ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Тот же А. П. Чехов тщательно регистрирует в своих записях всевозможные причудливые и странные фамилии: Зикзаковский, Ослицын, Свинчутка, Дербалыгин… Он вслушивается, прикидывает — к какому из его будущих героев могла бы подойти та или другая из них.

«Провизор (Провизор — работник аптеки, фармацевт, в дореволюционном русском языке.) Проптер», — записывает он латинское слово «проптер», означающее по-русски «для», «вследствие». «Действующее лицо: „Соленый"». Тут еще не определилось, кем может быть такое лицо, но кем-то, безусловно, может…

Зато некий «Киш» сразу рисуется писателю как «вечный студент»;

зато «мадам Аромат» для него тоже ясна: пухлую, толстую, ее должны звать «Розалия Осиповна». И комическое сочетание «Розалии» с «ароматом», а обоих этих «душистых элементов» с обыкновеннейшим отчеством «Осиповна», до конца определяет облик женщины, которую так зовут…

Много лет спустя другой известный писатель, уже советский автор, Илья Ильф подбирает уморительные пары к чеховским находкам, занося в свою записную книжку и Бориса Абрамовича Годунова, председателя жилтоварищества (может быть, это внук Розалии Аромат?), и доктора Страусяна, и дантистку Медузу Горгонер, а то и просто неизвестных граждан — Шарикова и Подшипникова…

Николай Васильевич Гоголь также, как известно, заботливо записывал, выискивал в памяти, выспрашивал у друзей и знакомых нужные ему характерные фамилии. Помните; «Вискряк не Вискряк, Мотузочка не Мотузочка, Голопуцек не Голопуцек…» (Н. В. Гоголь. Пропавшая грамота..) Он тоже не зря, не по случайному капризу называл одного из своих героев Собакевичем, другого Плюшкиным, третьего Петром Петровичем Петухом или госпожой Коробочкой. Фамилии помогали ему дорисовывать образы людей.

Лев Толстой прибегал к особому приему: заимствуя фамилии действующих лиц из самой жизни, он только слегка изменял их звучание,—осторожно, немного, чтобы не нарушить связь между словом и типом человека. Так, фамилия Толстой превращалась у него в Ростов, Волконский — в Болконский, Куракин — в Курагин, Безбородко — в Безухов.

Ф. М. Достоевский, наоборот, смело изобретал прозвища, стараясь самим их звучанием выразить сущность персонажа, его душевные свойства. Иногда он шел по совсем неожиданному пути. Фамилия «Свидригайлов» звучит у него так, что внушает брезгливость, неприязнь, почти жуткое чувство к герою, и на самом деле зловещему и отвратительному. А ведь создана она из имени «Свидригайла» (Svitrigaila), великого князя литовского… Жалкий и несчастный маленький человечек носит фамилию «Голядкин»… Кажется, сами звуки этого дрябленького слова выражают ничтожность, нищету, бесконечную слабость… Между тем слово «Голядь» не имеет никакого отношения к нищете: это название одного из балтийских племен, живших в древности на территории нынешней Смоленской области и Белорусской Республики.

Так или иначе, фамилии героев всегда составляли для писателей одну из существенных забот. Они были им нужны; от них зависело и зависит многое в самих произведениях. А почему?

Я думаю, чтобы разобраться во всем этом, надо внимательно рассмотреть, что представляют собою наши фамилии, откуда они пошли, какими бывают, какую историю прожили. Ономатологи занимаются этим; у нас с вами не хватит возможностей по-настоящему углубиться в этот вопрос. Ну что ж, взглянем на него хоть с краешку.

У ног Чомолунгмы

Можно ли жить без фамилии? Отсутствие имени — большое неудобство, ну а как с фамилией?

Я долго колебался: на каком бы материале было удобнее всего побеседовать на эту тему? Начать ли со времен Греции, заняться ли Римом или же обратиться к возникновению фамилий у нас на Руси? И внезапно мне в руки попалась одна недавно родившаяся на свет книга. Совершенно не намереваясь задевать в ней интересующий нас вопрос, автор помимо воли сказал столько и так ясно, что мне ничего не оставалось, как передать его соображения вам: лучше рассказать о самом начале жизни фамилий невозможно. Почему же это так удалось писателю? Потому, что нам необыкновенно повезло: этот автор сам большую половину жизни прожил без всякой фамилии; только теперь он вроде как получил ее, и то не совсем. А могло такое случиться только потому, что он в некотором отношении — «первобытный человек». Поистине — интригующее предисловие!

