ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Вы опасный человек, миссис Морган.

Она опять улыбнулась, но глаза в этой улыбке участия не принимали.

— У вас есть что скрывать?

— У каждого человека есть что скрывать, с той лишь разницей, что одним это удается, а другим нет.

— За себя вы можете быть спокойны, мистер Дэйтлон.

— Вы уже определили, что у меня беспокойная натура, так что мне трудно быть уверенным в себе до конца.

— Вы опять меня обманываете. Вы человек достаточно самоуверенный. И я не считаю это недостатком.

Дверь отворилась, и вновь появилась служанка.

— Мистер Дэйтлон? Мистер Мекли просит вас зайти.

Я кивнул ей.

— Мне было приятно с вами познакомиться, миссис Морган.

— Мне также, мистер Дэйтлон. Полагаю, эта встреча не последняя. Чутье мне подсказывает, что вскоре мы вновь увидимся.

— Надеюсь, чутье вас не подведет.

Она повернулась и грациозной походкой направилась к одной из многочисленных дверей.

Я с облегчением вздохнул и вошел в кабинет адвоката.

Это была большая комната с высокими потолками и стенами, обшитыми дубовыми панелями. В конце кабинета, перед тремя огромными окнами, стоял необъятных размеров письменный стол, инкрустированный дорогими породами дерева Четыре или пять удобных кресел полукругом выстроились у камина, который вполне подошел бы в качестве укромного местечка для слона. Толстый ковер так и звал поваляться на нем. Через венецианские окна тускло светило заходящее солнце. Бесшумный кондиционер поддерживал в комнате приятную прохладу. Дверь закрывалась без скрипа. Здесь было тихо и спокойно.

Мекли сидел за столом и что-то писал. Джерри расположился в одном из кресел, уныло грызя ногти.

Адвокат держал меня на ногах до тех пор, пока не закончил свою писанину, потом, скользнув по мне безразличным взглядом, словно перед ним неодушевленный предмет, холодно сказал:

— Проходите, Дэйтлон, и устраивайтесь.

Я пересек зеленое поле и сел напротив Мекли, рядом с Джерри.

Только теперь я мог разглядеть его лицо, резкое и жесткое, казалось, оно вырезано из старой слоновой кости. Металлический блеск тяжелых черных глаз напоминал обнаженное лезвие ножа. В общем, лицо было хорошее, но в нем, как говорили раньше, не хватало породы.

Мекли начал без церемоний.

— Как я понял, мистер Дэйтлон, после небольшой проверки и рекомендаций Джерри Уэйна, вы именно тот человек, который мне нужен. Вы быстро соображаете, и вам будет нетрудно выполнять предлагаемую мной работу. Насколько я понял, вы приглашены в субботу на обед к судье Дагеру?

— Совершенно верно.

— Я это предполагал. Дагеру нужен врач. Вы изучили медицинские заключения, которые я вам переслал?

— Да, я изучил оба заключения.

— У вас есть хватка. Если бы у вас было немного больше времени, полагаю, вы раскрутили бы весь клубок. Именно такой человек, как вы, и должен заняться этим делом. Я не буду больше испытывать ваше терпение и раскрою карты. Пакет, который вы мне доставили, имеет цену намного выше той, что вы с Джерри заработали.

Я вспомнил о том, что конверт до сих пор лежит в моем кармане, достал его и положил на край стола, но Мекли даже не взглянул на него. Он продолжал говорить, вертя в руках остро заточенный нож для разрезания бумаг.

— Человек, у которого вы реквизировали документы, — мелкая сошка. Он все равно не смог бы ими воспользоваться, а только испортил бы все дело… Пожалуй, я закончу начатое вами следствие.

Он встал, заложил руки за спину и вышел на середину кабинета. Уткнувшись взглядом в пол, Мекли начал медленно прохаживаться.

