшей мере на месяц, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Погода все более портилась, плот изнашивался, а одинокий человек терял силы. Только силы, ибо стойкость и мужество не покидали его никогда.

Октябрь приходит к концу, и Уиллис с сожалением делает для себя т лл-вод, что при такой ситуации ему никогда не достичь Австралии. Следует прервать путешествие, зайти в порт, чтобы произвести ремонт, необходимость в котором существует вот уже четыре месяца. Уиллис выбирает Паго-

Пагона Самоа. Решение трудное, но логичное. Дальнейшие блуждания среди множества островов и рифов на неуправляемом плоту были бы лишь вызовом судьбе…

37
{"b":"28617","o":1}