На границе Непала и Тибета, в северо-восточной Индии на южном склоне Гималаев, много веков обитает маленький смелый народ — шерпы (точнее — шерпа). Их поселения лежат на страшных высях: от трех до шести тысяч метров над уровнем моря, «чуть ли не в стратосфере». Они — прирожденные горцы, альпинисты и великолепные проводники по горам с малых лет. И один из них, шерпа Тенцинг Норгэй, недаром оказался в 1953 году первым из двух победителей Чомолунгмы-Эвереста, величайшей вершины мира.

«Ага! — торжествуете вы.—Так вот ведь есть же у него и имя и фамилия! Значит, и шерпы не обходятся без них! Этого человека зовут все же Тенцинг Норгэй, как какого-нибудь англичанина могут звать, допустим, Фильдинг Сидней. Какая же разница? И имя и фамилия налицо…»

Ничего подобного! Героический шерпа так намучился с неверным пониманием этого вопроса европейцами, что затратил в своей книге немало усилий, стремясь внушить им правильный взгляд на вещи.

«…С моим именем, — не без досады пишет он в своей автобиографии,—было невесть сколько путаницы. Когда я родился, меня назвали вовсе не Тенцингом… В разное время мое теперешнее имя Тенцинг люди Запада писали кто как хотел—то через „Z“, то через „С“, то без „G“ на конце. Второе мое имя (Норгэй) тоже менялось. Сначала я был Кхумжунь, по имени одной шерпской деревнюшки, потом Ботиа, то есть „тибетец“, и лишь наконец стал Норкэй или Норгэй, а также Норгиа или Норгай… По-настоящему же постоянное имя моего рода Ганг-Ла; это означает „Снежный перевал“, но мы-то обычно никогда не пользуемся такими родовыми именами в качестве фамилий».

Первый альпинист мира рассказывает затем, что при рождении он получил имя Намгьял Вангди (слово «нам-гьял» значит по-шерпски—«покоритель»). Однако вскоре «один важный лама» вычитал в священных книгах тревожную весть. Имя следовало без промедлений заменить другим, потому что душа, обитавшая в теле мальчишки, оказывается, переселилась в него из тела только что умершего соседа-богача. Как бы чего не вышло!

Подумав, мудрый старец предложил дать юноше два имени: одно, Тенцинг, носил он и сам; значение его было: «ревнитель веры». Второе, Норгэй, означало «богатый, счастливый, удачливый». Как не без юмора пишет талантливый, хотя и безграмотный (он диктовал свою биографию) шерпа, «…родители решили, что „богатый — удачливый — ревнитель веры» — сочетание имен, которое подойдет в любом случае жизни», — и оставили его за сыном.

Совершенно ясно, никакой «фамилией» юный гималаец не обладал, потому что ни одно из его имен не совпадало с именами его родственников. Да его это ничуть и не заботило: зачем была ему фамилия тогда, сорок лет назад? Крошечный народец жил еще в полном отрыве от всего мира. Отец и мать Тенцинга никогда не спускались даже в ближний Дарджилинг. В деревушке Тао-Чу, на дне высокогорной долины Соло-Кхумбу, каждый знал всех и все — каждого. Знали в лицо, по походке, по тысяче примет. Имя — вещь существенная, оно необходимо человеку: имя — талисман, оберегающий от злых демонов; а фамилия… К чему она? (Это хорошо подтверждается интересным сообщением М. Стеблина-Каменского («Новый мир», 1961, № 4, стр. 213) :

«…в силу своей малочисленности исландцы до сих пор обходятся без фамилий и даже в самом официальном обращении называют друг друга по имени, иногда с прибавлением имени отца».).

Правда, было ведь у маленького «Покорителя-Тибетца» еще и третье имя, родовое. Но оно ничем не походило на фамилию. Это было самое простое указание на место, откуда вышли его предки: Ганг-Ла, «Снежный перевал»,—так называется расположенный неподалеку, заброшенный в горную глушь буддийский монастырь.

В результате все обстояло как нельзя лучше. Мать мальчика звали Кинзом, отца — Ганг-Ла-Мингма, самого его — Намгьял Вангди, а сестру—Лама Кипу. Никакого общего, единого, «фамильного» имени у них не было, но ни малейших неудобств от этого никто не испытывал: ведь так все обстояло здесь и всегда.

31
{"b":"28625","o":1}