ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я тебя еще встречу, — пугнул меня Мопс, пуская слюни.

На какое-то время он исчез и я смог переброситься парой фраз с Лолой. Глаза ее метали молнии и дышала она, как насос, но сидела молча.

— Кларк обидится, если я расскажу ему о твоих похождениях.

Ее тряхануло, как еретика при упоминании имени великого инквизитора.

— Но я могу этого не сделать, если ты мне расскажешь о другом своем дружке. Если мне память не изменяет, зовут его Пессетайн.

— Как? — прохрипела она.

— Говорю по буквам: П — проститутка, Е — евнух, С — сутенер, С — секс, Е — еще евнух, Т — труп, А-аборт, И-игла, Н-наручники. Не имя, а полиый джентльменский набор. Повторяю целиком: Пессетайн.

— Ясно, ясно. Не дави, как пресс на спичку. Элиот его зовут. Что тебе от него надо?

— Выкладывай все, что знаешь.

— Черт его знает. Он из Чикаго. Профессор, химик. Здесь у него своя лаборатория. Были деньги, теперь.лопнул. Причин не знаю, не интересовалась. Кончились, значит. Старый кретин думал, я обожаю его. Им только давай, а как платить, так нет.

— Профессор? Это интересно. Где он живет?

— Был у него дом на берегу, а потом он его заложил и переехал в город, не знаю, куда.

— Заложил?

— Говорю же тебе, с деньгами у парня не все в порядке. Разорился.

— Какая у него машина?

— Был черный «плимут», теперь не знаю.

— Дружка его как зовут? Мордоворота с грузовика? Сегодня днем с ним приезжал в клуб.

— Тюфяком он его зовет.

— Мне не кличка нужна, а имя.

— Дурацкое имя, Гилгут. Гилгут Стейн, кажется.

— Они работают на Феркенса?

— Нет. Скорее Феркенс на них, только не ясно, куда они деньги девают.

— Ладно, не будем углубляться. Твой Мопс на Блэка работает?

— А это ты у него спроси. Взгреют они тебя.

— Пессетайн имеет дело с Блэком? — Не знаю.

— Не лезь в дурь, кукла. Я с тобой не шучу. Отвечай.

— Нет, они не из одной компании. Через Феркенса дела делают. Послушай, не впутывай меня в эту грязь, я еще пожить хочу.

— Живи пока, а в дерьмо ты сама по уши влезла.

В дверях появился Мопс с мокрым полотенцем у носа. Выражение злобы и страха на его физиономии выглядело, как смесь горчицы с гравием.

— Передай своему боссу, сопляк, что у меня к нему дело и завтра я его навещу в отеле.

— Ты кто?

— Хозяин бани.

Когда я спускался вниз, у меня была полная каша в голове. О Мопсе мне говорил Фэрри, это мелочь, на него времени жалко, а Пессетайн фигура интересная, он с каждой минутой выдвигается на авансцену. Но пока не ясно, какое место в иерархической лестнице концерна Кейлеба он занимает. Он и на судне Конна был, и Айлин пытался убить. и наркотики развозит, и профессор к тому же. Его связь с Конном подтверждается. О нем говорил привратник, его я видел на судне. Не ему ли я обязан шишкой за ухом?

Я ехал по ночному городу и пытался понять, во что я влез. Клубок так замотался, что у меня не хватит ловкости его размотать. Что может одинокий бойскаут, последний из династии Идиотов? Объявить войну всему миру? Я не походил на полководца, а скорее превратился в вечного странника со своими глупыми, никому не нужными принципами и поисками правды. Зануда, иначе не назовешь.

Черт меня знает, как это получилось, но я оказался возле дома Глэдис Фоули. Часы на приборном щитке показывали четверть третьего. Самое время для визитов к одинокой женщине.

Я сидел в машине и думал, что надо уехать, но не мог заставить себя тронуться с места. Несмотря на поздний час одно из окон в доме горело, и оно притягивало меня, как магнит. Я выкурил сигарету и вышел из машины. Накрапывал мелкий дождь. Не в первый раз я подумал о плаще и опять забыл о нем, как только подошел к застекленной двери дома. Сердце учащенно билось. Однако… Такие заржавелые чувства меня пугали. Мальчишеская нерешительность начала раздражать, и я нажал кнопку звонка.

За стеклом появилась Глэдис. Ее глаза, сначала испуганные и настороженные, постепенно успокоились. Она облегченно вздохнула и с моих плеч свалился огромный камень. Глэдис улыбнулась. Очевидно, мое появление было для нее столь же неожиданным, как и для меня. Она продолжала стоять и смотре! ь на ночного пришельца. Я немного пришел в себя и осмелел. Не могли же мы вечно так стоять. Я поскреб пальцами по стеклу и тихо сказал:

— Я себя чуппную здесь, как муха. Кажется, она поняла меня и открыла дверь. Я вошел.

— У тебя усталый вид, — сказала она, не отрывая от меня глаз.