— Вы уже знакомы с Тэдом Дагером, он главное действующее лицо, человек популярный, богатый и влиятельный. Но жизнь подсказывает, что, сколько бы человек денег не имел, ему все равно мало. Наблюдать за Дагером я начал очень давно и знаю о нем больше, чем он сам о себе. До недавнего времени он был адвокатом, и очень дорогим, в его клиентах — самые состоятельные люди Тихоокеанского побережья. Мне показалось очень странным, что среди плеяды китов Дагер был поверенным и немногих безденежных граждан. Причем не просто безденежных, а в буквальном смысле нищих. Поначалу я думал, что он берется помогать обездоленным из филантропических побуждений или в рекламных целях. Без рекламы трудно добиться репутации честного и бескорыстного юриста. Но вскоре мне представился случай убедиться, что это не гуманная филантропия и либерализмом здесь не пахнет. Реклама тоже отпадает, так как Дагер всячески скрывал своих нищих подопечных. Это меня заинтересовало еще больше. Не буду вам докучать рассказом, как я докопался до сути, это длинная история, но суть вам знать необходимо. Два года назад у Дагера появился клиент по имени Форман, лежащий в больнице с неизлечимой болезнью…

Мекли остановился и бросил на меня острый взгляд.

— Заметьте, все неимущие клиенты Дагера обязательно безнадежно больны, и ни у кого из них нет ни одного родственника. Не берусь сказать, сколько он провернул подобных афер, но дело, за которое он взялся, — беспроигрышное, с минимальной долей риска. Разумеется, оно требует незаурядных качеств. На этот счет можно быть спокойным. Дагер умен и хитер, как мешок гадюк. В чем же идея? — Он поднял вверх указательный палец, и сам себя остановил. — В получении страховки!

Он говорил так, словно выступал с речью на суде присяжных.

— Гарри Форману оставалось жить считанные дни. Дагер пристраивает к больному клиенту сиделку. Она дежурит возле него, лелеет больного, исполняет все его желания, понимает его с полуслова. А что еще нужно несчастному, как не крупица внимания? Тем временем адвокат находит здоровяка примерно того же возраста и договаривается с ним за незначительную мзду, что тот пройдет медицинскую комиссию по чужим документам. Человек, у которого и мелочь-то звенит в кармане редко, с радостью соглашается заработать. Причем, кроме демонстрации собственного здоровья, ему и делать-то ничего не придется. Дагер берет документы подопечного под предлогом устройства кое-каких дел и передает их ложному Форману. Тот едет в Пасадину, проходит комиссию и получает заключение. Вся эта операция занимает не более суток. Отдав документы нанимателю и получив свой грошовый гонорар, тот сходит со сцены. Тем временем из больницы выписывают истинного Формана. Он безнадежен, и нет смысла тратить на него средства и время. Преданная ему сиделка уходит вместе с ним… Оказывается, она не в состоянии покинуть чудного, прекрасного человека, к которому успела очень привязаться за время пребывания его в больнице. Бедное больное сердце Формана бесконечно благодарно ей, он счастлив… Еще бы! Они решают пожениться, чтобы погасить всякого рода сплетни.

Итак, сиделка становится миссис Форман. Сумасшедшего от счастья супруга ничего не стоит уговорить застраховать свою жизнь «на всякий случай». Ради жены Форман готов на все! Со справкой «здоровяка Формана» смертник страхует свою ничего не стоящую жизнь на сто тысяч и, как полагается, вовремя умирает. Вдова получает кучу денег.

Мекли остановился и поднял указующий перст.

— Но как же адвокат, спросите вы? Это и есть зерно спектакля. Адвокат получает семьдесят пять тысяч, а его секретарша и, понятное дело, любовница Дэзи Рэйн — двадцать пять. Она же вдова и сиделка. Не женщина, а Мата Хари!

Мекли оборвал свою патетическую речь и абсолютно будничным тоном спросил:

— Джерри показывал вам эту девушку?

— Да, я видел ее. Приятная дама, — тихо сказал я.

— Здесь можно было бы поставить точку. — Мекли вновь начал шаркать по ковру и жестикулировать. — Жизнь состоит в большинстве случаев не из продуманных поступков и отрепетированных мизансцен, а из случайностей. Такая случайность и произошла Дагер этого предвидеть не мог. Дело в том, что тот самый парень, который проходил комиссию за Формана, узнает, что вдова покойного получила страховую премию в сто тысяч долларов. Он же прекрасно помнил, за кого проходил медицинскую комиссию. И Барни Стэн — так звали этого типа — решил получить нечто большее, чем ему швырнули как подачку. С большими трудностями он разыскивает «вдову»… У него на это ушло значительно больше времени, чем у вас, — сказал он как бы между прочим. — И, к его изумлению, она оказывается секретаршей того человека, который предложил ему разыграть спектакль перед врачами. Стэн без обиняков требует солидную сумму за молчание, идет напролом. Дагер понимает, что от этого человека можно избавиться только одним путем — уничтожив его.

22
{"b":"28641","o":1}