ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Они были похожи?

— Черт их разберет.

— Вторая выглядела моложе?

— Моложе? Уж очень укутана. Не разберешь.

— Какого цвета плащ на ней был?

— Черный клеенчатый дождевик, сильно затянутый в талии, а шарф белый.

— Ты заработал больше, приятель. -Я достал еще десятку и присоединил к предыдущей бумажке.

Через две минуты я уже выезжал со стоянки и на прощание махнул парню рукой.

Стрелки подползли к двум часам, когда я подкатил к магазину Марчеса. Старый приятель встретил меня с радостью.

— Обычно я понимаю чем ты занимаешься, когда просишь подбирать определенные материалы, -начал он издалека, — но на сей раз я не нашел никакого криминала.

— Что ты имеешь в виду?

— Аэродром возле Редвуд-Сити. Обычная военная база. Командует ею бригадный генерал Артур Фуллёр.

— Что ты о нем знаешь?

— Воевал в Европе. Пятьдесят лет. Двое детей. Точнее, один. Сын. Дочь погибла год назад при невыясненных обстоятельствах. Сыну двадцать лет, Студент, учится в нашем университете.

— Как зовут сына?

— Джерри Фуллёр. Насколько мне известно, с отцом не очень ладит. Пару раз имел неприятности с полицией. Что касается отца, то здесь все безупречно. Отменный вояка.

— База закрытого типа?

— Ну разумеется. После японского вторжения все базы в Калифорнии охраняются лучше Белого дома.

— Фуллёр женат?

— Да. Жена его, Нэнси Фуллёр, типичная светская дама.

— Бывает во Фриско?

— Несколько раз ее фото попадало в «Светскую хронику».

Марчес достал вырезки из газет и положил на стол. Я внимательно просмотрел их и лишь одна привлекла мое внимание. Под групповым снимком с Сидом Феркенсом в центре крупным шрифтом был набран заголовок: «Открытие клуба „Козерог». Я бегло просмотрел заметку. В ней говорилось, что в городе появился новый клуб. На открытии присутствовал мэр и многие уважаемые люди города, ставшие его почетными членами. Далее перечислялось два десятка имен, в их числе и жена генерала Фуллера. Исчсрпывающая информация.

— Можешь что-нибудь добавить? -спросил я.

— Могу, — усмехнулся Марчес, — ты остановился на той заметке, которая больше всего вызвала и мой интерес. Значит, нюх у меня остался.

— Не тяни, Марчес.

— Меня удивило: как это Феркенс согласился встать под объективы фотокамер. Очевидно, не мог отказаться от предложения мэра. Дело в том, что он находится в розыске, но не у нас, а по ту сторону границы, В Мексике. Если хочешь, я могу собрать хороший материал на него.

— Не повредит. Но меня интересует как он стал владельцем клуба, а не его грехи в Мексике.

— Вот такую информацию я вряд ли отыщу, но постараюсь.

— Ты не против, если я оставлю у тебя ворованные вещи?

— Переквалифицировался? Твои сомнительные дружки плохо на тебя влияют.

— Ситуация такова, что не до правил хорошего тона. Полиция с некоторых пор решила работать в белых перчатках, а мне предложили резиновые, Выгребаю дерьмо.

— Тащи.

Я приволок чемодан, Марчес сопроводил меня в подсобное помещение. Положив ношу на пол, я вскрыл замки и откинул крышку. Содержимое оказалось прозаичным. Женские тряпки. Меня, естественно, заинтересовал черный дождевик, а также белый шарф и темные очки.

— Богатый улов, — показал головой Марчес.

— Очень богатый, старина. Одна дамочка в этой одежде выдавала себя за другую. Надо сказать, ей это удалось. С самого начала я плутаю по лабиринтам и натыкаюсь на стены. Моя ошибка в том, что я подвожу подо все математическую основу. Логика любого преступления разбирается, как дом из кубиков, а я не способен выбраться из тупика. К сожалению, мой мозг не может приспособиться к женской логике. Она либо отсутствует, либо имеет другие опоры.

— Да. Сердцеедом тебя не назовешь. Однобокий ты парень. Дальше ограбления керосиновой лавки не тянешь.

— Не усугубляй, приятель. Конечно, я не бог, но кое-что могу.

— Однобокий, да еще с гонором.

