ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Императорские наложницы несколько раз пытались оплакивать добровольное расставание со своей косой императора, наставники императора много дней после этого акта ходили с хмурыми и недовольными лицами.

Джонстон по мере взросления императора расширял круг внеклассных тем, которые обсуждались во время занятий с Пу И. Он рассказывал о жизни английского королевского двора, о политическом устройстве различных государств, о силе держав после Первой мировой войны, о природе и обычаях в разных странах мира, о «великой Британской империи, в которой никогда не заходит солнце», о гражданской войне в Китае, о движении за новую литературу на разговорном языке байхуа и его связях с западной цивилизацией. Под влиянием Джонстона он решил принять во дворце одного из руководителей движения «4 мая» 1919 года Ху Ши. Вот как это событие описывал Пу И: «Позабавившись так некоторое время (имеется в виду развлечения императора по телефоу, которые он устраивал), я вдруг вспомнил о докторе Ху Ши, о котором только что упоминал Джонстон. Мне захотелось послушать, каким голосом разговаривает этот автор „Пикника на берегу реки“, и я назвал его номер. Так получилось, что подошел к телефону он сам. Я спросил:

– Вы доктор Ху Ши? Прекрасно. Угадайте, кто я?

– Кто вы? Что-то я не могу узнать…

– Ха –ха! Можете не отгадывать. Я скажу. Я – Сюаньтцн!

– Сюаньтун?.. Это ваше величество?

– Верно. Я импертор. Теперь я услышал ваш голос, но я еще не знаю, как вы выглядите. Будет свободное время – заходите во дворец, чтобы я имел возможность посмотреть на вас.

Эта случайная шутка действительно привела его во дворец. Джонстон рассказывал мне, что Ху Ши специально навестил его, чтобы убедиться в подлинности телефонного звонка, ибо он не смел и надеяться, что «его величество» позвонит ему по телефону. Он тут же узнал у Джонстона процедуру посещения дворца, понял, что я не заставлю его отбивать земные поклоны и что характер у меня неплохой» [26].

Встреча с Ху Ши длилась всего 20 минут. Пу И спросил его о назначении раговорного языка байхуа и о том, где он бывал за границей и т.п.

Однажды в апреле 1924 года иператор принял занменитого индийского писателя Рабиндранат Тагора.

Говорил Джонстон и о возможности реставрации цинской династии, и о ненадежности милитаристов… Он внушал императору мысль о необходимости поехать на учебу в Англию, в Оксфордский университет, где учился сам принц Уэльский. Там его воспитанник сможет получить множество различных знаний и расширить свой кругозор. Благодаря Джонстону в Запретном городе побывали начальник главного штаба английских военно-морских сил и английский генерал-губернатор города Гонконга. Каждый из них с необычайной вежливостью выражал свое почтение Пу И, называя его «ваше высочество».

В 1922 году летом решимость Пу И уехать за границу учиться возросла. Однако против этого резко выступили князья и родня императора. Джонстон, к которому император обратился за помощью в выезде за рубеж, был также против, сказав, что еще не время. Договорились с князьями, что будет только подготовлен на территории английской концессии в Тяньцзине дом, где Пу И в случае крайне необходимости мог бы укрыться. Так как императору трудно было покидать Запретный город, то он втайне договорился со своим младшим братом Пу Цзе, с которым у них были настоящие дружеские отношения, и которому разрешалось свободно уходить и бывать в городе, чтобы тот стал соучастником подготовки побега императора. Прежде всего для этого необходимо было запастись деньгами. Братья решили самые дорогие каллиграфические надписи, высоко ценимые в Китае, картины и антикварные изделия, якобы подаренные императором Пу Цзе, выносить за пределы дворца и собирать в купленном доме на английской концессии в Тяньцзине. И вот, в течение шести месяцев, уходя после занятий домой, Пу Цзе ежедневно уносил с собой большой сверток с надписями, картинами, старинными предметами, причем лучшими из лучших. В то время Департамент двора и наставники вели учет каллиграфических произведений и картин, и по составленным ими спискам Пу И выбирал самые ценные. Редкие книги, изданные в сунскую и минскую эпохи и находившиеся в зале Сичжаожэнь дворца Цяньцингун, также потихоньку «уплывали» из запретного города и оказывались в Тяньцзине. Общее количество вывезенного, поданным Пу И, составляло свыше 1000 настольных свитков с иероглифами и картинами, свыше 2000 различных стенных свитков и отдельных листов из альбома, свыше 200 редких ксилографов сунской эпохи. Многие из этих вещей потом оказались за границей. После образования марионеточного государства Маньчжоу-Го советник Квантунской армии японец Есиока перевез все эти ценности из Тяньцзиня на Северо-Восток. Трудно сказать, что с ними стало после капитуляции Японии в 1945 году.