— Наверное. Я вспомнил, что у тебя нет собаки. Кто же будет тебя охранять?

— Я рада, что ты это вспомнил. Тебе нужна горячая ванна и толстое одеяло.

— Мне нужна ты.

— Горячая ванна, одеяло и я.

— Для сторожевого пса это слишком много. Через час я не жалел, что приехал к Глэдис. Больше всего я боюсь быть лишним, но Глэдис дала мне все основания считать, что это не так. Спал я, как убитый, до восьми утра, и не слышал, как она ушла. На столе под салфеткой скучал остывший кофейник, сэндвичи и апельсиновый сок. На тарелке лежала короткая записка: «Позвони мне днем в офис, если успеешь проснуться до моего возвращения».

Я был готов на все плюнуть и ждать ее возвращения. Женская забота кого угодно может выбить из привычного холостяцкого ритма. Не ясно было только одно: то ли я расхолаживался, то ли согревался.

Глава VI

1

Оперативное совещание в полицейском управлении заканчивалось в девять утра и мне пришлось ждать лейтенанта Харпера в коридоре возле его кабинета. Когда он появился, мне стало не по себе от его вида. Синяки под глазами, впалые щеки и тяжелая походка, словно он тащил на горбу мешок с цементом из моего офиса. Но больше всего меня удивило отсутствие детектива Паркинса, который обычно торопливо семенил за своим шефом. Харпер коротко кивнул, открыл ключом кабинет и пропустил меня вперед. Комната оставалась беспросветной, как будущее честного политика, дым висел стеной. Ясно, что лейтенант провел ночь не в домашней постели.

Харпер грузно упал в обшарпанное кресло и сунул в рот сигару. Забот, как видно, ему хватало, и я решил не задерживать его долго.

— Пока мне удается держать смерть Кейлеба в законсервированном виде, но чувствую, что скоро наша тайна всплывет.

Я так и не понял, себе он это говорит или разговаривает со мной. Он мрачно смотрел куда-то в дальний угол кабинета, и хриплый голос звучал тихо.

— Все, что я могу сказать, — начал я вполголоса, — это то, что все дорожки ведут в концерн.

Он прищурился и внимательно посмотрел на меня.

— Туда я не хочу соваться. Потребуется разрешение прокурора, а у меня нет оснований его затребовать, если продолжать молчать о случившемся.

— Это понятно. Выглядит все не лучшим образом. Концерном я займусь сам, но необходимо найти Хэйзл Кейлеб. Она может пролить свет на многое. Если жива, конечно.

— Паркипс занимается этим, но пока ему ничего обнаружить не удалось. Что у тебя уже есть по концерну?

— Рэндел Хардинг. Он любовник Хэйзл, но не ато главное. Судя по всему, Кейлеб решил стереть с лица земли своего компаньона, по Хардинг его опередил. Версия перспективная, но подтверждений пока не имеет, хотя после смерти одного из компаньонов организация переходит в руки другого, а это десятки миллионов долларов. Для Хэйзл смерть мужа также выгодна. Она получает страховку в три миллиона и полностью распоряжается частным капиталом Кейлеба. Если учесть, что Кейлеб держал жену на голодном пайке, то Хэйзл вполне могла пойти на сговор с Хардингом. Каждый в этом случае получил бы свое. Есть еще некоторые мелочи, косвенно подтверждающие версию об участии Хэйзл в убийстве, но всерьез об этом говорить рано.

Харпер внимательно выслушал меня, мотая головой, и грустно заметил:

— Ты сам копаешь себе могилу, парень. Помимо наших дерьмовых выводов и прочей суетни существует большая политика, куда таких, как мы, близко не подпускают. Мы жалкие черви, наш удел копаться в навозе и вылавливать шпану. Концерн Кейлеба поддерживает мэрия, а также правительство и другие влиятельные силы. Кейлеб вносил в казну огромные деньги. Нет Кейлеба — эту задачу будет выполнять Хардинг, но концерн работу не остановит. Тысячи рабочих мест на тракторных заводах, долгосрочные договора с Латинской Америкой, порт, крупнейшие в стране поставки кофе. Одних налогов концерн Кейлеба платит больше, чем вся Калифорния. Если мы докажем всему миру, что Хардинг убил Кейлеба, то в газовую камеру пойдешь ты, а меня в лучшем случае отправят на пенсию. Хардинг неуязвим. Третьего лица, которое может занять пост президента концерна, нет. Это частная фирма, и они сами выстроили свою управленческую структуру. Вашингтон не вправе посадить во главе концерна своего человека. Никто не позволит пустить эту фирму с молотка на благо и утешение вдов и закона. Так что пока не поздно, начинай копать в другом направлении. Меня устроит, если ты докажешь причастность Хэйзл Кейлеб к убийству мужа, только не цепляй при этом Хардинга. Другого совета я тебе дать не могу.

20
{"b":"28644","o":1}