— О'кей. Иди критикуй своих покупателей. Я сматываюсь, но ненадолго. Чемодан заберу позже. Наверняка на одежде остались следы. Харпер их понюхает, когда придет время.

— Ты доверяешь этому шакалу?

— А у меня нет выбора. Он представитель закона и с этим приходится считаться.

Время поджимало. Пару раз пришлось нарушить правила движения, чтобы успеть приехать в гараж до появления Гилгута Стейна. Машину я оставил на соседней улице на попечение Ватсона и прошел пешком.

Механик сказал мне, что Стейн звонил ему и будет к трем часам, как обещал. Машина стояла на том же месте, где и вчера, и была готова к выезду.

Я забрался в фургон, закрыл за собой дверцы, залез в угол и загородился ящиками. Некоторое время мне придется провести в полной темноте и в духоте. Но я не привередлив и готов потерпеть неудобства. Был бы результат.

Глава VIII

I

Я слышал, как кто-то хлопнул дверцей машины. Грузовик тронулся с места. Трудно сказать, сколько времени я провел в ожидании, но если учесть, что кислород в железном ящике еще оставался, то не так уж много.

Водитель куда-то торопился, судить об этом можно было по крутым виражам и резким толчкам при торможении, во время которых меня швыряло из одного угла в другой. Поначалу я еще умудрялся ориентироваться и представлял себе, с какой улицы он сворачивает и на какую выезжает, но вскоре сбился. Так продолжалось около получаса, затем машина по-шлa па подъем, двигатель еле справлялся, а вскоре и вовсе заглох. Хлопнула дверца. Кажется, мы достигли цели, конечной или промежуточной-не имело значения.

Железные створки фургона распахнулись, электрический свет проник в салон, но он был слишком тусклым, что было мне на руку. Кто-то тяжелый и неуклюжий забрался внутрь. Я достал револьвер и взвел курок.

— Выброси эти коробки, идиот. Ты теряешь время, мы опаздываем, -донесся снаружи сиплый фальцет.

— О'кей, шеф. Успеем. Тут час пути и десять минут на загрузку, — отвечал бас из фургона.

Он был так близко от меня, что я мог достать до него рукой, если бы не забор из ящиков. Бурча себе под нос, парень начал вышвыривать коробки из кузова. Когда он схватился за ту, что загораживала меня, я сжал ноги в коленях и приготовился к выпаду. Он выбросил последнюю, а затем его огромная голова вместе с плечами развернулась на сто восемьдесят градусов. Наши взгляды встретились. Детина открыл рот и застыл на месте. Я выкинул ноги вперед, словно они сорвались с пружины и врезал ему по первое число. Через секунду его туша рухнула за борт. Я вскочил на ноги и выпрыгнул из фургона. Возле машины никого не было. Гилгут Стейн лежал без сознания, ударившись головой о цементный пол. Встречи со мной приносят порой одни страдания. Теперь я не сомневался, что в доме Кейлеба был он, и нам уже приходилось меряться силой. Его напарник исчез. Прыткий малый. Как бы не получить от него вторую шишку за ухом. Я отскочил от машины и осмотрелся. Огромный полутемный ангар, сплошь загруженный ящиками. Сотни, а то и тысячи коробок с надписью «кофе» стояли высокими рядами, оставляя узкие проходы для движения машины и автопогрузчиков.

Напарник Стейна сам себя выдал. Его неудачный выстрел наделал много шума, но вместо моей шкуры его пуля продырявила деревянную подпорку в двух шагах от меня.

Я выстрелил в ответ. Мазила прятался за ближайшей грудой коробок. Мне не хотелось его ранить, и стрелял я ниже, чем надо. Главное не дать ему высунуться. Выстрелив второй раз, я бросился к его крепости и у самого поворота за угол упал на пол. Он ожидал моего появления, но не снизу, и пальнул наугад. Теперь я его видел. Его тощая долговязая фигура с пола выглядела комично. Он так и не понял, что произошло. Я врезал ногой по его локтю, и пушка вылетела из рук, как пробка из шампанского. Вскочив на ноги, я схватил паршивца за лацканы пиджака и приставил револьвер к горлу.

— Со взрывчаткой у тебя лучше получается, химик!

Его крошечные злобные глазки сквозь очки казались еще меньше и походили на пару зерен жареного кофе.

36
{"b":"28644","o":1}