Иногда у Пи И возникали реформаторские идеи, так он вдруг решил, что необходимо переделать летний дворец Ихэюань и торговый пассаж или торговые ряды [27].

Пу И и его окружение после его отречения от престола продолжали жить в Запретном городе в соответствии с «Льготными условиями для цинского двора».

Эти «Льготные условия» сводились к следующему:

1) После отречения императора великой цинской империи от престола его почетный титул сохранялся за ним. В дальнейшем Китайская республика будет относиться к нему с почетом, как к любимому иностранному монарху.

2) После отречения императора великой цинской империи от престола двору ежегодно будет выплачиваться 4 миллиона лянов серебра, или 4 миллиона юаней после денежной реформы. Данная сумма будет выплачиваться Китайской республикой.

3) После отречения императора еликой цинской империи от престола он временно может жить в императорском дворце. В дальнейшем резиденция императора должна быть перенесена в летний дворец Ихэюань. Его личная охрана может быть сохранена.

4) Строительство гробницы императора Дэцзуна (посмертное имя Гуансюя) завершится по намеченному плану. Церемония погребения будет совершена согласно существующему старому ритуалу. Все связанные с этим затраты возлагаются на Китайскую Республику.

5) Может оставаться на работе весь обслуживающий персонал дворца. Прием новых слуг и евнухов не разрешается.

6) После отречения императора великой цинской империи от престола его личная собственность станет особо охраняться Китайской республикой.

Прежняя дворцовая охрана будет влита в армию Китайской республики. Ее численность и размеры жалованья остаются прежними [28].

Однако средства, определенные «Льготными условиями», несмотря на оговоренную сумму, с каждым годом уменьшались несмотря на то, что расходы во дворце выли высокими. Чтобы их покрыть Департамент императорского двора ежегодно продавал и закладывал антикварные картины, каллиграфические надписи, золотые, серебряные и фарфоровые сосуды и изделия.

Упомянутое в «Льготных условиях» «временное проживание во дворце» не было ограничено конкретно установленным сроком. Кроме трех больших дворцовых залов, отошедших государству, вся остальная территория Запретного города по-прежнему принадлежала императорскому дому. И в этом маленьком мирке Пу И прожил почти тринадцать лет, до его изгнания республиканской армией в 1924 году.

Императорский двор, насчитывающий тысячи чиновников, евнухов, гвардейцев, наложниц гарема, императорской родни и жен, составлял маленькое государство в государстве с собственным управлением, законами, судом и финансами. Понятное дело, что для определенных ежедневных и периодических ритуалов и церемоний требовались специальные учреждения и персонал. Этим занимался Нейуфу или Департамент императорского двора, состоящий из большого штата министров и мандаринов, подразделялся на семь ведомств: ведомство дворцового казначейства, ведомство дворцовой стражи и императорской охоты, ведомство церемониальных дел, финансовое ведомство, ведомство императорских стад, судебно-исправительное ведомство, ведомство строительных дел – и сорок восемь отделов [29]..Третье церемониальное ведомство, к которому было причислено также определенное число евнухов, было ответственно за порядок, в котором наложницы гарема должны были являться на поклон к императору, оно составляло свиты и почетные стражи для императорских выходов, поддерживало порядок при торжественных приемах и на празднествах.

вернуться

26

Первая половина моей жизни. С.166.

вернуться

27

Байнянь Чжунго.(Китай за 100 лет). Цзинань. 2000. С.133.

вернуться

28

Первая половина моей жизни. С.70-71.

вернуться

29

Там же. С.78.

17
{"b":"28618","o":1}